Да, господин Сабаччи! Открыть дверь?
Какого черта ваши браскомы не отвечают?!
Протокол частные устройства связи подлежат блокировке и помещению в специальный контейнер
Твою мать! Да знаю я! Слушай сюда!
Да, господи Сабаччи! Но вы могли связаться через служебный терминал
Тихо! рявкнул он и, убедившись, что его слушают, продолжил: На камеру попало происшествие с массовой дракой, случившееся несколько минут назад?
Да ужас мы как раз сейчас отправляем его в
Эй! он не кричал, а шептал в микрофон. Вы знаете, что делать! Живо!
По протоколу
Он повторил свой любимый оклик:
Эй! Тупые совсем? Я же сказал: вы знаете, что делать.
В его случае это означало два простых действия: удалить и забыть. Это полное нарушение протокола, но они настолько боялись жестокого и связанного с бандой Сабаччи, что не могло быть и речи о возражении и сопротивлении. Покорись и сделай. Так проще. Так проще
Я поняла и ой!
Ойкнула Вацкая от новой неожиданности: на плечо дернувшегося Томаса Сабаччи упала
времени, придурок!
Прости! Прости, Хмауль! нервно дергаясь и не в силах остановить рвущееся из рта хихиканье, забормотал стрелок. Просто захотелось вот и
Пристрелил бы да ты и сам сдохнешь! Давай вперед!
Спасибо, Хмауль! Спасибо, бро! Ты всегда был за меня. Вот и сейчас подписал на это дело
Живо, мать твою! рявкнул Хмауль, и подскочивший стрелок заторопился к уже двинувшемуся по коридору первому ряду вторгшихся в чужой кластер бойцов.
Сам Хмауль, хоть и вошел одним из первых, остался на месте, придержав рядом с собой и безликого штурмовика со стальным щитом. Толстенная изогнутая стальная пластина не была самоделом ее выпустила из-под формовочного пресса знаменитая оружейная компания «Ремингтон Ассаулт», настолько старая, что, по слухам, была основана еще на праматери Земле и за время своего существования пережила сотни государств и планетарных колоний, попутно снабдив их войны собственным оружием и снаряжением. Таких, как «Ремингтон Ассаулт», хватало, но старых оружейников продолжали ценить не за их беспринципность, а за дешевизну и простоту товара. Двадцатикилограммовый щит слишком тяжел для почти обычной гравитации Астероид-Сити, но он разрабатывался не для планет и астероидных поселений. Этот щит был одним из десятков тысяч своих близнецов, предназначенных для космических абордажных и контрабордажных операций, где первым делом переводят на пониженную мощность гравигены. Толстый щит из особой стали порой был единственным способом уберечься от точных крупнокалиберных очередей штурмовых дронов
Все эти мысли сами собой всплыли в напряженно работающей голове того, кого все вошедшие знали под именем Хмауль, пока он сам осторожно пятился, прикрываемый стальным щитом. Опять нырнув под искореженные ворота, он в коротком броске добрался до опустевшего грузового электрокара, уселся за руль, дождался, когда в машину запрыгнет его безликий спутник с огромными перекачанными ручищами, и вдавил газ, торопясь убраться с опасного места.
Иллюзий Хмауль не питал.
Набранные им из когда-то и что-то представлявшего собой мусора штурмовики не протянут долго, тут можно даже не сомневаться. Но этого и не требовалось. У вошедшего внутрь отребья была лишь одна задача сдохнуть. И Хмауль был уверен, что уж с этим придурки вполне сумеют справиться
6
Следом из скрытого панелью помещения появилось больше десятка вооруженных парней, похватали трупы и деловито утащили их прочь. В коридор вкатилась старая модель пузатого дрона-уборщика с насмешливой надписью «Самовар-Пыхтелыч-6», принявшаяся за влажную уборку. Кровавые разводы быстро исчезали в жадно булькающем пузе дрона, стенная панель вернулась на место. Когда через пару минут по коридору пробежала группа озабоченных мужчин в засаленных комбинезонах, спешащих оценить повреждения ворот, даже самый придирчивый взгляд не сумел бы увидеть в этом отрезке коридора ничего подозрительного. Разве что свежих царапин добавилось на стенах и полу. Но даже если и укажут на них пальцами что с того? Да и кто будет тут расхаживать и приглядываться?
7
Хмауль? тихо переспросил седобородый неприметный дедок, сидящий на лавке у двери и неспешно потягивающий крепкий сладкий чай из треснутой чашки. А что еще знаешь?
Один из крепких парней врезал наркоману, и тот покатился по полу, оставляя красные пятна.
ХМАУЛЬ! ХМАУЛЬ! ХМАУЛЬ НАНЯЛ! заорал он, корчась от боли. Дока дока бы! Или дозу!
Дайте ему, кивнул дедок, и к шее наркомана прижался многоразовый дозер из помутневшего пластика.
То, что содержалось в дозере, не назвал бы чистой смесью никто даже самый конченый наркоша. Но эта смесь была не для своих домашних наркоманов-бедолаг, а для чужих а тех не жалко. Получивший приход химического
кайфа израненный доходяга забыл о своих ногах и торопливо заговорил, стараясь вспомнить каждую мелочь. Вот только вспоминать ему было особо нечего он назвал лишь пару чудом вспомненных имен да увиденную мельком блестящую черную машину. Закончив, он утер сопли о плечо и робко улыбнулся внимательному слушавшему дедку.
Все? уточнил тот.
Все! облегченно выдохнул наркот и через секунду умер от короткого выверенного удара ножом в сердце.