А теперь Радка сама сдирала с ногтей лак, и это олицетворяло наивысшую степень ее нервозности.
Нежка, я хочу эти триста баксов в день.
Нам еще не отказали.
А ей отказали. Без причин.
Причины были, просто ей не объяснили.
Я не хочу никаких причин, я хочу, чтобы нас пропустили
Хлопнула дверь; раскрасневшаяся от злости блондинка вылетела наружу и на всех парах пронеслась через коридор. Мы с Радкой переглянулись
и подумали об одном и том же: «Сейчас ей лететь обратно, спать, вдыхая газ. А потом в Нордейл».
Вот и кончился ее праздник.
Из-за двери донеслось: «Следующий, входите!»
А наш только начинается, хихикнула я браво. Пошли, мы ничего не теряем.
Триста баксов
Радка смотрела на меня глазами печальной коровы.
Эй, не ты ли говорила, что мы молодые, прекрасные и самые замечательные?
Я
Ее грудь чуть «выпукла» от гордости к себе.
Вот и пошли это докажем.
Она неуверенно спросила:
Кто первый ты или я?
Вместе, родимая, только вместе.
И я потянула ее за запястье.
Да.
Лесбиянки?
Нет.
Мы отвечали синхронно.
Светлая комната, раскрытые жалюзи, трое мужчин за длинным столом, напоминающим «профессорский» в институтской аудитории. Мужчины по виду разнились: слева моложавый, чернявый с бородкой и пухлыми губами, по центру сухопарый очкарик с лошадиным лицом, справа и вовсе лысый в стального цвета футболке «приемная комиссия», блин.
Экзаменаторы оглядывали нас с интересом. Очкарик пояснил:
Стадия первая: сейчас Мартин (кивок на соседа слева) обследует прибором ваш психологический фон если все в порядке, перейдем ко второму этапу.
Мы с Радкой напряглись. Интересно, чем они обследуют и как? Ведро с проводками на голову и присоски по всему телу?
Я ошиблась. Усатый поднялся из-за стола, держа в руках небольшую коробочку с кнопками и экраном эдакий широкий пульт. С ним он подошел сначала к Раде и какое-то время водил сначала перед ее лицом, а после у висков и затылка, затем коротко удовлетворенно кивнул и направился ко мне.
Пульт не издавал ровным счетом никаких звуков и не вызывал неприятных ощущений, но я водила за ним настороженным взглядом что за штуковина такая? Вдруг сейчас выдаст красный сигнал?
Обе пригодны, спустя минуту заключил усатый Мартин и направился обратно за стол.
Мы с Радкой весело переглянулись мол, «мы с тобой достаточно шизанутые для этого Города» и разулыбались. Но не успели выдохнуть с облегчением, как последовала команда:
Раздевайтесь.
Упс, приехали.
До трусов? спустя молчаливую паузу уточнила изумленная подруга.
Трусы можете оставить, благосклонно разрешили нам. Но бюстгальтеры снять. Это и есть второй этап визуальный осмотр. Ваши тела должны быть приятны для взглядов не вызывать отвращения, не отпугивать, не напрягать шрамами или уродливыми тату. Вы ведь будущий персонал как-никак.
Угу, значит, не праздная команда мол, дайте мы заодно на вас глянем, раз пришли.
Нет у нас тату, неприязненно выплюнула Радка и принялась стягивать кофту. Все еще заторможенная от замешательства, я последовала за ней и неуверенно взялась за пряжку собственных брюк.
Снимайте-снимайте.
«Давай, не тушуйся, подбодрила меня уверенным взглядом подруга, нам есть что показать».
Хм, действительно, есть. Может, не модели, но и страшными мы никогда не были. Радослава вообще деваха видная и спортивная сисари, как футбольные мячи, разве что колом не стоят, плечищи широкие, бедра узкие, щиколотки тоненькие она всегда напоминала мне перевернутую горлышком вниз бутылку. Сама я не «бутылка» скорее, песочные часы, вот только не худая титьки размера три с половиной, округлые мягкие бедра, наличие талии. Радка яркая блондинка, розовощекая, молочная. Я пухлогубая брюнетка с бронзовой кожей и водопадом прямых каштаново-красных волос. Голубоглазая. Чувственная «лиса» именно так меня часто называли друзья мужского пола. Хм, лиса и лиса. В общем, красавицы мы, как ни крути.
А крутить нас крутили. То повернитесь левым боком, то правым, то задом, хорошо хоть не «нагнитесь» не прием работниц на роль разносчиц, а кастинг для порнофильма, не иначе.
Ну что, как вам? вопросил очкарик соседей.
Мы стояли перед незнакомыми мужиками голые и одинаково пунцовые от смущения. Нас обозревали, как скаковых кобыл.
Мне нравится, постукивая ногтями по столу, заключил усатый.
«Слава тебе, Создатель»
Да, сойдут, кивнул лысый.
«И тебе всего пять очков из десяти», мстительно съязвила я за «сойдут».
Я тоже «за», подытожил центральный. Марти, передавай их Алану, пусть возится с ними дальше. Кто там после них? Следующий!
Стоило дверному замку щелкнуть блин, значит, в коридоре кто-то был! как мы с визгом, прижимая одежду к голым телесам, выскочили за противоположную дверь.
Блин, мудаки, даже одеться
не дали! натягивая плотные колготки и шерстяную юбку, Радка пыхтела, как паровоз. Мы же сиськами стоим сверкаем, а он «следующий»
Зато мы прошли, Рад! Мы прошли!
Ага, она радовалась сквозь пыхтение. Будут ежедневные три сотенки нашими, это классно. Слушай, а почему все-таки та баба не прошла?
Это она про блондинку, которая выскочила обратно.