Он снова смотрел вниз и не мог решиться.
Пол был аккуратно выложен шашечками паркета, только в одном месте покоробился да двух паркетин не хватало.
Костик сидел на корточках, и ему было нестерпимо стыдно перед Шуркой. Он ругал себя трусом, девчонкой, но ничего не мог с собой поделать. А потом он смотрел, как Шурка легко пробежал обратно. Будто по твёрдой земле.
Шурка заглянул вниз и сказал:
Ого! Если б раньше видел, не пошёл бы.
«Будто он не видел», подумал Костик.
Они стали спускаться. Костик тащился сзади.
Шурка никому об этой истории не рассказал и ни разу не напомнил её Костику.
В конце концов Костик прошёл до колонны.
Два дня он убегал с уроков. Один, тайком пробирался в развалины. И прошёл. А под ногами трещало.
Почти всех разбойников поймали. «Казаки» оказались проворнее, чем думал Костик.
Костик забрался на самый верх стены и оттуда увидел, что деваться некуда. Два «казака» лезли к нему, окружали. Он стоял у остатков пола и ждал. «Казакам» с непривычки было страшно. Они шли медленно и напряжённо, расставив руки. Боялись смотреть вниз. Костик ждал. Они подходили всё ближе и ближе. Сейчас схватят. Костик прыгнул со стены на висящий кусок пола. Что-то громко заскрипело, и он почувствовал, как пол уходит из-под ног.
«Падаю», с ужасом подумал Костик и рванулся вперёд. В последний миг он успел оттолкнуться ногами и повис на колонне. Острый край упирался в живот, руки вцепились в какую-то проволоку. Внизу глухо ухнуло, и колонна сильно качнулась.
Медленно-медленно Костик подтянул ногу, стал на колено. Потом повернулся и сел. Напротив него сидели на корточках перепуганные «казаки».
Как же ты слезешь? шёпотом спросил один.
Не знаю, тоже почему-то шёпотом ответил Костик. Руки у него дрожали. Он хотел потереть ушибленное колено, но тут же снова вцепился в проволоку. Что-то острое врезалось в ногу. Сидеть было неудобно, но Костик боялся пошевелиться.
Внезапно рядом с «казаками» появился Шурка. Костик не видел, как он лез. Шурка тяжело дышал.
Страшно, Костик? негромко спросил он.
Костик отвернулся.
Не бойся. Бабушка ничего не узнает. Толька побежал к чалдонам. Они выручат.
Костик взглянул на Шурку и улыбнулся.
А морского кота забыл?..
«Как будто стриженное под машинку», подумал Костик, и сам себе удивился: как он может сейчас думать о всякой ерунде?
А солдат всё не было.
Не придут они, сказал Костик.
Ну да! Обязательно придут! ответил Шурка, но голос у него был не очень уверенный.
Он повернулся к «казакам»:
Сходите к ним, ребята. Скоро ведь темно будет.
«Казаки» обрадованно закивали и на четвереньках пошли к спуску.
«Им-то хорошо», тоскливо подумал Костик.
Костик приподнялся, вытянул шею.
А ты говорил, закричал Шурка, не придут! Вот они!
Костик увидел красноармейцев. Двое несли доски. Немного в стороне шёл старшина с мотком верёвки на плече.
Он что-то говорил, распоряжался. Солдаты начали сколачивать две широких доски. Старшина посмотрел вверх и стал
снимать гимнастёрку. Снова посмотрел на стену, покачал головой и полез.
Костик видел, что ему мешает верёвка цепляется за прутья, сползает с плеча. Старшина что-то бормотал. Ругался, наверно. Потом он шёл по стене, боязливо переставляя ноги точь-в-точь, как «казаки». Остановился напротив Костика, присвистнул.
О, старый знакомый! Вот ты где попался, голубчик!
Он сунул в рот поцарапанный палец. Высосал кровь. Сплюнул.
Между небом и землёй жаворонок вьётся. Как тебя туда черти занесли? А?
Костик молчал.
Старшина продолжал ехидным голосом:
Сначала я тебя оттуда сниму раз! он загнул один палец. Потом надеру уши два! Потом отведу к батьке и посмотрю, как он тебя выпорет, три! Устраивает?
Не выпорет.
Почему это? огорчился старшина. Обязательно выпорет. Я ему всё расскажу.
А его нету.
Нету? Воюет батька?
Совсем нету! крикнул Костик.
Нету так нету, согласился старшина. Тогда мамка выпорет.
И мамка не выпорет, Костик улыбнулся.
А мамка-то где? удивился старшина.
Воюет.
Ты мне зубы-то не заговаривай! Твоё от тебя не уйдёт. Сам выпорю.
Старшина снял с плеча верёвку, размотал её. Потом сел верхом на стену, поёрзал, устраиваясь поудобнее, и крикнул:
Давай!
Солдаты внизу привязали к верёвке сколоченные доски. Старшина поплевал на руки и стал тянуть.
Доски, видно, были тяжёлые. Старшина побагровел. Под синей майкой и на руках вздулись узлы мышц.
«Здоровенный какой! А ведь выпорет», опасливо подумал Костик.
Старшина положил доски поперёк стены.
Убери ноги, сказал он Костику.
Костик сел на корточки. Доски медленно приближались. Старшина откинулся назад. Лицо у него блестело от пота. Костик протянул руку, схватил доску, потянул. Доски тяжело легли на колонну. Захрустели крошки кирпича и цемента.
Готов мост! задыхаясь, сказал старшина.
Костик встал.
Сядь!
Он сел. Старшина неторопливо поднялся. Потрогал ногой доски. Подвинул их немного вперёд и медленно пошёл.
Жидкий мостик скрипел и прогибался. А колонна заметно дрожала. Твёрдая рука приподняла Костика, притиснула к горячему боку так, что дышать стало трудно. Костик спиной чувствовал, как у старшины редкими толчками бьётся сердце.