Ирма, погрузившись в размышления, присела на кровать. Она внимательно изучала рисунок.
— Но Меридиан — унылый и мрачный, — вымолвила она наконец, озадаченно нахмурившись. — А город на рисунке кажется светлым и счастливым!
Корнелия встала, подошла к окну и выглянула в залитую дождем тьму, напоминавшую ей о Меридиане.
— Возможно, когда-то он таким и был, — предположила Корнелия. — Наверное, это Меридиан в прошлом.
— А может, и в будущем, — высказала идею Ирма.
Потом вдруг вскинула голову и спросила:
— Видишь эту летающую девчушку?
Корнелия обернулась к кровати. Ирма тыкала пальцем в принцессу с крылышками. Корнелия кивнула.
— Кажется, ее лицо размыто каплей воды, — продолжала Ирма. — Но вода — это моя стихия.
Чародейка постучала по размытому пятнышку кончиком пальца, окруженным сверкающим голубым магическим облачком. Корнелия подошла к кровати и склонилась над рисунком, глядя Ирме через плечо.
— Я могу восстановить черты лица, — произнесла погруженная в волшебство Ирма. Шевеля указательным пальцем, она словно бы втирала магию в попорченный участок картинки.
Сработало! Мало-помалу пятно превратилось в лицо, и на нем проявилась пара слегка расплывчатых глаз и розовые кружочки щек.
— Сейчас мы всё увидим… — прошептала Ирма. Она продолжала поглаживать рисунок, удаляя повреждения.
Наконец она оторвала руку от бумаги, и магия с легким шелестом улетучилась.
Корнелия взглянула на рисунок, и глаза ее расширились от удивления. Теперь лицо летающей принцессы было видно отчетливо. Глаза были широко раскрытыми, голубыми. Розовые щечки были точно такими же, какие Элион всегда изображала на своих детских портретах. Улыбка получилась широкой, но застенчивой.
«Значит, это правда, — подумала Корнелия, наконец осознав то, что в душе давно уже понимала. — Это не кто иная, как…»
Ирма закончила ее мысль вслух.
— Элион, — тихо промолвила она. — Свет Меридиана.
На следующее утро Вилл проснулась, резко подскочив. Глаза Вилл распахнулись.
«Чудно! — смутно подумалось ей. — Мне приснилось, что кто-то рассказывает о том, что происходит в моей жизни — как будто комментатор, описывающий футбольный матч. Этот комментатор начал прямо с пробуждения. Потом он стал перечислять, что мне приснилось за ночь…»
«Ей снились Ирма, Корнелия, Элион и…»
«Стоп! — подумала Вилл. Глаза ее раскрылись еще шире. — Кто-то и в самом деле рассказывает обо мне! И я, кажется, знаю, кто…»