Известно, что духи далеки от обладания всей истиной и различаются между собой; известно, что не всем им дано проникнуть в некоторые тайны; что их знания пропорциональны их возвышенности, и что у обыкновенных духов они не только не выше, но даже ниже, чем у некоторых людей; что между ними так же, как и между людьми, есть самонадеянные и лжеучёные, считающие, что они знают то, чего не знают; педанты, принимающие свои идеи за истину. Известно, что только духи самые возвышенные, совершенно дематериализованные освободились от земных идей и предрассудков; но известно также, что духи-обманщики не стесняются прикрываться заимствованными именами, чтобы заставить принять свои утопии. Из этого следует, что все поучения, кроме исключительно нравственных, и все откровения, получаемые любым человеком, имеют характер индивидуальный и недостоверный, что они должны быть рассматриваемы, как мнения личные того или другого духа, и что было бы неосторожностью легкомысленно принимать и распространять их, как абсолютные истины.
Первым средством контроля, без сомнения, должен быть контроль разума, которому надо подчинять все без исключения сообщения, получаемые от духов; всякую теорию, находящуюся в противоречии со здравым смыслом, строгой логикой и позитивными данными, должно отбрасывать, каким бы уважаемым именем она ни прикрывалась. Но этот контроль во многих случаях бывает несовершенен вследствие недостаточности знаний некоторых людей и тенденции многих считать своё собственное мнение единственно истинным. Как же поступают в подобном случае люди, не имеющие полного доверия к самим себе? Они принимают мнение большинства, и это мнение становится их путеводителем. Точно так же должно поступать и с поучениями духов, которые сами же дают нам к этому средство.
Согласие в поучениях духов есть наилучший контроль, но нужно ещё, чтобы оно проявлялось при некоторых условиях. Наименее верное, если медиум сам спрашивает нескольких духов по поводу чего-нибудь сомнительного. Очевидно, что если он подчинён неотступной идее или имеет дело с духом-обманщиком, то этот дух может дать ему одинаковые сообщения под различными именами. Нет тоже достаточной гарантии, если сообщения получаются через медиумов одного кружка, потому что они могут подвергнуться такому же влиянию.
Единственная серьёзная гарантия правдивости поучений духов заключается в соответствии, существующем между сообщениями, сделанными при посредстве большого числа медиумов, чуждых один другому и в разных странах.
Само собой разумеется, что это совсем не касается сообщений, относящихся к второстепенным вопросам, а только тех, которые связаны с самыми принципами Учения. Опыт доказывает, что когда новый принцип должен получить своё подтверждение, он преподаётся добровольно, в различных местах единовременно и тождественно, если не по форме, то по существу. Если же одному духу вздумается формулировать эксцентричную систему, основанную только на его идеях и вне истины, то можно быть уверенным, что эта система останется ограниченной и падёт перед единством поучений, данных повсюду в других местах, как тому и бывали уже примеры. Именно это единство заставило пасть все частные системы, народившиеся с появлением Спиритизма, когда каждый объяснял феномены по-своему прежде, чем стали известны законы,
вероятные, но ещё нуждающиеся в подтверждении. Это именно подтверждение нужно иметь прежде, чем оглашать известный принцип, как абсолютную истину, чтобы не быть обвинённым в легкомыслии или безрассудной легковерности.
Возвышенные духи приступают к своим откровениям с необыкновенным благоразумием; они касаются великих вопросов Учения постепенно, по мере того, как ум становится способным воспринимать истины более высокие, а обстоятельства благоприятствуют усвоению новой идеи. Вот почему они до сих пор ещё не сказали всего и никогда не поддаются нетерпению людей, слишком торопящихся и желающих срывать плоды, не дав им созреть. Было бы излишним желать предупредить время, предназначенное для каждой вещи Провидением, потому что в таких случаях духи, действительно серьёзные, решительно отказывают в своём содействии. Духи же легкомысленные, мало заботясь об истине, отвечают на всё. Оттого-то на все преждевременные вопросы всегда получаются противоречивые ответы.
Вышеизложенные принципы дело вовсе не личной теории, а являются неизбежным следствием условий, при которых проявляются духи. Если один дух говорит что-нибудь в одном месте, тогда как миллионы духов говорят противоположное в других, то очевидно, что вероятность истины не может быть на стороне одного; ведь претендовать одному на обладание истиной было бы также не логично со стороны духа, как и со стороны людей. Духи действительно благоразумные, сознающие себя недостаточно осведомлёнными по данному вопросу, никогда не решают его абсолютно; они заявляют, что его надо разобрать с их точки зрения и сами советуют ждать подтверждений.
Как бы велика, прекрасна и справедлива ни была идея, невозможно, чтобы она с первого шага соединила все мнения. Происходящие в этом случае споры являются неизбежным последствием возбуждённого движения; они даже необходимы, чтобы лучше выдвинуть истину и особенно полезны, если происходят в начале, так как ложные идеи могут быть скорее опровергнуты. Спириты, опасающиеся этих споров, должны, значит, быть совершенно спокойны. Все единичные претензии падут, в силу вещей, перед великим и всемогущественным критерием всеобщего контроля.