Сириус едва только коснулся плеча Гарри, как тот вдруг взбесился.
Сириус, там же Гермиона!!! закричал он и свободной рукой больно вцепился в предплечье крёстного. Прикажи домовику вернуть меня обратно!! Она без палочки, а там дементоры! Они высосут её душу! Сириус, быстрее!! Приказывай!
Гермиона? Дементоры? О чём это ты?
От неожиданности Сириус растерялся, а Гарри, наоборот, вскочил на ноги и бросился к Кикимеру, словно сейчас была дорога каждая секунда.
Сириус!!! на ходу закричал он.
Из-за его криков Сириус и сам заволновался, и не стал медлить:
Кикимер, доставь сюда Гермиону!
Нет, отправь меня с ним!! возразил Гарри, но не успел наклониться.
Кикимер тихо выругался и с хлопком исчез с кухни.
Не-е-ет!!!
Гарри упал на колени и несколько раз ударил кулаками, в одном из которых была зажата волшебная палочка, по полу, после чего остановился и, тяжело дыша, посмотрел вверх и по сторонам, как будто бы молчаливо высматривая какую-то невидимую силу и прося её помочь. Сириус наблюдал за ним и не мог поверить своим глазам. Даже шутливо спросить, насколько у них с подругой серьёзные отношения, раз они, похоже, встречаются на летних каникулах и гуляют, не поворачивался язык.
Ты сказал дементоры? спросил он вместо этого как можно мягче. Откуда они вдруг появились? И почему у тебя нет с собой волшебной палочки? Ты ведь умеешь их прогонять, неужели
Потому что мою палочку отобрали! резко ответил Гарри, вперив в него суровый взгляд. А ты где раньше был?! Что это за дурацкое место?! Почему твой поганый домовик меня похитил?! Почему ты...
Сириус и рта не успел открыть, не ожидав такого грозного выпада. Крестник, казалось, и его хотел убить как минутами ранее Кикимера. Впрочем, Гарри не успел окончить свою пламенную речь раздался ещё один хлопок.
Кикимер доставил грязнокровку, не скрывая презрения в голосе, доложил домовик, и Гарри позабыл обо всём.
Гермиона выронив палочку, сказал он и бросился к ней.
Его подруга, неподвижная и белая как мел, лежала на полу с закрытыми глазами.
Гермиона, это я Гермиона
Гарри, видимо, сам не отдавая себе отчёта в своих действиях, торопливо убрал волосы с её лица и напряжённо всмотрелся в него, как будто бы силой взгляда пытаясь
пробудить её сознание. Его пальцы осторожно коснулись её щеки и плеча.
Гермиона, очнись!..
Гарри легонько тряхнул её, но это не принесло никакого эффекта, и он поднял на Сириуса беспомощный взгляд.
Она же ведь?.. его голос внезапно сел, а лицо, казалось, вот-вот станет того же цвета, что и подруги.
Подожди-ка
Сириус присел рядом, потрогал холодную ладошку Гермионы и приложил пальцы к запястью. Слабый пульс ощущался.
Нет, она жива, констатировал он и только сейчас опомнился: Кикимер! А ну-ка быстро найди для гостей шоколад! Нет, стой! Сделай им горячий шоколад и побыстрее!
Кикимер снова принялся тихо ворчать и отправился к шкафу с посудой.
Сириус, а её душа сдавленно произнёс Гарри, она н-на месте?
Сириус хотел бы ответить утвердительно, но не знал, как это проверить при помощи магии. Оставалось одно дождаться, когда девочка очнётся, тогда по её поведению и станет ясно, не произошло ли с ней самое страшное.
Давай не будем делать поспешные выводы, произнёс он и подхватил Гермиону на руки. Палочку мою захвати, пожалуйста.
Стой, куда ты?
Подумал, твоей подруге нужно место поудобнее, не на холодном полу же ей лежать
* * *
Гарри не мог нормально дышать и думать о чём-то другом, кроме Гермионы. Он торопливо двигался за Сириусом по коридору, шагал по лестнице и не обращал особого внимания на стены, скрипучие половицы, старенькие ковры и какие-то жуткие украшения. Сириус внёс Гермиону в гостиную и уложил на диван. Одним взмахом палочки он бросил в камин дрова, другим зажёг огонь, а через считаные секунды притянул плед.
Ей нужно согреться, быстрее придёт в себя, сказал он, укрыв Гермиону до шеи, а Гарри только сейчас заметил, что у него дрожат руки.
Он торопливо сжал и разжал пальцы и опустился на край дивана. Его взгляд снова коснулся крайне бледного лица подруги, и сердце, омытое тревогой, забилось куда сильнее. На бледных щеках Гермионы были заметны небольшие царапины. Может быть, она сопротивлялась, но дементор всё равно её коснулся и сделал самое ужасное? Гарри хотел бы разомкнуть губы и спросить Кикимера, что тот видел, но чувствовал, что собственный голос его предательски покинул.
Гарри? Гарри, я тебя спрашиваю
Кажется, Сириус задавал ему какие-то вопросы, но Гарри не мог их понять. Он не сводил взгляд с лица Гермионы и хотел лишь одного чтобы она осталась сама собой, а не бесчувственной куклой вроде Барти Крауча. И зачем он только оставил её позади себя? Зачем вскочил с сидения, как только его подругу назвали страшной? Потому что хотел доказать обратное и заступиться за неё? Хотел проучить безмозглых дружков Дадли за оскорбление? Но ведь они всё равно ничего не понимают, почему он не пропустил их глупые смешки мимо ушей? Получается, он тоже причастен к тому, что произошло. Он оставил подругу одну, хотя обещал ей обратное. Гарри смотрел на неё и не замечал, что его всего трясло от стремительно подступающей лавины отчаяния. Если дементор высосал душу Гермионы, он себе этого никогда не простит. Никогда.