Ну, притворство или нет, заметил Пой, а они единственные Библиотекари, кто попытался наладить сотрудничество со Свободными Королевствами вместо того, чтобы просто нас завоевать. Посланница убедила Совет Королей в серьезности своих намерений.
Я с интересов внимал сказанному, хотя и толком не понимал, зачем дедушка решил поделиться со мной этими сведениями. При всей своей крутости (нас случай, если забыл вам
напомнить) я не очень-то силен в политике. На свете есть всего три вещи, в которых у меня нет совершенно никакого опыта; одна из них это как раз политика, в еще две писательство и полеты на реактивных пингвинах. (Дурацкая ответственность.)
Так какое отношение это имеет ко мне? спросил я.
Самое прямое, парень, самое что ни на есть! указал на меня дедушка Смедри. Мы же Смедри. Отказавшись от собственной вотчины, мы поклялись присматривать за всеми Свободными Королевствами. Мы стоим на страже цивилизации!
Но ведь мирный договор с Библиотекарями это только к лучшему, разве нет?
Пой выглядел расстроенным.
Ради этого им придется отдать Мокию, мою родину! Она станет частью Тихоземья, и спустя пару поколений мокийцы даже не вспомнят, что когда-то были свободными. Мои соотечественники не смогут сражаться с Библиотекарями без поддержки остальных Свободных Королевств. Наша страна слишком маленькая.
Библиотекари не сдержат своих обещаний насчет перемирия, заявил дедушка. Им уже много лет не терпится заполучить Мокию я до сих пор не понимаю, почему они так зациклились именно на ней, а не на других королевствах. В любом случае завоевание Мокии еще на шаг приблизит их к мировому господству. Марширующие Муны! Ты правда думаешь, что мы вот так просто отдадим Библиотекарям целое королевство?
Я взглянул на Поя. За последние несколько месяцев этот громадный антрополог и его сестра отнеслись ко мне с большой заботой. Они были честны и невероятно преданны, а Пой верил в меня, даже когда я пытался его оттолкнуть. За это я был готов сделать все от меня зависящее, чтобы ему помочь.
Нет, ответил я. Ты прав, этого нельзя допустить. Мы просто обязаны им помешать.
Дедушка Смедри улыбнулся и положил руку мне на плечо.
Это может показаться пустяком, но для меня тот момент стал важной поворотной точкой. Впервые в жизни я решил: да, я точно в деле. В Александрийскую Библиотеку я вошел, потому что за мной гнался монстр. В логово Блэкбёрна потому что меня подтолкнул дедушка.
На этот раз все было иначе. Я понял это, когда дедушка подозвал меня к себе. Он хотел, чтобы я приобщился к их делу и не просто как ребенок, который всюду таскается за остальными, а как полноправный участник.
Интуиция подсказывает, что тогда мне стоило просто спрятаться в своей комнате. Ответственность это диаметральная противоположность эгоизма. Жаль, что тогда я еще не знал, чем обернется мое решение. Но это случилось до моего предательства и до того, как я ослеп.
В окне я увидел, что дракон уже начал снижаться. Мгновением позже гондола коснулась земли.
Мы прибыли на место.
Глава 4
Прочитав два предыдущих тома моей автобиографии (уверен, к этому моменту вы их все-таки осилили), вы наверняка знаете, что себя я, как правило, не жалую. Я уже называл себя лжецом, садистом, да и попросту ужасным человеком. И однако же, в третьей книге вдруг завел речь о собственной неординарности. Неужели я и правда изменил свое мнение? Неужели и правда счел себя героем? Неужели прямо сейчас на мне носки с котятами?
Нет. (На самом деле с дельфинами.)
Я кое-что понял. Третируя себя в предыдущих книгах, я произвел впечатление простого скромника. Читатели решили, что раз уж я называю
себя ужасным человеком, значит, на деле непременно должен быть святым.
Вот честное слово, вы что, с ума меня хотите свести? Неужели тяжело просто меня выслушать?
Так или иначе, я пришел к выводу, что убедить читателей в том, насколько я отвратителен, можно лишь одним способом продемонстрировав весь масштаб моего гонора и эгоизма. И добьюсь я этого, рассказывая вам о своих достоинствах. Без умолку. Все время. Пока вас тошнить не начнет от россказней о моем превосходстве.
Может быть, тогда вы, наконец, поймете.
Королевским дворцом Нальхаллы оказался белый пирамидальный замок, расположенный в центре города. Я вышел из гондолы и, стараясь не слишком пялиться, запрокинул голову, чтобы оглядеть величественное строение. Каменная кладка возносилась к небу насколько хватало глаз.
Вперед! воскликнул дедушка Смедри, помчавшись вверх по ступенькам, будто рвущийся в битву генерал. Он был довольно энергичен для человека, который постоянно и всюду опаздывал.
Я мельком взглянул на Бастилию, и ее вид показался мне нездоровым.
Я, пожалуй, подожду вас снаружи, сказала она.
Ты идешь, рявкнула Драулин, поднимаясь по ступенькам в сопровождении звуков бряцающей брони.
Я нахмурился. Обычно Драулин всячески настаивала, чтобы Бастилия ждала снаружи ведь простому «оруженосцу» не место там, где решаются важные вопросы. Так зачем настаивать, чтобы та вошла во дворец вместе с остальными? Я вопросительно взглянул на Бастилию, но она лишь скорчила рожу. И тогда я помчался вперед, чтобы догнать дедушку и Поя.