Ученым это понравилось, а директору совхоза тем более. Позже появились новые договоры с другими хозяйствами, но тоже «левые». За два года «бригада» таким образом получила 20 тысяч рублей.
Никаких денег не жалко! восторгался директор совхоза. Вот я их в следующем году на капусту поставлю, сорняки полоть. Небось они эти сорняки каким-нибудь лазером выжгут. Наука!
Он почти угадал. Группа, напряженно штудируя агрономическую литературу, всерьез готовилась к войне с сорняками. Но тут Голотова вызвали в университетский партком. Кончилось тем, что порок был наказан, восторжествовала справедливость. Голотова освободили от должности проректора, партком вынес ему строгий выговор с занесением в учетную карточку. Перепуганные возможными санкциями за поощрение шабашников руководители хозяйств на всякий случай отключили датчики и микросхемы.
И теперь директор совхоза «Борковский» говорит о науке осторожно и даже с испугом. А другие директора и вовсе подумывают, как бы избавиться от всяких там дисплеев и микропроцессоров. Ну ее к богу, эту электронику, старушка с термометром надежнее.
Что же касается руководства университета, то оно, сочтя свою миссию завершенной (виновные-то наказаны!), успокоенно перешло к другим проблемам, весьма далеким от картофельных.
И снова моросит дождик. Клены заботливо сбрасывают последние листья на худую крышу овощехранилища. Профессора и доценты перебирают гнилую картошку и печально думают о научно-техническом прогрессе.
ПОПРЫГУН
Не ходи, говорили мне в морском порту, не ходи туда. Там, мне говорили, шестиосным тебя переедет вагоном! Лучше ты обеги через другую проходную, ног не пожалей
Но я пожалел.
«Как же! думаю. Так и дал я себя вагоном переехать!»
Значит, иду через проходную, что возле станции Жданов-Порт. А сбоку еще какой-то приближается.
Ты кто? спрашивает. Попрыгун или подлезаешь?
Сам ты, говорю, подлезаешь, попрыгун! А я спокойно иду и никого не задеваю.
Тогда он опять вбок ушел, отцепился.
Подхожу к месту толпа стоит. А поперек дороги стаями ходят шестиосные, маневрируют. Вагоны стучат, тепловозы гудят, дядьки из-под фуражек в свистки свистят и флажками размахивают. Железнодорожный переезд, одним словом. А может быть, переход непонятно. И люди толпятся, и машины. Целый хвост машин выстроился.
Толпа, конечно, спокойно не стоит, торопится. А сделать ничего не сделаешь поперек длинный состав ходит, маневрирует. В одну сторону немного разгонится, лязгнет буферами и обратно.
А люди спокойно стоять не могут. То один, то другой прыг на тормозную площадку, и на другую сторону.
Ишь ты, из толпы восхищаются, попрыгун как пошел!
А тут откуда-то мелкие старушки набежали с авоськами. И прямо под вагон лезут. Подкараулит старушка момент, упадет по-пластунски и авоську за собой по шпалам тянет.
Постоял я, подождал с полчаса ничего не получается. Вагоны стучат, тепловозы гудят, дядьки флажками размахивают. А сбоку опять тот, знакомый, приближается.
Так ты все же кто? спрашивает. Попрыгун или подлезаешь?
В этот раз я его понял.
Наверное, отвечаю, попрыгун, если на то пошло. Не могу же я сам под колеса бросаться!
Тогда давай за мной! командует. И прыгает на тормозную площадку. Я за ним. А он площадку перебежал и на другую сторону спрыгнул. Я опять за ним. Два состава преодолели ничего. А на третьем плохо получилось. Он спрыгнул, а я нет. За какой-то крюк зацепился. И в сторону от переезда поехал. Я еду, а он рядом бежит, ругается.
Какой же ты, кричит, попрыгун? Ты, наверное, подлезаешь, как мелкая старушка, а попрыгуном для форсу назвался!
А я уж и сам понял, что никакой я не попрыгун, и вообще мне надо бы обратно. Но, чувствую, обратно нельзя, крюк не пускает
Ладно, приехал в порт, вагон остановили, с крючка меня сняли.
Хорошо, говорят, что ты в апреле на этот переход-переезд попал. Смотри не попади туда в августе, когда машины из порта зерно везут. Плохо будет. Допрыгаешься, попрыгун! В прошлом году некоторые на этом переезде до больницы допрыгались!
А сбоку опять тот, знакомый, приближается. Арифмометр под мышкой держит и секундомер в зубах несет.
Ловкий ты, ему говорю, попрыгун!
Совсем я, отвечает, не попрыгун. Вообще-то я здешний экономист. Попрыгал с тобой, а теперь ползаю, деньги под колесами считаю, часы ищу
Какие, спрашиваю, часы?
Потерянные, отвечает.
Ценные? спрашиваю.
Золотые, отвечает, если не дороже
Тут мне экономиста жалко стало.
Где, спрашиваю, уронил?
Под колесами, отвечает, только это не я, а порт потерял. И не один час, и не два, а сто шестьдесят часов теряет ежедневно.
Как это, спрашиваю, порт до такого докатился?
На переезде, объясняет, докатился. Летом через этот переезд за 12 часов до двух тысяч машин прорывается!
Ну и что? спрашиваю.
А то, объясняет, что каждая машина у шлагбаума не меньше пяти минут на приколе стоит. Она же прыгать, как ты, не может! А все вместе 160 часов простаивают! За полдня шесть с половиной суток! А у причалов в это время суда тоскуют.
А железнодорожники, интересуюсь, тоже прохлаждаются, когда машины через переезд косяками идут?