И семь бобят кинулись к двери. Не успели друзья сообразить, что же происходит, а бобята уже высунулись из окон и хором закричали:
Папочка, иди скорей. Мы устроились!!!
Как вам не стыдно! возмутился Пахтачок. Ведь мы строили этот дом совсем не для ваших бобят.
Боб Бобыч надулся, отставил ногу, упёрся кулаками в бока:
Так вы хотите, чтобы этих невинных крошек я оставил под открытым небом? Не выйдет.
Каждый уважающий себя заботится о своих детях. Почему вы не построили дом для своих бобят? не сдавался Пахтачок.
Я же вам объяснил, повысил голос Боб Бобыч, моё дело руководить!
Тогда Пахтачок решил прибегнуть к испытанному средству и, надвигаясь на Боба, спросил страшным шёпотом:
А что, если ночью мы съедим вас вместе с бобятами?
Боб Бобыч побледнел, испуганно попятился к дому. А взбежав на крыльцо, прокричал:
Не выйдет! Нас девять, а вас только двое. Мы сделаем ставни на окна и запоры на двери. А потом я выяснил, установил, что вы оба ха-ха! не хищники. Вот так!
Он громко шмыгнул большущим носом, тряхнул лысой головой и, размахивая портфелем, скрылся в доме.
Серая разбойница
Работайте проворнее! Живее, живее!
Смуглые щёки Пахтачка побелели от обиды.
Эх, сокрушался он, если бы не бобята, я живо выгнал бы его из нашего дома.
Однажды они штукатурили стены. Боб Бобыч, как всегда, стоял поодаль и громко командовал:
Мажь потолще. Затирай ровнее. Во-о-о и вдруг умолк, будто подавился.
Что с ним? изумилась Кукурузинка.
Друзья оглянулись и увидели странную картину. Боб Бобыч сидел на земле, раскачиваясь из стороны в сторону. Его жирные щёки стали синими. Рачьи глаза так быстро вращались, что казалось, вот-вот выпрыгнут из орбит. А из разинутого рта не вылетало ни звука.
Вот Боб Бобыч вскочил, будто его змея укусила. Кинул портфель. Отшвырнул трость. Повернулся и засеменил к дому. Да так, что вслед за ним пыль заклубилась.
С треском захлопнулась дверь за Бобом. Бах-бах-бах! застучали закрываемые ставни. И наступила жуткая тишина.
Что случилось? Кукурузинка стала теребить рыжую косицу.
Сейчас мы разгадаем эту загадку. Пахтачок огляделся. Смотри! испуганно воскликнул он.
Под кустом полыни стояла серая Мышь. Глаза у неё красные, злые. В оскаленной пасти торчали частые зубы.
Хотела Кукурузинка позвать травинок на помощь, да со страху позабыла заветные слова. Пахтачок тоже перепугался.
Бежим! кричит, а сам пошевельнуться не может.
Мышь разинула зубастый рот и кинулась на друзей.
Опомнился Пахтачок, схватил трость Боб Бобыча, выставил её перед собой, как пику. Мышь щёлкнула зубами и раскусила трость пополам.
Всё р-равно н-не спас-сётесь, по-змеиному зашипела серая разбойница. Обоих с-с-съем.
Подумаешь, какая храбрость съесть двух малышей, плаксивым голоском затянула Кукурузинка. Да от этого и сыта не будешь. Только раздразнишь себя. А если ты нас не тронешь, мы накормим тебя до отвала.
Чем ты меня накормишь? заинтересовалась Мышь.
У нас в кладовой лежит большущая головка сыра
Преогромная, поправил Пахтачок. А ещё
Что там ещё? Мышь облизнулась. Нетерпеливо переступила на месте. Ну, что там у вас ещё? Говори. Не то мигом проглочу.
Смилуйся! Кукурузинка умоляюще сложила ладошки. Всё расскажу. Ещё у нас есть кусочек масла величиной с мою голову. И даже
Живей. Не мямли! прикрикнула Мышь.
Кусище сахару. Такой большой, такой сладкий! Мы привезли его издалека. И всё берегли к празднику.
Мышь пошевелила усами. Подумала: «Перехитрю их. Сначала съем сыр, масло, сахар. А потом и самих слопаю». Довольно фыркнула. Оскалила в улыбке длиннющие зубы:
Л-ладно. Не трону вас. Показывайте свои запасы. Да ж-живо. У меня от голода в животе урчит. Сыр это х-хорошо! Масло и сахар ч-чудесно! Скорей ведите в кладовую!
Пошли. Кукурузинка шагнула к своему недостроенному дому. Но вдруг остановилась. Только, может быть, ты хоть что-нибудь и нам оставишь? Мы же помрём с голоду.
Молчать! взвизгнула Мышь. Скажи спасибо, если оставлю тебе твою глупую голову.
Все трое помчались к дому. Кукурузинка громко шепнула Пахтачку:
Пойдёшь вперёд. Спрячешь мешок с изюмом.
Стой! закричала Мышь, Вперёд пойду я с-сама. Вы идите сзади. Открывай дверь!
Кукурузинка приоткрыла дверь.
Но едва Мышь перешагнула порог, как дверь с силой захлопнулась, защемив мышиный хвост.
Ай! дёрнулась серая разбойница. Ой! Отпустите мой хвост, негодники. Я вас Ой-ой-ой!
Друзья припёрли дверь обломком Бобовой трости. Взяли в руки по длинной хворостине и через окно влезли в дом.
Мышь сидела у дверей и жалобно скулила. Увидев хворостины, она угрожающе встопорщила шерсть. Защёлкала зубами. Зашипела:
Н-не подх-ход-ди. На-з-зад. Прогло-ч-чу!
Разве можно глотать сразу двоих? Подавишься, засмеялся Пахтачок. Сейчас ты убедишься, что мы умеем держать своё слово. Мы обещали накормить тебя сыром и сахаром. На, получай!
И они принялись стегать разбойницу прутьями, приговаривая:
На других не нападай, не воруй, не угрожай. За разбойничьи повадки нашу плату получай.
Мышь визжала, пищала. Ругалась, брыкалась. А друзья знай себе стегали её прутьями.
Обалдев от боли, зубастая хищница так рванулась, что оторвала хвост и пулей вылетела в окно. Раз пятнадцать перевернулась она через голову и бросилась наутёк. А вслед ей Пахтачок с Кукурузинкой кричали: