Зарубежный криминальный роман. Выпуск 3
Росс Макдональд Дрожь
Глава 1
Было около полудня, шел второй и последний день судебного разбирательства по ее делу. Я был последним свидетелем защиты, и ее адвокат заканчивал опрашивать меня. Представитель окружного прокурора предложил начать перекрестный допрос, но присяжные лишь с недоумением взглянули на него. Наконец судья сообщил мне, что я свободен.
В первом ряду я заметил молодого человека, который не был похож на завсегдатаев судебных процессов пенсионеров и домохозяек, заполняющих свободные утренние часы созерцанием чужих бед. Похоже, у него была своя. Он не сводил с меня задумчивого взгляда, и я начал подозревать, что он собирается чем-то поделиться со мной.
Как только я направился к выходу, он вскочил и остановил меня в дверях.
Мистер Арчер, не мог бы я поговорить с вами?
Конечно.
Тем временем судебный пристав выглянул и энергично замахал руками:
Выходите, джентльмены, выходите. Вы мешаете, идет заседание.
В коридоре молодой человек кинул мрачный взгляд вокруг и произнес:
Ненавижу, когда командуют.
Разве это называется «командуют»? У вас неприятности, дружище?
Зачем только я спросил? Лучше бы сразу сел в машину и отправился в Лос-Анджелес. Но в его глазах застыла такая боль, этот типичный американский мальчик с короткой стрижкой был так трогателен, что я не устоял.
Меня только что вышвырнули из приемной шерифа. А до этого уже дважды выставляли из кабинетов представителей местной власти. Я не привык к такому возмутительному обращению.
Я не думаю, что они затаили что-то конкретно против вас.
Вы занимаетесь сыскной деятельностью? Так я понял из ваших показаний. Кстати, вы здорово помогли миссис Перрин. Уверен, суд оправдает ее.
Посмотрим. Пока решение не вынесено, нельзя быть ни в чем уверенным. Его комплимент не вызвал у меня восторга по-видимому, он означал лишь то, что он имеет на меня виды. Заседание суда, на котором я только что выступил, было последней точкой в длинном и неинтересном деле, и теперь я собирался отправиться на рыбалку в Ла-Пазу. Надеюсь, я вам больше не нужен?
Напротив, очень нужны, если только согласитесь выслушать меня. Дело в том, что у меня неприятности с женой. Она меня бросила.
Я не занимаюсь бракоразводными процессами.
Бракоразводными процессами? Он натужно рассмеялся. Я был женат один день, даже меньше. И все, включая моего отца, твердят, что я должен аннулировать брак. Но я не хочу ни аннулировать, ни разводиться. Я хочу, чтобы она вернулась.
А где сейчас находится ваша жена?
Не знаю. Дрожащими руками он зажег сигарету. Долли исчезла посредине нашего медового уик-энда, на следующий день после свадьбы. А вдруг она попала в плохую историю?
Но, может быть, она просто передумала и решила, что ей не хочется замуж или, по крайней мере, замуж за вас. Такое случается.
Вот и полиция говорит: «Такое случается». Как будто от этого легче! Как бы там ни было, но я-то знаю, что дело совсем не в этом. Долли любила меня, и я любил... я люблю ее.
Он произнес это очень искренне. Было видно, что ему едва удается справиться с переполняющими его чувствами.
Вы не назвали своего имени.
Простите. Кинкейд. Алекс Кинкейд.
На какие средства вы живете?
Последнее время я практически не работал, с тех пор, как мы с Долли... с тех пор, как все это случилось. А вообще-то я служу в нефтепроводной корпорации. Мой отец возглавляет их отделение в Лонг-Бич. Вы, наверное, слышали о Фредерике Кинкейде?
Я он нем не слышал. Судебный пристав открыл дверь. Приближалось время второго завтрака, и заседание было прервано. Присяжные потянулись к выходу. Движения их были медленны и покойны, как будто это входило в судебный ритуал. Алекс Кинкейд наблюдал за ними с таким видом, словно они должны были вынести ему обвинительный приговор.
Здесь невозможно разговаривать, произнес он.
Пойдемте позавтракаем. Я вас приглашаю.
Хорошо. Однако я вполне кредитоспособен. Мне не хотелось быть ничем ему обязанным, по крайней мере, до тех пор, пока я не узнаю его историю.
Ресторан находился напротив здания суда. В центральном зале висели клубы дыма и стоял гул голосов. Все столы, покрытые клетчатыми скатертями, были заняты. Основную часть посетителей составляли служащие суда, адвокаты, представители шерифа, полицейские инспекторы. И хотя Пасифик-Пойнт находился почти на пятьдесят миль южнее района, где я жил, человек десять двенадцать из них я узнал.
Мы с Алексом направились в бар и отыскали в темном углу два свободных места. Он заказал двойной виски со льдом. Я последовал его примеру. Он выпил его, как горькое лекарство, и захотел тут же повторить.
Спокойнее. Не спешите так.
Вы еще будете меня учить? нарочито отчетливо и раздраженно произнес он.
Просто я хочу услышать вашу историю. А для этого вы должны быть в состоянии ее внятно рассказать.
Думаете, я алкоголик?
Думаю, что у вас нервы не в порядке. И если их сейчас смочить алкоголем, они превратятся в клубок змей. Я бы вам посоветовал не огрызаться на каждое мое слово и не искать поводов для ссоры.
Некоторое время он сидел, опустив голову. Лицо его было бледным и, казалось, светилось в сумраке, он дрожал.