Но, но! крикнул Жан. На её место должен быть я! Ваня, как ты мог?! Не ожидать от тебя такой предатьельство... Я объяснять! Я говорить! Я...
Ваня спрыгнул к Даше и с удивлением отметил, что облако немного пружинило.
Жан, ты с нами?
Жан забрался обратно в корзину и сделал шаг от борта.
Нет смысл в этом! Ты всё испортить... Такой момент испортить!
Да и куда ты его зовёшь? фыркнула лошадка. Спинку мне кто чесать будет?
Жан демонстративно взмахнул шарфом и повернулся к ней.
С превеликий удовольствием, мадам!
Ты топай, Иван, топай, лошадка подставила Жану правый бок и запыхтела от наслаждения. Но бесплатный совет тебе в дорогу дам. Пойдёшь прямо, попадёшь, куда надо. Если не дурак, то не заблудишься.
Ну, облако-то невелико, Ваня взял Дашу за руку и впервые отметил про себя, насколько её ладонь на самом деле маленькая. Держись меня, Огневушечка. Кто знает, какие они... Птицы Гамаюн и Алконост.
Глава 26Прекрасный выбор
Вань, это река шумит? спросила Даша.
Впереди под плакучими ивами клубилась облачная дымка, а на ней, как на волнах, покачивался плот. Ваня помог Даше забраться на него и взял длинный шест, который был здесь вместо весла. Он занёс шест над небесной рекой и опустил вниз, чтобы оттолкнуться от дна. Плот чуть скрипнул и пришёл в движение.
Постарайся сидеть спокойно, а то перевернёмся, предупредил Ваня шёпотом.
Говорить в полный голос ему почему-то не хотелось. На небесной реке было тихо. Даша говорила про плеск воды, но Ваня его не слышал. Может и вправду, когда учишься без глаз жить, мир громче звучит? Ваня прикрыл веки и попробовал сосредоточиться. Он опустил шест в воду раздался едва уловимый «бульк», зашелестели ветви ивы, будто кто-то пером по бересте водил. Сердце застучало мерно и отчётливо. И как только Ваня раньше не замечал, насколько оно у него громкое?
Ты опять мерила мои платья!
Ваня вздрогнул и открыл глаза. Пока он слушал мир, плот прибило к ажурному мосту. На нём раскачивались на качелях две самых необычных птицы, каких только можно представить. У обеих роскошное яркое оперение и такие же яркие хохолки. Присмотревшись к ним внимательнее, Ваня понял: это не просто птицы, это девы- птицы... Значит, это и есть Алконост и Гамаюн.
Твои платья? дева-птица с зелёным оперением посмотрела с презрением на сестру. Ну вот ещё! Зачем они мне? У меня есть вкус!
Ладно, я не против, ответила ей та. Примерь, почувствуй
себя великолепной. Если влезешь, конечно...
Почему бы мне не влезть? Мы с тобой двойняшки.
Дева-птица с розовым оперением ткнула в сестру блестящим длинным когтем.
Ага, призналась! Вот куда мои вещи пропадают!
Ты уже счёт им потеряла! По пять раз в день оперение меняешь.
Поэтому-то все на меня хотят походить! Мне сама Жар-птица завидует.
У меня, между прочим, тоже поклонники есть, парировала розовая дева-птица. Финист Ясный Сокол, например. И она рассмеялась странным смехом, больше похожим на воронье карканье.
Ты что, поверила, что Сокол позарится на такую невзрачную? усмехнулась её сестра.
Я взрачная! возразила дева-птица.
Неуклюжая, не унималась её двойняшка.
Я уклюжая!
Нелепая.
Я лепая!
Ваня не выдержал и подал голос:
Эй, не ссорьтесь. Вы одинаковые!
Что-о-о?! Обе девы-птицы вмиг распушили перья. Их глаза налились красным, когти удлинились, а из-за спин выросли мощные крылья.
Даша потянула Ваню за край кителя и прошептала:
Нельзя такое девушкам говорить...
Ваня откашлялся и поспешил исправиться:
Я хотел сказать, одинаково неповторимые! Простите, дамы. Дорога дальняя, голова усталая, язык заплетается.
Девы-птицы успокоились и повернулись друг к другу.
Наорала на тебя, сестричка... сказала та, что в розовом. Ты уж прости.
Это я виновата, помотала головой та, что в зелёном. Столько устриц съела, аж тошнит.
Это же белковое отравление! С ним не шутят...
Ване снова пришлось кашлянуть, иначе потом и слова некуда будет вставить:
Я посол земной страны. У меня есть для вас превосходное... Хм... предложение...
Девы-птицы спустились с качелей и подошли к перилам моста. Их движения были неспешными, величественными, а ещё синхронными.
Какое, добрый друг? медовым голосом спросила одна из них.
Ваня... в голосе Даши слышалась тревога.
Ну чего тебе? рассердился Ваня. Переговоры идут, не мешай.
Но Даша не собиралась отступать.
Не ври, скажи им правду. Нельзя сказочных существ обманывать, тебе же хуже будет. А если правду скажешь, то хотя бы жизнь сохранишь.
Ваня вздохнул. Повезло ему, что Даша такая мудрая, так и не скажешь, что ребёнок ещё.
Перо нам нужно самописное. Вот позарез!
Дева-птица хищно улыбнулась.
Тому не нужно перо, у кого огниво на шее.
Ваня нащупал под кителем мешочек.
Огниво? Оно бестолковое, ничего не исполняет. А если и исполняет, то через пень-колоду.
Это желания у тебя бестолковые, дева-птица в зелёном задрала нос и посмотрела на Ваню, как на мышонка, нежного и вкусного. Что это за желание пять рублей?!
Алконост и Гамаюн рассмеялись, от чего Ваня почувствовал себя, как нашкодивший ребёнок.
Ну ладно, ладно вам... Я ведь недавно огнивом разжился... Ещё не до конца разобрался, как им пользоваться.