В настоящее время задачей почерковедения становится: найти законы зависимости между функциями органов, воспроизводящих письмо и результатом этих функций почерком.
И эта задача должна стать ударной задачей, гак как к тому толкает сама жизнь. Недавно во Франции изобретателем Деленом достигнута возможность передачи почерка по телеграфу. Сущность изобретения сводится к следующему: отправитель телеграммы может написать ее на любом языке и любыми знаками, и получателю она будет доставлена точь-в-точь в таком же виде и тем же почерком, каким была написана; Удобства нового способа телеграфирования неизмеримы. Получается собственно не телеграмма, а телеграфное письмо названное "белинограммой". В деловых сношениях такая телеграмма может иметь характер документа, так как она точно передает почерк и подпись получателя. Таким образом, область применения судебнодоказательной силы письменных актов еще более расширяется.
В области педологии графология может сыграть решающее диагностическое значение, как определитель задатков и способностей ребенка.
С постановкой графологии на научной базе, она приобретает первостепенное значение, как объективный метод самопознания и человекознания, что безусловно имеет большую этическую, воспитательную ценность. Проф. Шнейдемиль в одном из своих трудов указывает также на исключительное значение графологии при выборе лиц на ответственные должности.
Установлено, что существует определенная связь между нервно-мозговыми заболеваниями и нарушением обычного вида письма. Какие формы может принять это нарушение письма, с большой наглядностью показывает проф. Сикорский в своем труде: "Всеобщая психология". Его основные положения сводятся к следующему. Автор говорит: "При
прогрессивном параличе наиболее наглядными и наиболее поучительными представляются изменения в письме и речи. Анализ автографов больных должен войти в состав симптоматологии болезни, подобно другим данным".
Письма прогрессивных паралитиков обращают на себя внимание содержанием и внешностью. Паралитики пропускают слова, забывают о том, что нужно писать, и все их письмо представляет бессмысленный набор слов. Сплошь и рядом а таком письме наблюдается брызги, неровность строк, букв. Почерк параличных характеризуется умственными ошибками: пропусканием букв и знаков и прибавлением лишних букв; при общем параличе эти признаки являются чрезвычайно рано, гораздо раньше остальных симптомов болезни.
По наблюдениям доктора Люци, в начале болезни замечается лишь незначительное дрожание в нижних закруглениях букв и линиях, выходящих за строку. Подобное, а также автографы паралитиков мы можем найти в руководствах по нервным болезням проф. Оппельгейма, Крепелина, д-ра Образцова и др.
Аномальные начертания часто встречаются у лиц, страдающих навязчивостью состояний и идей, у лиц с нарушенным психическим равновесием или находящихся в состоянии сильной озабоченности. Это объясняется тем, что, когда мысль, диктующая письмо, задерживается по какой-либо причине (вызванной депрессивным состоянием пишущего), человек делает рефлекторное движение и ставит точку или другой знак. Рельефность и число аномальностей в письме варьируется в зависимости от настроения. Когда человек не тревожится беспокоящими его мыслями, что не задерживает обычного хода его мышления, то исчезают и эти аномальности в начертаниях. Но едва наступает прежнее состояние, как снова в письме наблюдаются те же признаки, и чем сильнее по навязчивости представления, тем обильнее в почерке и подобные начертания. Характерны наличием аномальных начертаний некоторые рукописи Соловьева, Достоевского, Гоголя.
Заслуживают глубокого внимания изыскания д-ра Попялковского над аномальными начертаниями в письме (неуместными лишними штрихами, как-то: точками, не требуемыми правилами пунктуации и часто разбросанными, где попало) (см. приводимый автограф). Он приходит к заключению, что мысль, неотступно преследующая человека, удручающая его, а также напряженность Внимания, вызванная необходимостью в силу условий работы (чаще у лиц ответственного труда, как-то: у людей, соприкасающихся с денежными суммами, судебных работников и т. п.) быть постоянно сдержанным, осмотрительным, осторожным, может выразиться в письме аномальными начертаниями. Поэтому мы можем очень часто встретить у лиц вышеуказанных категорий различные черты и точки после, а иногда и до подписи.
Д-р Попялковский в одной из своих статей приводит следующий характерный пример:
"Желая ознакомиться с нервным состоянием учащейся молодежи в течение экзаменов, я на выпускных экзаменах в фельдшерской школе д-ра Рогинского предложил ученицам написать о себе краткие сведения. Из 65 учениц половина вслед за подписью поставила точку. У 15 учениц замечалось уже некоторое злоупотребление точкой, точка стояла в конце каждой графы, и у 4-х учениц оказались аномальные точки. Мною были наведены справки об этих 4-х ученицах Одна из них, имевшая аномальные точки, находилась в крайне бедственном состоянии, перенесла сильную нужду и буквально голодала. По свойственной молодежи гордости, она скрывала свою нужду и не хотела ни к кому обращаться с просьбой о помощи. Об этом узнали случайно, когда, вследствие истощения, с нею стали делаться обмороки. Другая находилась в последнем месяце беременности и была озабочена тем, успеет ли она сдать экзамены до наступления родов. Третья, в то время, когда писала, находилась под впечатлением разлуки с ребенком, которого она только-что отправила к родным. Лишь о четвертой мне не удалось получить сведений. Но по аналогии с другими случаями можно было думать, что у нее в жизни было что-то взволновавшее ее: в тексте ее записки находились четыре аномальные точки".