Матч окончен! закричал судья. Всё, конец! Гол недействителен! Не засчитывается!
Когда болельщики ринулись на поле качать Травссона, мы сразу же ушли. Мы и не подумали собирать брошенные бутылки. Не к спеху, подождёт. Денег у нас и так было больше, чем надо. Я положил наш плакат в коляску. Меня немножко беспокоило, не начались бы какие разговоры насчёт состава наших прохладительных напитков. Они оказались что-то уж чересчур живительными.
Чокнутый всё же народ эти болельщики, сказал Стаффан.
Да уж, сказал я.
Зато каков бизнес, а? Просто блеск! сказал Стаффан.
Да уж, сказал я. Бизнес ничего себе.
Теперь, наверно, сможем даже купить новый поводок нашему Могиканину, сказал Стаффан.
На обратном пути нас обогнал какой-то велосипедист. К спутанным волосам у него прилипла лепёшка грязи. А лицо было такое напряжённое, будто он изо всех сил старался не упасть.
Не иначе, с футбола, усмехнулся я.
3
Если б где-нибудь поблизости была какая-нибудь башня с часами, они пробили бы сейчас ровно одиннадцать ударов. И если б в эту ночь светила полная луна, а где-нибудь поблизости была стая волков, они все как один стали бы выть, задрав морды к чёрному небу, усеянному звёздами и летучими мышами.
Но всё было тихо в этот час, когда я увидел сигналы Стаффана. Слышалось только мирное посапывание Лотты. Я на цыпочках подбежал к окну и просигналил в ответ: «Вас понял. Одеваюсь».
Не заснуть до одиннадцати оказалось не трудно. Я лежал в слушал разговоры на кухне. Они, как я понял, планировали какую-то там демонстрацию у себя на фабрике.
Я почувствовал даже смешную ребяческую гордость. Если б я не сбежал, Оскар с Евой, может, и не вели бы сейчас всех этих разговоров со своими товарищами с фабрики, думал я. Потом я представил самого себя в роли неустрашимого народного вождя. Вот я стою перед народом в пижаме, в кепке и с бородой и держу речь. «Товарищи! говорю я. Час настал! Проснитесь!»
Тут я услышал голос Евы.
Нет, мне это наконец
надоело! говорила она возмущённо. Я, выходит, не в счёт. Вари вам кофе, подавай вам пиво и всё. А я ведь как-никак тоже там работаю, наравне с вами. Могли бы, кажется, понять своими тупыми башками. Чего вы мне рот-то затыкаете? Не хотите даже выслушать!
Почему же не хотим, очень даже хотим. Откуда ты взяла? Успокойся, пожалуйста.
Знаю я, как вы хотите! фыркнула Ева. Но ничего, голубчики, теперь уж вам придётся.
Потом они перешли в гостиную, и мне было уже не слышно, про что они там дальше говорили. А потом в доме стало тихо. Гости ушли, и Оскар с Евой легли спать.
Я стал ждать условленного сигнала. И вот лампа в окошке замигала. Я быстро оделся. Прошёл на цыпочках к окошку, поднял раму и бесшумно залез на подоконник. В темноте передо мной маячили две смутные тени. Одна тень это был Стаффан, а рядом кто-то низенький и толстый. Этот низенький и толстый налетел на меня, как только я спрыгнул на клумбу, и ткнулся мне в ноги.
Хрю-хрю, ласково сказала тень.
Это был Последний-из-Могикан. Я наклонился и легонько пошлёпал его по пятачку. Давненько мы не видались. Он стал совсем красавцем.
Привет, старик! сказал я ему. Ну, сейчас поглядим, воспитанная ли ты свинья. Можно ли пускать тебя в хорошее общество. Ничего, не робей, держи хвост крючком!
Вообще-то не мешало бы надеть на него костюм с галстуком, шепнул мне Стаффан.
Этой ночью мы задумали поучить нашего Могиканина, как вести себя в приличном обществе. Мы решили познакомить его с породистыми псами Голубого. Стаффан считал, что это очень важно. Если не дать ему возможности познакомиться с собаками ещё до выставки, он там наверняка будет нервничать и, чего доброго, осрамится, взъевшись на какую-нибудь шавку-моську. А это здорово снизило бы его шансы на победу.
Последний-из-Могикан культурненько семенил рядом. Иногда Стаффан покрикивал: «К ноге!» и наш Могиканин послушно выполнял команду. Мы неторопливо спускались к посёлку. Было тихо и темно, свет везде погашен. Стаффан прихватил с собой рюкзачок «со всякой там мелочью, которая всегда может пригодиться».
Мы дошли без приключений, только один раз нам навстречу попалась машина. Мы не хотели, чтоб нас кто-нибудь видел, поэтому спрыгнули в канаву и залегли там. «Лежать!» сказал Стаффан Могиканину, и тот моментально распластался на земле, как лепёшка. Большие успехи сделал наш Могиканин!
Когда мы подошли к калитке виллы Голубого, мне стало как-то не по себе. Неужели и правда не побоимся? В прошлый раз ничего хорошего из этого не вышло. А ведь тогда был день и солнце светило. А сейчас вон какая темнотища. И на небе лохматые тучи будто чёрные великаны с седыми волосами. И тихо-тихо будто великаны там над нами затаили дыхание. В такие вот именно ночи могильщики, привидения и одноногие бандиты с деревяшками назначают свидания на кладбищах.
Калитка была заперта толстенная цепь и висячий замок. А забор был слишком высокий с нашим Могиканином через такой не перелезешь.
Вот чёрт! сказал я, но в душе даже обрадовался, что наши планы сами собой расстроились: теперь можно было со спокойной совестью повернуть назад.