- Мы с Дмитрием Максимовичем, - ответил капитан и поведал о загадочном происшествии.
Матвей слушал, полуприкрыв глаза и склонив голову к левому плечу. Капитан был достаточно мудр и успел изучить его манеры, чтобы поведение физика ввело его в заблуждение. Даже когда Мат Брагин выглядел рассеянным и нес околесицу, его мозг все равно работал на полную катушку.
- Мы посчитали, что вы должны были обо всем узнать, - закончил Коростылев. Возможно, у вас найдутся объяснения.
- Вы понимаете, что такое «КоБра»? спросил Брагин.
- В общих чертах, - осторожно ответил Вадим.
- Вы ни черта не понимаете. Простите! «КоБра» создает Пробел. А что такое Пробел? Мат перевел взгляд с капитана на его помощника.
Лазарев осторожно улыбнулся:
- Большая дырка?
Матвей фыркнул:
- Дырка! он вновь прикрыл глаза и продолжил на удивление мирно: - Представьте себе вращающуюся дверь в торговом центре. Она крутится вокруг своей оси, и у нее есть два отверстия. Вы заходите в одно отверстие, дверь поворачивается, и перед вами открывается другое отверстие, в которое вы выходите. Вращающаяся дверь это то, что принято называть «разновидностью плоской кротовой норы». В нашей системе координат деформационный излучатель «КоБра» делает одновременно три вещи. Первое: он эмплозирует[3] пространство-время, (сноска: эмплозировать сжимать) заставляя его сначала вращаться вокруг горизонта «КоБры», а потом утягиваться в точку. Второе: с помощью встроенного ИИ он выжигает расчетные отверстия для входа и выхода, то есть программирует Пробел. При этом используется энергия микроскопической «черной дыры», в которую превратилось хроногеометрическая матрица нашего пространства в указанной точке, и которая в процессе пожирает саму себя. Двойные портальные ворота создают надежный экран из экзотической материи[4], (3) такой огромный-преогромный пузырь, чтобы обезопасить наблюдателей. И, наконец, третье: «КоБра» выходит на финальный режим и стабилизирует Пробел, то есть в нашем примере - косяк крутящейся двери, собирая по краям темное фантомное вещество. Все! Сквозь Пробел можно проходить, он безопасен.
- А откуда берется эхо? рискнул задать вопрос Лазарев. То, про которое вы упоминали.
Мат, казалось, не слышал. Или избрал манеру начинать издалека:
- Мы смотрим на Пробел из нашей системы координат. А что происходит в другой системе, у других наблюдателей?
Лазарев пожал плечом. Он решил не вмешиваться, Матвей и без его ответов продолжал вещать, словно на очередной лекции.
- В другой системе координат абсолютно ничего не происходит! Это самое необыкновенное, самое важное и самое непонятное место в проекте! Воздействие «КоБры» в других системах отсчета настолько ничтожно, что приравнивается к случайным флуктуациям, которые возникают спонтанно то там, то здесь. По Мультивселенной постоянно катаются волны, так называемая причинно-следственная рябь это ее, Вселенной, суть. Мультивселенной нет дела до нас и нашего деформатора, мы прах от праха и не способны сколько-нибудь серьезно повлиять на ее устройство. Мироздание нас не видит! Однако на свою жизнь в нашей системе наблюдения мы этим Пробелом очень даже влияем. И эхо это отголоски событий, которые происходят по нашей воле. Или по нашей вине.
Брагин вытянул
палец в сторону первого помощника:
- Пробел Коврова или «Эффект кобры», как его все чаще называют, это частный случай суперплоской «кротовой норы», внутри которой пространство и время теряют привычные нам свойства. Но у Пробела есть последствия.
- Какие последствия? не утерпел Дмитрий.
- Он влияет на нашу жизнь, разумеется. Я упрощаю еще сильней: наша вращающаяся дверь очень тонкая, тоньше оконного стекла в миллионы раз. «КоБра» настолько сильно деформирует ткань Вселенной, разводит в стороны все эти воображаемые нити, что целостность в конкретной точке перестает существовать. Деформатор сначала собирает в точку, комкает ткань, а затем растаскивает по периметру и звезды, и галактики, и кипящие частицы сверхразряженного вакуума. Ему все равно, что раздвигать, лишь бы мы из точки А, которая здесь и сейчас, шагнули в точку Б, которая отстоит от нас, к примеру, на миллион световых лет, не потратив на переход и минуты! Это понятно?
- Понятно, - подтвердил Лазарев, уступая напору, но сразу же нетерпеливо уточнил: Скажите, внутри Пробела можно раздвоиться? Отразиться от стенок.
Мат хмыкнул.
- Занятный вопрос. По-настоящему занятный. Вчера я бы сказал нет, нельзя, но что мы знаем о параллельных Вселенных? Вдруг они похожи на нас, и Пробел заодно впускает через дверь нечто из другого мира, и мы, по скудоумию, не умеем отличить свое от чужого?
- Каким образом это происходит? спросил Коростылев. Я имею в виду упомянутое гипотетическое перемещение.
- Да понял я, что вы имеете в виду! С одной стороны, Пробел это то же самое, что абсолютная пустота. Не та «пустота», что находится в космосе и называется вакуумом нет! Привычная нам пустота наполнена квантовыми событиями, она кипит и рождает из хаоса космический порядок, а Пробел это Ничто. Внутри нашей гипотетической вращающейся двери нет ничего, что могло бы нас отразить ни полей, ни частиц. Но с другой стороны, я сегодня слямзил серые очки. Се-ры-е чувствуете разницу? Я ненавижу этот цвет! Это фарс и насмешка, но сам по себе факт достоин пересмотра моих старых концепций.