Но печальная тень тут же сбежала с Анкиного лица.
А вообще-то, задорно сказала она, если по-настоящему, то уже давно пора уничтожить все ключи.
Петя даже глаза вытаращил от удивления.
А что? распалилась она. Это же хамство. В серванте ключ, в письменном столе ключ, в почтовом ящике ключ, даже к школьному портфелю замок приделали. А зачем? От кого мы, скажи, пожалуйста, закрываемся? Друг от друга, да? Что нам друг от друга закрывать?
Она наступала на Петю так, словно он был главным изобретателем и мастером по изготовлению замков.
Ты что? пятился Петя. Шальная какая-то. Испугалась, что от бабки влетит, и на меня набросилась.
Да? наступала Анка. Что ты понимаешь? Ты же отсталый совсем. Нужно издать специальный закон об отмене всех замков и ключей. Чтобы не закрывались друг от друга. И оставить только те ключи, которыми заводят детские игрушки и стенные часы. Понял?
Иди ты, сказал Петя.
Ничего ты не понял, вздохнула Анка. Не дорос ты ещё.
Зато ты доросла. «Закон об отмене замков!» передразнил он. А сама сидит и пальто сторожит, чтобы не спёрли.
Анка оглянулась на пальто, висевшие между водосточной трубой и сараем, нахмурилась, но тут же, тряхнув хохолком на затылке, сказала;
А что? И никто не возьмёт. Идём.
Куда?
К штабу.
Сиди уж, буркнул Петя.
Сказано идём, значит идём.
Смотри, графиня, будет тебе от бабушки.
Не твоя печаль. Их тоже нужно приучать, чтобы доверяли людям.
И, небрежно швырнув исковерканный ключ с красивой витой ручкой в мусорный бак, Анка решительно зашагала мимо сарайчиков к арке ворот.
Осиротевшая береза
Чумазый тракторист в драной тельняшке, сверкая белыми зубами, дёргал за рычаги. Нож бульдозера, зацепив кучу земли со щепками и битым кирпичом, толкал её перед собой в яму.
Пришли? спросил Денис у Пети с Анкой. Странно, что вы так быстро.
Фу ты, ну ты, сморщил нос Петя. Опять недоволен. А я так даже рад, что его ломают. Может, поменьше у тебя идей будет.
Помолчи лучше, угрюмо сказал Денис.
Гоша сидел на траве рядом с Денисом. Они сидели совершенно одинаково, положив скрещенные руки на колени и опершись о руки подбородками. Втайне Гоша тоже был рад, что снесли штаб. Он жалел лишь, что его не снесли чуточку раньше, до того, как Яшка пришёл за своей коробкой. Правда, пока и так всё обошлось благополучно. Яшка приехал и сразу схватил Гошу за грудки. Но Гоша только глаза на него выкатил. «Какая коробочка? Ты что? Может, это Денис или Петя. Это они там ремонт делали». И Яшка ничего, отстал.
Вечерние сумерки опускались над опушкой леса, над разбитой, с непросыхающими лужами, дорогой, над урчащим работягой трактором. От трактора доносился запах горячего машинного масла.
Быстро они, с уважением
произнесла Анка. Конечно, такой машинищей
А я с этим трактористом знаком, сказал Гоша. Он меня на тракторе катал. Дядя Сеня его зовут. Он ударник коммунистического труда, раньше на флоте служил, а теперь заочно в институте учится.
Дядя Сеня, который раньше служил на флоте, круто развернул трактор и поддел отполированным ножом старый пень. Пень дрогнул, но не поддался. Гусеницы с лязгом бежали назад, трактор стоял на месте. Пень скрипел и чуть покачивался.
Тогда дядя Сеня подал бульдозер назад и хотел взять пень с ходу. Но пень опять выстоял: он не желал расставаться с крепко насиженным местом.
Вот это пенёк, рояль с арбузами! восхитился Петя. Может, ему лет двести. Ясное дело, его просто так не выковырнешь.
Все пни такие, хмуро заметил Денис, лживые и тупые.
Ты про что это? тихо спросил Петя.
На воре шапка горит, вот про что, ответил Денис, не поднимая со скрещенных рук подбородка. Пришёл и помалкивай.
Почему это я должен помалкивать? Командир мне тоже!
Хотя бы и командир.
Петя толкнул Дениса коленом:
Ты!
Поосторожней давай! вскочил Денис.
А чего?
Ничего!
Раскомандовался мне!
И раскомандовался!
Ты не разводи здесь культ личности! заорал вдруг Петя.
Я культ? опешил Денис.
Самый настоящий!
А ну, повтори.
Сто раз повторю.
А ну!
Культ и ещё раз культ.
В зубы хочешь?
Попробуй.
И получишь.
В воздухе мелькнул кулак. Кулак угодил Пете в грудь. Петя был длинный.
Ах так?! завопил Петя.
Он размахнулся и промазал. Потеряв равновесие, Петя таранил Дениса всем телом. Денис полетел в траву. Петя свалился на него. Они катались по траве то в одну, то в другую сторону. Катались они так быстро, что невозможно было разобрать, чьи руки и ноги мелькают сверху, а чьи снизу.
Как вам не стыдно, мальчики! возмущалась Оля.
Но мальчики её не слышали.
Давай, Петя, давай, подбадривала Анка.
Гоша бегал вокруг и переживал за Дениса.
Так ему, Денис! кричал он. Правильно! Будет знать наших!
Они катались долго. Сколько бы они тузили друг друга, неизвестно. Но тут вмешался дядя Сеня. Он спрыгнул с трактора и растащил драчунов.
Вы чего не поделили? удивился он.
Из-за штаба они, сказала Анка.
Дядя Сеня держал Дениса за плечо, а Петю за локоть:
Взрослые люди, а дерутся, как маленькие. Из-за какого вы штаба сцепились?
Вон из-за какого, махнула в сторону бульдозера Анка. Дом вы сломали, а в нём наш штаб был.