Заметив на всаднике офицерские погоны, Елисей удивленно хмыкнул и направился в ту же сторону. Зная своих башибузуков, он вполне справедливо опасался, что за какую-нибудь глупость господину офицеру может и не поздоровиться. Казачата воспитывались в почтении к роду, казачеству, империи и Господу Богу. Все остальные для них авторитетом не являлись и отправлялись по вполне конкретному адресу.
Между тем офицер, подъехав к радостно галдящим казачатам, что-то спросил и, получив ответ, выпрямился в седле, старательно, оглядываясь. Заметив не спеша идущего Елисея, он ловко развернул коня и двинул его навстречу парню. Елисей, готовясь к выпуску, надел белую черкеску со всеми знаками различия и наградами, так что не приметить его было сложно.
Осадив коня прямо перед парнем, офицер окинул его долгим, внимательным взглядом и, привычным движением руки расправив усы, спросил:
Сударь, это вы являетесь директором школы пластунов?
Есаул, князь Халзанов. К вашим услугам, коротко представился Елисей, выжидающе глядя на него.
Штаб-ротмистр Каховский. Сопровождаю офицеров штаба войск в инспекционной поездке, чуть подумав, представился офицер.
Чем могу служить, господин штаб-ротмистр? нейтральным тоном поинтересовался Елисей, всем своим видом давая понять, что служить этим инспекторам никоим образом не собирается.
Господа офицеры желают инспектировать вашу школу.
Это с какой пьяной радости? невольно вырвалось у парня.
Такой наглости от штабных он никак не ожидал. Школа пластунов официально входила в состав казачьего войска и к штабу отношения никаким боком не имела. Более того, в полученных из столицы бумагах было прямо оговорено, кто именно может проверять и инспектировать школу и кому конкретно она подчинена. А таковых можно по пальцам одной руки пересчитать. А тут такой афронт. Удивленно хмыкнув, Елисей поправил папаху и, пожав плечами, равнодушно ответил:
Боюсь, господа, инспекция опоздать изволили. Сегодня состоялся выпуск учеников школы, и с завтрашнего дня все они отправятся к новому месту службы. Но саму школу они осмотреть могут.
Сударь, вы в своем уме? возмутился штаб-ротмистр.
В ответ Елисей только презрительно усмехнулся. По тому, как этот офицер упорно отказывался титуловать его согласно правилам, парень понял, что скандала ему не избежать. Так что нечего и стараться.
Я сударь, в отличие от вас, даже трезв, фыркнул он, делая шаг вправо.
Таким образом он оказался слева от всадника, в неудобном для него месте.
Мою школу инспектировать может только государь император, атаман казачьего войска и казачий круг. А все остальные мне не начальники. Так что припрячьте свои хотелки куда подальше и ступайте с богом, пока целы и здоровы, посоветовал он, начиная злиться.
Вы за это ответите, прошипел офицер, с силой дергая повод, чтобы развернуть коня.
Жадно затягиваясь папиросой, он расхаживал по кабинету коменданта, пыхтя, словно разогретый самовар. Майор Милютин, откинувшись в кресле, не спеша затянулся и, выпустив длинную струю дыма, посоветовал, пряча усмешку в аккуратно подстриженные усы:
Да вы присядьте,
граф. Право слово, в ногах правды нет. И то сказать, как ни крути, а князь прав. И на то у него даже соответствующая бумага имеется.
Да плевать мне на его бумаги, фыркнул граф, буквально падая на ближайший стул. Он посмел отказать куче дворян, офицеров, прослуживших в армии много лет.
Так и он не вчера службу свою начал, все так же спокойно ответил майор.
Я что-то не пойму, вы его защищаете? снова начал заводиться граф.
Господь с вами, граф, отмахнулся майор. И в мыслях не было. Я просто хочу удержать вас и ваших друзей от необдуманных поступков. Уж поверьте, дуэль с князем это такой замысловатый способ самоубийства и ничего более.
Вы так уверены в его способностях? насторожился граф, заметно сдувшись.
Уж поверьте, ваше сиятельство, я это знаю. Да вы и сами вполне убедиться можете. Достаточно утречком на стрельбище сходить. Вот уж где никакого цирка не надо. Князь там такие трюки показывает, что дивиться устанешь.
Ну, это с нарезным оружием. Слышал я, что из револьвера он знатно стреляет, нехотя кивнул граф. А дуэльные пистолеты, осмелюсь напомнить, гладкоствольные, и к ним привычку иметь надо.
Так он с них и начинал, развел комендант руками. И первые свои пистолеты с цельным патроном, гильзовым, из обычных переделывал. Замки менял. И надо признать, он уже тогда стрелял знатно. Есть у него талант к этому делу.
Вы сами это видели? уточнил майор, покосившись на него с подозрением.
А как же. Сам, вот этими самыми глазами, решительно кивнул комендант. Во время осады он своей стрельбой османово войско почти всех офицеров лишил. Словно перепелок их отстреливал.
Выходит, он воевал? уточнил граф, заметно растеряв весь свой запал.
И еще как! указующе вскинул комендант указательный палец. А ежели точнее говорить, то воевать он начал еще раньше. Станица его в мор вся вымерла. Всего несколько человек в живых осталось. А о том горцы прознали и решили ночью поживиться чем. Вот он да казак один старый тот набег и отбили. Вдвоем. Только оружие по домам собрали. Казака того в том бою подстрелили, а Елисей, как видеть изволите, по сей день жив. И уж поверьте, на большую нашу удачу, вздохнув, закончил комендант.