Даша старалась изо всех сил.
В кухню вошли поварята, маленькие помощники трактирщика. Увидев незрячую девочку, с усердием намывающую тарелки, они округлили глаза от удивления и тут же принялись расспрашивать её, кто она такая и что тут делает.
Не подведи, родненькая! Ваня орудовал в дверном замке вилкой, пока не раздался щелчок. Затем прислушался, пытаясь понять, не идёт ли кто. Тихо.
Ну, а теперь «Аты-баты». Аты-баты, шли солдаты... Ваня зашагал по длинным коридорам. Он строго следовал инструкции Даши. Аты-баты, на базар. Поворот. Аты-баты, сколько стоит? Остановка. Аты-баты, три рубля. Ещё один поворот. Аты-баты, кто выходит? Вот сейчас будет заветная комната. Аты-баты, это я...
Есть!
Даша сказала правду. Ваня нашёл нужную комнату, в которой хранились разные богатства: одной посуды сколько! Да тут одного столового серебра не счесть! За него можно столько денег выручить, что можно год, а то и два жить, ни о чём не думая.
Ваня помнил о просьбе Даши, но у него был свой план. Он набил мешок посудой и серебром и закинул его за спину. Теперь он крался вдоль стен, раздумывая, за сколько бы продать серебряный канделябр и что на эти деньги можно купить, как вдруг... Голоса. Совсем рядом.
Двое мужчин обсуждали новый орден генерала Бал алая. Их голоса звучали всё громче и отчётливее вот-вот их обладатели должны были показаться в конце коридора. Ваня достал выручай-вилку, отпер первую попавшуюся дверь и спрятался за ней. Комната оказалась детской. Но, похоже, тут уже давно никто не жил... На мебели лежал толстый слой пыли, даже игрушки ею покрылись.
Ваня подошёл к прикроватному столику и принялся перебирать деревянные фигурки: царь бородатый, царица в венце из кос и царевна. Ну точь-в-точь Даша. И платье похожее, и выражение лица.
Внезапно в коридоре что-то зазвенело. Ваня резко повернулся, случайно задев бедром прикроватный столик тот с грохотом упал, отчего фигурки царской семьи разлетелись по полу.
Ты слышал? раздался голос одного из мужчин.
Кто здесь?! спросил другой, потянув за ручку двери.
Ваня пытался её удержать, но силы оказались неравны. В итоге дверь распахнулась, и в комнату ввалились двое стражников. Оба в мундирах, офицерских фуражках, только вместо ружей сабли. Ваня быстро подметил, какие у них крепкие ручища. Лица багровые от злости. Таким лучше не попадаться... А не то опять в темнице окажешься.
Мешок отдавай и руки вверх! скомандовал стражник, направляя на Ваню саблю.
Отдавать, так отдавать! Ваня бросил в стражников мешок и опрометью ринулся в коридор.
Эй! Куда! крикнули позади и, конечно же, устремились в погоню. Ребята, вор во дворце! Стража!
Вот уже и не две пары ног мчались за Ваней, а целая дружина. Он бежал по лестницам, выматывал стражников, но сил у них всё равно было больше. «Что делать-то? Что делать?» спрашивал себя Ваня, выбираясь на крышу. Кругом пустота, только печная труба торчит. Но в следующую секунду со всех сторон показались стражники. Кажется, вся охрана дворца собралась в одном месте. Они ловко загнали вора в ловушку и обнажили клинки.
Другой на месте Вани решил бы, что всё пропало, это конец. Но он и не думал вешать нос. Вместо этого он хитро ухмыльнулся.
Ну не удача ли? спросил он, посмеиваясь, и прыгнул в печную трубу. Была не была-а-а-а!
В трубе было темно, пыльно, в носу один за другим рождался чих. Ваня пытался уцепиться хоть за что-нибудь, чтобы сбавить скорость, но ничего не получалось. Вроде и недолго было лететь, а время растягивалось так, что Ваня успел подумать о Даше. Не по собственному желанию мысль сама собой пришла: «Как там Огневушечка? Не прогнал ли её старый трактирщик? Солнце-то за горизонт рухнуло, куда девчонке идти, если я её бросил?» Так за раздумьями Ваня и приземлился. Не мягко и на ноги, а со всего маху и копчиком. «Ух! Как и жив-то
остался?»
Выбравшись из камина, Ваня принялся потирать спину, пока не увидел, что перед ним Лиходей стоит, вино попивает. Вдоль стен притаилась прислуга.
Царь что ли новый? Ваня окинул Лиходея взглядом, оценивая богатство наряда.
А ты трубочист? спросил Лиходей, как будто и не удивился незваному гостю.
Кто же ещё! воскликнул Ваня. Трубы чистить надо. Да и кирпич сырой...
Лиходей приподнял левый уголок губ и прищурился, явно не веря Ивану.
Форма у тебя почему солдатская?
Так я военный трубочист, Ваня развёл руками, мол, дело обычное, а сам направился бочком к выходу. Ваш-то дворцовый заболел. Чихает. Насморк ещё у него, кажется... Вот меня и приставили. Так-то я пушки чищу, чтобы ядра не застревали.
Лиходей засмеялся, как если бы услышал шутку, и хлопнул себя по колену.
В общем, я это... закончил. Пойду. Ваня отпер дверь, а за ней стражники уже дожидались лазутчика.
Они мигом скрутили Ваню и потащили в коридор, но тут он возьми и скажи:
Хорошо-хорошо, батюшка-царь, признаюсь! Не трубочист я. У вас повариха красивая, я к ней лез. Амур у нас!
Лиходей сделал стражником знак, и они вернули Ваню в зал.
Амур, говоришь?
Ага, дело молодое. Ваня принялся разминать запястье. Прошу понять и простить. И отпустить! Слышал я, батюшка-царь, о вашем покровительстве семейным ценностям. Давно молва ходит, что при вашем правлении у народа и браки крепче стали, и детей прибавилось.