Так что если вы думали, Сёма, что про это никто не узнает, так вы забыли про меня, замечает Люка. Шеф умер, мы все тоже умерли, так вы думаете, это заставит меня всё забыть? И если уж вы сами назвали цену, так вы будете её платить. Я не тянул вас за язык, Сёма, и я скажу так: вы сами себе лучший враг.
И... что теперь... что будет... я... бормочет Саймон, и мысли его бегают по кругу, как мыши в лабораторной клетке.
Сёма, мне больно отвечать на ваш вопрос, качает головой Люка, шагает с веранды и исчезает в тенях. Ему незачем слушать, что и как скажет женщина, которую он когда-то любил, мужчине, который её когда-то обманул.
красок, форм и запахов. И уж совсем грубым животным нужно быть, чтобы не отличить сразу же среди сотен, тысяч уникальных цветов в десятках рядов два сорта, которые всегда стоят рядом. Называют их несколько патетически: «Вечная память» и «Мириам». Всегда их можно найти рядом, уже много лет подряд, и знатоки со всех континентов каждое лето едут в Вестминстер с контейнерами, специальными коробками, влагосберегающими пакетами и прочей тарой, надеясь успеть приобрести хоть один черенок розово-зелёной садовой «Вечной памяти» или чёрной плетистой «Мириам». За тридцать лет они расселились по садам и паркам мира, по дендрариям и ботаническим выставкам, их везут даже в космос на орбитальной базе уже два года цветёт в горшочке крошечная из-за тесноты, но самая настоящая «Мириам». Сфотографироваться с ней и послать фото создателю сорта обязательный ритуал каждого экипажа базы.
Кто не знает Джо Кантона, тридцать лет выводившего эту красоту! Во всяком случае, каждый садовод в Челмсфорде знает Джо Кантона. Каждый обладатель хотя бы крошечного кусочка земли знает: если он хочет не просто разводить петрушку и кресс-салат, а украсить свой дом и улицу по-настоящему достойными цветами надо идти к старине Джо. Настоящего друга в старине Джо обретает тот, кто берётся за долгий кропотливый труд выращивать розы. Поэтому Челмсфорд весной и ранним летом полон розово-зелёных бутонов «Вечной памяти» и чёрных гирлянд «Мириам». Соседи честно соблюдают договор: черенки может получить любой желающий, но только у самого старины Джо. Что же удивительного, что рано утром в начале июня к старине Джо приехали очередные гости: четверо молодых людей и одна женщина в рабочем комбинезоне видно, из садового хозяйства...
Джо был в саду он всегда в саду с утра дотемна. Сад Джо это вам не просто цветник, где в случайном порядке натыканы кусты и клумбы. Это целое инженерное хозяйство, единая машинная система, управляемая из общего центра. Она следит за всем, что важно и необходимо саду: влажность, движение воздуха, нагрев почвы, количество опыляющих насекомых всё под контролем, лишние случайности могут испортить всё дело. Мириам с восхищением оглядывала сложные конструкции поливочных шлангов, термометров, ветряков, плоских экранов, на которые выводилась информация:
Гений всегда гений... Нам всем очень, очень повезло! эти слова были обращены к четверым её спутникам.
Джо показался на пороге теплички датчики сообщили ему, что калитка открывалась, а время, за которое посетитель проходит по центральной дорожке к дому, было ему хорошо известно.
Джозеф, Мириам шагнула ему навстречу и, потянувшись, обняла высокого седого мужчину, не обращая внимания, что перчатки на его руках в земле, а пластиковый фартук испачкан чем-то ядовито-зелёным.
Хозяин оглядел гостей без удивления скорее, с выражением наконец снизошедшего покоя.
Сработало, значит? Ну и хорошо... Рад я вам, ребята... голос не подвёл, но лицо пришлось отвернуть, поправляя грязной перчаткой грязную шляпу.
Сработало, кивнул Марко. Твоё копьё нанизало информацию на себя как миленькое. Один минус времени много заняло, но тут уж никто не виноват.
Да что время... глухо сказал Джо, по-прежнему глядя в землю, главное, что вы тут...
Ну, тебе-то досталось от времени, заметила Мириам, помогая ему снять перчатки. Что, выставили из науки, пришлось садовничать?
Не то чтобы пришлось,
скупо улыбнулся Джо, но здесь своё общество, цветоводы они розы любят, а не чинами мериться да проверять, у кого диссертация толще. Дело люди делают, по делам и судят...
И когда же ты запустил своё волшебное копьё? спросил Иван; самый рослый и громоздкий из всех, он осторожно опирался на тепличку, стараясь ничего не задеть и не повалить ненароком.
В тридцать девятом, как раз перед тем, как меня из НИИ турнули.
Сорок лет, подсчитала Мириам. Да мы ещё везучие!
Мы-то да, покачал головой Мэт, а вот он нас здорово обогнал по времени. Копьё туда ещё, видимо, не добралось.
Может и не добраться, оно же тормозится озабоченно заметил Джо, надо новое запускать. Только где его теперь сделаешь...
Так если ты думаешь, что мы тут тебя оставим как есть, так ты неправ! наскочил на него Люка. Ты пойдёшь с нами, и мне даже странно, если ты сомневался!
Думаешь, можно? Джо с сомнением оглянулся на сад.
Слушай, Ося, когда я говорю, так я уже не думаю, когда я говорю так я знаю!
Но вот чего я не пойму, заметил Иван, как это они тут за сорок лет не заметили облака? Оно ведь работает, мы все его видим...