Аззи обернулся к хорошо одетому господину в ложе и заметил:
Делай, как велит Бог, и все у тебя будет хорошо!.. Какой плоский вывод, и как мало он согласуется с повседневной практикой, где все произвольно и следствие не вытекает из причины.
Умно замечено, ответствовал господин. Однако подумайте, сударь, эти пьесы сочиняются не для того, чтобы отражать жизнь. Они просто показывают, что человек может с достоинством выйти из любого положения.
Вы правы, сэр, сказал Аззи. Но ведь это чистейшей воды пропаганда. Разве вам не хотелось бы посмотреть пьесу, где было бы чуть больше изобретательности, чем в этих небылицах, нанизывающих проповеди одну за другой, словно сосиски у мясника? Пьесу, чей сюжет не исчерпывался бы самодовольным детерминизмом расхожей морали?
Думаю, занятно было бы, кивнул господин, но подобные пьесы сочиняет духовенство, от которого не приходится ждать особых философских глубин. Может быть, сэр, продолжим наш разговор после спектакля, за кружкой эля?
С удовольствием, согласился Аззи. Меня зовут Аззи Эльбуб, моя профессия джентльмен.
А я Питер Уэстфолл, сказал незнакомец. Я торгую зерном, моя лавочка возле церкви святого Григория. Но я вижу, представление возобновилось.
Пьеса была все такой же нудной. Когда она кончилась, Аззи вместе с Уэстфоллом и несколькими его друзьями отправился в таверну «Пегая корова» на Холбек-лейн возле Хай-стрит. Хозяин принес гостям по кружке пенного эля, и Аззи заказал говядины с картошкой на всех.
Уэстфолл получил кое-какое образование в монастыре в Бургундии. Это был крупный полнокровный мужчина средних лет,
почти лысый, склонный к подагре; свою речь он сопровождал цветистыми жестами. Глядя, как он отказался от мяса, Аззи заподозрил в нем вегетарианца, и значит, почти наверняка приверженца ереси катаров. Аззи было все равно, но он на всякий случай намотал на ус может, пригодится в будущем. За едой он обсуждал с Уэстфоллом и его друзьями пьесу.
Когда Аззи посетовал на недостаток в ней оригинальности, Уэстфолл сказал:
Да она и не должна быть оригинальной. Ее цель донести до зрителя поучительную мысль.
И это, по-вашему, поучительная мысль? воскликнул Аззи. Терпи, и все уладится?.. Вы отлично знаете, что скрипучее колесо смазывают первым. Если не жаловаться, ничего не изменится. В истории Ноя Бог выглядит тираном. Ной должен был возразить! Кто сказал, что Бог всегда прав? Разве человеку не дозволено иметь своего мнения? Будь я сочинителем, я бы выдумал что-нибудь поинтереснее!
Уэстфолл подумал, что Аззи богохульствует, и собрался прочесть ему отповедь. Однако он заметил, что юноша держится отчужденно и властно, а все знают, что члены капитула частенько переодеваются обычными джентльменами, чтобы вызвать простаков на разговор. Он решил не мучиться сомнениями, а сослался на поздний час и предложил разойтись.
Когда Уэстфолл и остальные удалились, Аззи еще на какое-то время задержался в таверне. Он не знал, что делать дальше. Подумал было последовать за Илит и возобновить свои домогательства, потом рассудил, что это не самое разумное. Наконец решил отправиться на континент, как и намеревался с самого начала. Он рассматривал возможность поставить собственную пьесу. В противовес всем этим моралите с их пресной нравственностью. Безнравственную пьесу!
Глава 3
Пьеса! Безнравственная пьеса! Такая, что породит новую легенду о человеческом предназначении и склонит чашу весов на сторону Тьмы!
Он понимал, что задача не из легких, впереди тяжелый, кропотливый труд. Зато знал, кто поможет ему создать такую пьесу: Пьетро Аретино, человек, которому предстоит стать знаменитым поэтом и драматургом европейского Возрождения. Если удастся уговорить Аретино
Окончательное решение пришло после полуночи. Да, он это сделает! Аззи вышел из Йорка в чистое поле. Ночь была дивная, с раз и навсегда определенных сфер глядели мириады звезд. Все добрые богобоязненные люди давным-давно спали. Убедившись, что никого ни добрых, ни злых поблизости нет, Аззи сбросил атласный плащ с двумя рядами пуговиц и распахнул малиновый жилет. Он был прекрасно сложен: сверхъестественные существа могут за вполне умеренную цену волшебным образом поддерживать себя в форме (для этого достаточно обратиться в адскую фирму под названием «В здоровом теле зловредный дух»). Раздевшись, Аззи развязал льняной кушак, которым приматывал к телу перепончатые крылья, чтобы спрятать их, пока пребывает между людьми. Как славно снова расправить крылья! Аззи льняным кушаком привязал на спину одежду, предварительно убедившись, что мелочь упрятана глубоко раньше ему случалось терять в полете небрежно убранные деньги. Короткий стремительный разбег, и вот он уже летит в полуночном небе.
Аззи парил во времени, наслаждаясь его терпким запахом. Вскоре он уже летел над Ла-Маншем, держа курс на юго-восток. Свежий попутный бриз в рекордное время домчал его к берегам Франции.
Утро застало Аззи над Швейцарией. Впереди высились Альпы, и он прибавил высоты. Вот и знакомый перевал Сен-Бернар; вскоре потянулась северная Италия. Даже на этой высоте воздух стал значительно теплее.