А почему они не воспользовались его работами? Крымская война же была раньше?
Потому, что Пирогов вернулся с войны нервно-надломленным, опыт свой считал малоудачным и малоценным, и писал свои Начала очень медленно. И пока он их дописывал, американцы успели закончить войну, обработать статистику и издать первый в мире медико-санитарный отчет о ней. Их статистика и показала Пирогову, насколько его опыт ценен, так что в Началах американская статистика уже приведена. А сейчас сортировка основа этапно-эвакуационной системы, выработанной нашим замечательным хирургом Владимиром Андреевичем Оппелем еще в 1917 году
Преемственность, значит, научного подхода. От Пирогова и до наших дней, Раиса промокнула исписанную страницу. И идея Оппеля, что вся прифронтовая полоса как госпиталь, а медицинские пункты в нем как палаты. Только от палаты до палаты километры.
Ей вдруг представилось, как она работает на батальонном медпункте до линии боя километр, а то и меньше, и она тут самая главная, за все отвечает. Понятно, что совсем-то на фронт ее не пошлют. Будет где-нибудь в тылу работать, может, и в Белых Берегах развернут госпиталь глубокого тыла Хотя сейчас не верится как-то, что он может понадобиться.
Когда лекция закончилась и всех выпроводили в коридор на перерыв, чтобы проветрить аудиторию, сделалось даже жалко, что так быстро. Она бы еще столько же слушала и записывала, неважно, что спать хочется. И вот тут-то, в коридоре, товарищ профессор ее и окликнул:
Товарищ Поливанова, если не ошибаюсь, Раиса Ивановна? У вас все в порядке?
Надо же! И фамилию успел запомнить. А я даже звание не расслышала, - подумала про себя Раиса. Неловко выходило, заметил-таки, какие сонные у нее глаза.
Совершенно в порядке, товарищ профессор!
Последние слова выскочили сами собой. Надо же как-то вежливо назвать человека, чье имя и звание ты, сонная тетеря, прослушала.
За профессора, конечно, спасибо, но пока перелет. Военврач третьего ранга Огнев Алексей Петрович. Вы ночью, что ли, приехали? Я смотрю когда не спите, то пишете старательно, у тех, кто в Москву приезжает, чтобы вместо учебы погулять, такого не бывает. Они честно спят.
Раиса почувствовала, что краснеет. Ведь она именно прогуляла весь вчерашний день, как и положено приезжему человеку, век не выбиравшемуся из своего угла.
Извините Я днем приехала, даже утром. Брянский поезд в восемь утра. Просто заснуть не получилось сразу. На новом месте. И ходила много. Я же никогда Москву не видела.
Ей неловко было признаваться, что она как школьница на каникулах, прокружила целый день по городу, но человеку, который сходу может и фамилию запомнить, и мало что насквозь тебя не видит, лучше не врать. Тем более военному.
В Москве есть, на что посмотреть, это правда. И частая ошибка у тех, кто в столице впервые попытаться увидеть и обойти все и сразу. Получается, как сказал по совсем другому
одна на район, чего только не привозят! По-хорошему, не пришли Москва разнарядку, Раиса все равно продолжила бы учебу. Иначе трудно. Хотя с самых первых дней заметила, что не всем приехавшим курсы интересны.
С контингентом, который приезжает в Москву на повышение квалификации, возникают примерно те же проблемы, что у Петра Первого.
Раиса удивленно подняла глаза на собеседника. Ей не сразу понятно было, причем тут царь-плотник, хотя про то, что он университеты открывал, по урокам истории помнила.
Когда Петру потребовались будущие русские врачи, начал Алексей Петрович, и голос его снова сделался громким и звучным, как на лекции, оказалось, что приглашенные немцы знают латынь да немецкий, а русский и учить не хотят, и терминологии еще нет.
На голос начали оборачиваться. Алексей Петрович привычно улыбнулся и снизил тон:
- Негде взять потребуй у церкви, там хотя бы латынь знают, решил Петр. За колокольную медь церковники на него были крепко обижены, а ведь большая часть переплавленных колоколов так пушками и не стала, состав сплава неподходящий. Словом, направили ему пьяниц, буйных, больных да тех, кто любит задавать неудобные вопросы.
Раиса слушала, забыв глядеть по сторонам. И почему на уроках истории о таком не рассказывали? Хотя бы в техникуме, уж там можно бы, все ведь по специальности. Когда учишь то, что тебе потребуется здесь и сейчас, как-то забываешь, что у медицины своя история есть, длинная и интересная. Где бы про это прочитать? Надо обязательно потом спросить. Может в Брянске в библиотеке что найдется.
Пьяницы спились, буйные разбежались, больные поумирали, а вот из задающих неудобные вопросы и выросла русская хирургия. Так и на курсы едут нередко те, кому у себя заняться нечем, или те, кто хочет за казенный счет по столице погулять. Ну, и те, Алексей Петрович посмотрел на Раису очень внимательно и улыбнулся, кто настолько любопытен, что им в районной больнице тесно!
Как же легко она краснеет, думал он, Мало хвалят, к этому она точно не привыкла, начальство строгое, в больнице график тяжелый. Да и слишком любопытных у нас часто не очень-то любят. Хотя ради таких и преподаем. Уже не девочка, а глаза как у подростка. Сколько ни расскажи, все мало!