- Мне не надо выбирать лошадь для передвижения по земле, - более мягко, чем хотел раньше, сказал Снежок, - погладь ее по голове, девочка, убедись, кто перед тобой. Это не просто четырехногое животное. Не бойся, он не обожжет тебя волшебным огнем.
При этом мысленно коварный Снежок предложил Игорю:
- Напугай эту милую белокурую красотку, пусть поймет с детства, что одного смазливого личика для появления перед королем и его великим магом не достаточно. А то крутит своими прелестями перед монархом и его могущественным волшебником.
Король Снежок все же был из рода подлинных королей и не любил, когда перед ним ни за что, ни про что выкобениваются.
Вместе с тем он не был груб и хамоват, а вел себя, как красавец взрослый с только еще входящей в пору красоткой, не умеющей обходиться с девичьими прелестями перед представителями сильного пола.
- Ну, я не знаю, - заколебался Игорь, которому не очень хотелось быть страшилищем для такой прелестной малютки. Подергал шкурой на спине, которую выбрала место посадки большая муха. Мысленно махнул виртуальной рукой, поскольку в натуре у него присутствовали только копыта. Вообще-то противился маг не сильно, ибо он тоже видел, как девочка себя ведет и понимал, что ее надо немного проучить. Хотя, если бы ему предложили поцелуй хотя бы в щечку Ну нет так нет.
Он очень хотел обратить на себя внимание и развернуть хоть какие-то отношения. А для этого для своих лет нужно дернуть за косичку
или ткнуть в спину. С учетом физиологии укусить (слегка), толкнуть (не сильно), ударить (осторожно). Он был еще слишком маленький.
Поколебавшись, большой, просто огромный жеребец Игорь по сравнению с эльфийкой оскалил зубы, показывая, что он страшный и ужасный, и как он может больно укусить. А потом грозно стукнул копытом о землю, поскольку коснуться ее он и побаивался, и стеснялся.
Посмотрел лиловым глазом на Лилиану боится ли? И этим сбил большую часть своего имиджа грозного и ужасного жеребца, который или укусит, или очень больно пнет.
Юная эльфийка была не только надменной, но и храброй, умной и понимающей, как все первородные, природу. Подумав при виде злого, иногда дышащего огнем жеребца, она тряхнула длинными платиновыми волосами, заплетенными в четыре косы признак незамужнего положения, - и решительно протянула руки. Эльфы от природы и волею Богов всегда были ближе к животным и растениям и она совсем не боялась крупного коня. Тем более, она полагала, что мужчина, пусть и другого вида, чем эльфы, дрогнет и сломается от ее красоты.
Она ласково погладила жеребца по шее, почувствовав, как задрожали на ней мышцы под шкурой.
«Как все мужчины одинаковы, - насмешливо подумала она, вспомнив слова ее старшей сестры Трианы, - им нужно только одно». Знала бы она, что это всего лишь юный человек!
В отличие от Трианы младшая сестра была слишком молода и примитивна в передаче чувств. И поэтому грубость в ней сопутствовала с романтизмом. В порыве эмоций она крепко обхватила его за шею, не подумав, что будь жеребец без разума, он переломал бы ее кости, а то и больно пробил копытами тело, а если он с разумом, то обниматься с ним девочке неприлично.
А это был Игорь. Совсем юный человек, которого впервые обняла девушка, практически еще девочка. И поэтому в их объятиях еще не было практически никакой любви. Другое дело, что девочка обнимала коня и ничуть не стеснялась. А Игорь все же впервые обнимал девочку почти человека и очень стеснялся. Хотя и сам был не человеком, а конем.
«Теперь побыстрее превратись в человека, - мысленно посоветовал Снежок своему другу, в отличие от него, понимавший все нюансы чувств, - не век же тебе лошадью быть? Да и эльфы не очень ценят, как разумных существ, жеребцов».
Игорь подумал, оторвался от девочки, засмеялся мыслям Снежка и превратился в свое естественное состояние. В итоге начал ржать конь, а завершил смеяться человек.
- Ой, какая я сильная магиня! - удивилась эльфийка своей нежданной магической мощи, объем которой она даже не представляла, увидев Игоря. Она думала, что именно ее объятие совершило превращение и это привело к появлению в ее душе не только положительным, но и отрицательным эмоциям.
Да, она умеет превращать одного существа в другое. Раньше она так не умела. От любви? Она покраснела. Но почему именно в человека? Почему в такого низкого по уровню разумного существа, а не эльфа? Боги выбрали ей, эльфийке, человека? Несправедливо!
От этих мыслей она превратилась в жестокую женщину, которую повсюду именуют фурией, и от которых стремятся даже волшебники. Почти сердито посмотрела. Будь они вдвоем, сказала бы зло пару-тройку слов. Но поскольку рядом были взрослые, лишь блеснула глазами.
Взрослый эльф, имея большой опыт и серьезные знания, был настроен более трезво и посчитал, что магию проявлял не девочка (эльфийки не имели таких возможностей от Богов), а будущий король или, скорее, его маг.
«Велик же маг короля, - успел подумать эльф о превращения коня, - каков же тогда сам король? Молчи, древний бестолковый дуб и не лезь со своими оценками. Знай свое место. Ты едва не сделал ужасную ошибку. У нас есть сиамские маги! А твое дело уметь работать оружием».