* * *
Распределяли дачи. Все волнуются. Ходжа Насреддин спокойно говорит:
Чтобы взять дачу, необходима дача взятки.
* * *
На день рождения Ходжа пригласил гостей. Когда они расселись, каждый с удивлением увидел у своего прибора пять рублей.
Дорогие гости! сказал Ходжа Насреддин. Закуска на столе, а выпивку я компенсирую деньгами. Я не хочу вступать в единоборство с антиалкогольным Указом.
* * *
У меня сегодня разгрузочный день, с гордостью сказала дама Ходже Насреддину. Я ем только яблоки.
Странно, сказал Ходжа. Когда я работал докером в порту, у нас вся неделя была разгрузочной, кроме выходных. Но мы ели все: и мясо, и рис, и хлеб.
* * *
Футболисты «Пахтакора» пригласили Ходжу Насреддина на банкет по случаю окончания футбольного сезона.
Когда настала пора расплачиваться за ужин, Ходжа сказал:
Вы проиграли. Счет в пользу официанта.
* * *
В чайхане посетители возмущались:
У вас в меню написано: «Большой выбор блюд». А на самом деле ничего, кроме чая, нет.
Вы не правы, сказал Ходжа Насреддин. Блюд у них действительно много. Другое дело, что они пустые.
* * *
Ходжа Насреддин подал в суд на соседа по даче.
Каждый вечер он жарит шашлыки на своем участке, объяснил Ходжа суду. А ветер дует в мою сторону. От запаха я схожу с ума. Если вы не пресечете его действия, я буду вынужден съехать.
2. ИЗ НЕВЫДУМАННОГО
ЛЮБОВНАЯ ИСТОРИЯ СО СЧАСТЛИВЫМ КОНЦОМ
История эта нетороплива, как ишак.
В областном городе Гюльбахор проживала миловидная женщина, вдова, по имени Суйма.
Ее полюбил Суяркул Мугурманов, мужчина в расцвете. Волшебным зимним вечером он робко предложил ей руку и сердце. И, трепеща, выслушал заветное «да» из милых уст.
Бракосочетание было назначено на конец марта.
Но с приближением сияющей даты все чаще ловила Суйма печаль в глазах возлюбленного.
Что с тобой, милый?
Он молчал, молчал Но однажды, не выдержав, признался:
Тени предков не дают мне покоя, родная. По обычаю жена должна переступить порог мужниного дома. А у нас наоборот получается. Я войду в твой дом, а это недостойно настоящего мужчины, главы семьи.
Как же быть, милый?
А ты перепиши домовладение на мое имя.
Только-то! Счастливая невеста выполнила желание жениха. Тени предков замолкли, и молодые расписались.
Но снова закручинился Суяркул. Суеверная тревога поселилась в его душе: прекрасный дом, любящая жена Не слишком ли много выпало ему счастья? Выдержит ли сердце?
«Не выдержит, пожалуй», решил он. И в июне подал заявление в суд: расторгнуть брак и выписать бывшую жену из его дома.
Тут, пока суд да дело, в Суяркуле заговорила совесть. А может, это вновь назойливо бубнили тени предков:
Мужчина, бескрайнюю, как хлопковое поле, любовь ты променял на паршивый домишко?
Продешевил я, согласился Суяркул. Вот если бы к дому да прибавить автомобиль василькового цвета
Дело в том, что Суйма приобрела «Волгу» на паях со своим родственником Оралом Завировым. Договорились так: машина будет числиться за Оралом, пока вдова не выплатит ему всю ее стоимость.
Вот и мучился Суяркул, нутром чувствуя, что грех такую ценность оставлять в нежных и слабых женских руках.
Тут подвернулся Низам Мугурманов, родной брат.
Оформим пока машину на мое имя, а там сочтемся, предложил он Суяркулу.
А разве это можно?
Мне все можно. Зря, что ли, я в милиции работаю?
Призвали на помощь друга и коллегу капитана милиции Бахтияра Ахмедова и втроем увлеченно принялись за дело.
Тут очень помогло то, что юридический хозяин «Волги» василькового цвета Орал Завиров был неграмотным. Вот компаньоны и написали заявление от его имени: хочу, мол, продать машину.
Орал-джан, очень нужна твоя подпись, подкатились они к Зави-рову.
Несилен я в грамоте, дети мои. Что говорит эта бумага?
Уж такая мелочь, просто стыдно утруждать твои уши, Орал-джан, вились компаньоны. Тут сказано, что машина нуждается в ремонте после крохотной, крохотулечкой аварии.
Ремонт дело нужное, закивал Завиров. И подписал.
Остались пустяковые формальности. Капитан Ахмедов велел заведующему комиссионным магазином Ачилову оформить «покупку» через его магазин. Не посмел ослушаться Ачилов, состряпал полагающуюся документацию. Еще раз обращаться к пожилому неграмотному Завирову коммерсанты постеснялись, и поэтому
везде за него расписался Суяркул.
Так, в результате недолгих манипуляций Суйма Мугурманова лишилась мужа, дома и машины. Но понадобилось два года, чтобы свершилось возмездие: к семи годам лишения свободы был приговорен Суяркул Мугурманов, и к одному году заведующий комиссионным магазином.
И еще год прошел, пока городской суд не признал злополучный дом собственностью Суймы.
А что же основные организаторы аферы, Низам Мугурманов и Бахтияр Ахмедов? Их приговор не коснулся. Машина правосудия осторожно объехала их, как неразумных дошкольников, балующихся на проезжей части. Правда, суд вынес частное определение: «Необходимо провести дорасследование действий Б. Ахмедова и Н. Мугурманова».
Только какое может быть дорасследование, если следователь межрайонной прокуратуры И. Мурадов еще за полтора месяца до суда прекратил уголовное дело на любопытнейшем основании: дескать, преступники в данное время не являются общественно опасными и совершенное ими преступление потеряло значение!