У Золи парти. При этом хочется прибавить: у Медведевых драка, у Семеновых пьянка. Никаких, конечно, Медведевых и Семеновых нет, из русских я одна. И чешский режиссер Милош, и чешский сценарист Иван, по которому умирает Бетти. Но умирает только она, а он отнюдь нет и даже, напротив, относится к ней прохладно. Впрочем, спит с ней. Как-то раз я с ним столкнулась, и был он в полосатой пижаме. Принц, да и только.
У Золи парти. Все самые красивые и знаменитые модели приглашены. Из знаменитостей Джек Николсон, который сидит рядом со мной за столом. Но я этого не знаю, поэтому говорю какой-то старой накрашенной блондинке:
Этот парень выглядит точно, как Джек Николсон.
Деточка, восклицает она, это же и есть Джек Николсон!
Все смеются, кроме Джека Николсона. Такие ошибки в обществе недопустимы. Хотя я и взяла себе за правило, что мне на все плевать, но все же настроение портится.
Народ все прибывает и прибывает. Толстые богатые дяди, худые дяди, все они собрались в который раз, чтобы заключить сделки и подышать сексом высокого класса. Мне они физически противны, и я, забившись в конец гостиной, с презрением курю джойнт. Говорить здесь совершенно не с кем, лучше уж сидеть и наблюдать, как весь этот красивый салат пьет, искусственно смеется и флиртует.
Елена, возникает затянутая в шелк задница Бетти, почему ты сидишь одна? Все девочки уже кого-то нашли, а ты сидишь и куришь джойнт.
Я чуть не расхохоталась Бетти в лицо, но нельзя, подумает, что стонд .
Бетти, ваши девочки очаровательны. И сама вы милая хозяйка. За сколько же и кому вы хотите меня продать, интересно узнать? Но об этом я только думаю, а вслух говорю, что я не знаю. Бетти отходит, и я вижу, как чешский режиссер что-то говорит чешскому сценаристу и показывает на меня пальцем.
Например, вот эта девочка, а? долетает до меня, как стук колес уходящего поезда. За сим последовал отрыв жопы от дивана, и человек стал пересекать красную площадь ковра. Могу сесть рядом с вами?
Садитесь.
Я знаю от Бетти, что вы русская, сказал он мне по-русски с чешским акцентом.
Бетти не наврала.
Человек старался быть милым, но меня почему-то злил, как, впрочем, и все в этот вечер.
Вы из России, откуда?
Из Москвы. А вы?
Я чех, Милош. Продюсер и режиссер. Вы не слышала обо мне?
Нет.
Это я поставил фильм «Одно гнездо кукушки» .
О, да? Поздравляю.
Самое ужасное во мне то, что, если уж я настроена быть светской, то тут уж, как заупрямившегося осла, меня с места не сдвинешь. Я ненавидела себя за эту особенность, но это и была та самая непрошибаемая стена.
Вы очень красивая.
После этих слов мне вообще стало тошно, поэтому я поднялась, извинилась и ушла.
Я поднялась к себе наверх. Майкл, черный пес Золи, как всегда, проявил бурную радость. С тех пор, как я здесь поселилась, Майкл спит в моей комнате и на моей кровати. Вообще, это запрещено, так как Майкл, по идее, должен охранять дом, но
Я умылась, разделась, загородила дверь своей комнаты столом на случай прихода нежданных гостей. Я оказалась права: через несколько минут кто-то пытался залезть в мою комнату. Но поскольку было темно, а я не издала ни звука (между прочим, Майкл тоже, умная сторожевая собачка), то человек исчез. Через несколько минут он вернулся, по-видимому, узнав, где точно находится моя дверь, и не ошибся ли он.
Я включила свет и увидела Милоша, который продирался через мои баррикады.
Милош, я сплю, иди отсюда, приказала я.
Но чешский режиссер так просто не сдается. Нисколько не слушая меня, он уселся на моей кровати.
Послушай, ты что, уже спишь? Давай поговорим. Ты и я славяне. Нас они не понимают и не поймут.
При этом он пытался меня поцеловать. От него дико разило алкоголем.
Послушай, я не намерена разговаривать.
Да, но я хочу.
И тут на меня понесся пьяный бред, бог знает, на каком языке. Меня мутило от запаха его алкоголя и от всей ахинеи про Россию и Чехословакию, которую он нес. Я перестала вслушиваться в этот пьяный и глупый поток и повторяла только одно:
Если ты не уйдешь из моей комнаты, я буду орать.
По-видимому, он понял, так как нежно потрепал меня по голове и, пожелав спокойной ночи, выкатился вон. Черт, стать звездой Голливуда было близко. Бетти права, пока все девочки уже ебутся с кем надо, я курю джойнт.
Часов в пять утра я проснулась от того, что захотела пить. Мягко похрапывал Майкл, в доме жила тишина. Нужно было встать и спуститься этажом ниже, туда, где спала кухня.
Не знаю, почему, наверное, все от той же лени, но на кухню я не спустилась. Я прошла в ванную и напилась воды из-под крана.
Не сладкая музыка, не пение птиц разбудили меня, а рыдания, истерика и вопль, донесшиеся до моей спальни. Я встала. Черт знает, что происходит в доме. В гостиной три полицейских, Золи и Бетти. По возгласам и обвинениям Бетти я поняла, что дом был ограблен. Когда полицейские ушли, в мою комнату вбежал Золи.
Где был Майкл прошлой ночью? А? симпатичное личико моего агента выражало гнев.