Дневник Рыжего Лиса
Глава 1
Привет, мой новый дневничок! Ты будешь моим самым прикольным, или самым занудным дневничком. Я специально тебя завела и даже тетрадку с енотами купила. А потом, когда я приеду, то буду читать тебя Женику, Славчику, Косой Ноге, Паровозу и всем нашим. Вот это будет отпад. Итак, дорогие друзья, отгадайте куда отравляется ваш Лис? Ха! Никогда не догадаетесь, хотя ближе всего, как всегда, конечно, Паровоз. Я уже слышу, как он басит: «В деревню, к бабушке». Умница, хотя и не отгадал. Я еду держитесь крепче за подоконник я еду в МОНАСТЫРЬ!
Ну всё, рев закончился? Я могу разжать уши? Нет, Славчик, я абсолютно и совершенно не прикалываюсь, честное пионерское. И я, Косая Нога, вовсе не рехнулась. Просто моя любимая сестренка Тотошка уже полгода ноет о счастье заживо попасть в могилу, и, наконец, я сдалась и САМА уговорила Ма отпустить ее на десять дней, а меня отправили с ней конвоем. Паровозов предупреждаю, что сразу даю по мозгам за выражения про сестренку даже беззлобные, ясно? Тогда продолжаю. Итак
22 сентября
Сегодня с утра, как и всегда, был великий мандраж всех времен и народов. Ма с утра бегает с красными глазами: она боится, что Тотошка не вернется. Я уже пять или шесть раз клятвенно обещалась привезти ее обратно, хоть спеленатую по рукам и ногам. Все носятся и собирают вещи.
Ба, а вот это что-то новенькое. Прикидываете, мне, оказывается, предстоит надеть балахон, да ещё и ниже колен! Я чуть было не отказалась от этой затеи напрочь, но что не сделаешь ради искусства. И балахон одену, и платок нацеплю во будут фотки! Пятая бабка справа это ваша Лис. Ха. Ладно, ради прикола можно и рубище надеть.
Тотошка чуть не битый час жужжала мне про то, как нужно себя примерно вести. Пока все носились, я уложила в свою сумочку всё необходимое, плеер, диски, а сейчас дело за дневником. Ну, пока.
***
Всё. Приехали. Итак, ваши первые впечатления? Ну Их, честно говоря, маловато. Почти полдня тряслись в электричке, затем в мерзком вонючем автобусе, затем ещё пешком пилили с полчаса моим и с час Тотошкиным шагом. По пути мы с сеструхой успели погрызться. На неё нашло сентиментальное настроение, и она всё время тыкала мне в окно: «Ах, Лиза, посмотри какой закат!» Закат был, конечно, офигенный, но ведь они и все такие.
А перед воротами (святыми, как сказала Тотошка. Интересно, а чем это они просветились?) её и вовсе развезло. Она так торжественно перекрестилась и бух лбом в землю и так три раза, а у самой глаза на мокром месте, разве только землю не целует. Я даже растерялась: неужели это так положено? А она шипит: «Бесчувственная, такое святое место!». Ну ладно, пень я, что делать? А мне смешно.
Дело было вечером (даже ночью), и всего я не разглядела. На первый взгляд развалины, неплохой сад. Круто, что стоит на большом, светлом озере, и прикиньте: луна, озеро как серебряное, огоньками светится и переливается, а всё вокруг тёмно-синее, густое. Большие валуны, сосны, ели Что делать, на то я и Лис, что люблю природу. Ну все, короче. Я сегодня убилась, ставлю будильник на пять (подъем в шесть) и за час накидаю сегодняшнее. Пока.
23 сентября
М-да. Ну и видок у меня: обалдеть не встать! Бабка Лис да и только. Сфоткала себя на память. Рыжие космы выбиваются из-под косынки. В колхозе доярки и то лучше выглядят. Полчаса проторчала у зеркала, любуясь на себя. Решила не краситься всё равно не поможет, даже ещё убойней будет смотреться. Зато очень мало времени осталось, чтобы записать впечатления, уже 5.30.
Итак, вчера в электричке к нам пристал какой-то небольшой рыжеватый, рябоватый тип. Ему лет за тридцать (под сорок?), но он бреется и носит молодежное, явно косит под мальчишку. Косолапый, но самодовольный. Зовут Василием. Оказался православным, притом ехал туда же куда и мы. Такие не в моём вкусе, а вот Тотошка с ним разболталась, ещё бы брат и сестра!
Братья и сестры они все, и он сразу, с места в карьер, стал нам тыкать. Я довольно вежливо его осадила, сестренка обиделась, что я, видите ли, груба. Ну и фиг с ним. Оказывается, он в монастыре чуть ли не самый большой человек (по его словам). Сварщик Вася там, кажется. Приезжает, помогает. Матушка (это старшая) его почитает и слушается. Бог он что ль какой? Я так и не поняла.
Насчет матушки (прикиньте, ее зовут Евдокия Дуня, круто, да?), мне Тотошка уже все уши прожужжала. Это, как она говорит, старица что-то вроде смеси святой и экстрасенса. Видит человека насквозь, знает прошлое и будущее, какие-то там чудеса про неё рассказывают. Ну, словом ангел, спустившийся
с неба. Тип иного о ней мнения, он считает её обычной тёткой. Критиковал её и в конец объявил, что старчеством здесь и не пахнет. Тогда они с Тотошкой разругались. На этом мы и приехали.
Застать матушку нам не удалось. Мы приехали то ли в двенадцать то ли в час, и она, кажется, уже спала. В её возрасте простительно, ей, кажется, за шестьдесят. Хотя нам прямо так не сказали. Тайны, тайны Ну да всё по порядку.
Встретила нас привратница, культурно обругала, что, дескать, разбудили. Я, конечно, взбесилась и тоже кратко, но ёмко ответила. Бедная Тото краснела и бледнела. Она, похоже, готова была здесь ручки на дверях целовать. А вот у меня настроение сразу испоганилось. Но тут пришла другая сестра (у неё как-то забавно называется должность, потом узнаю и запишу, зовут чуднó: мать Арсения) и отругала сторожиху (Валентину), что нас так грубо приняла.