Мои герои, зависти полны.
Пошли туда, в глубь парка, где бесплатно
Сквозь ветки капал блеклый свет луны.
«Все суета сует, сказал Евгений,
Презрительно и мудро морща лоб.
Так не бывает в нашей жизни, чтоб
Мы жили без соблазнов и сомнений.
Такой уж век, должно, широколобый,
И деловой, и все ему с руки:
То у любви он ищет смысл особый.
То у добра, простите, кулаки.
То молчалив, то говорлив не в меру.
То зряч, то слеп, то вроде бы косит.
Вдруг испытав безжалостно на веру.
Он через миг безверьем искусит.
Круговорот идей, вещей и мнений,
Наверное, еще не завершен:
Давно ли было «чудное мгновенье»
И стало «у мгновений свой резон»?
«В сомнениях не виновато время,
Сказал Иван. Мы виноваты в том,
Поскольку наши жизни есть мгновенья.
Впадающие в вечность ручейком».
«Мне эти философии известны!
Евгений фыркнул. Ну, а мир таков:
Не различает честных и бесчестных,
Он выделяет только дураков,
Романтиков, шутов, идеалистов.
Тут как ни лей нальешь все тех же щей
Вот мой сосед богат, как Монте-Кристо.
Не ручеек, как ни смотри, ручей!
Живет, как бог, и в ус себе не дует.
Отменно спит. Вальяжен и речист.
Подозреваю на руку нечист,
Но за руку не пойман не ворует!
Завидую умеет жить, подлец!
И рядом с ним такой же по соседству.
Достались миллионы по наследству?
Смешно! Но где ж ОБХСС?
Хотя, конечно, дважды два четыре:
Коль нет станка печатного в квартире
Иль бриллиантов, на худой конец,
В горшке чугунном где-нибудь в подвале
При жизни умудрится кто едва ли
Себе отгрохать этакий дворец,
А ведь стоят, где прежде не стояли!
Не кажется ль тебе несправедливым,
Что можно быть нечестным, но счастливым?
И знаем мы, что век земной один
У всех у нас. Туда одна дорога!
Но жулик доживает до седин,
А честный загибается до срока.
И что же утешаться, что углем
Иль янтарем я возвращусь потом,
Чтоб, значит, греть и украшать потомков?!
Не помня даже собственных истоков
Кем был, как жил, как умер, почему?
И несть числа мучительным вопросам!»
«Ну, отчего ж? сказал Иван. Дерьму,
И наперед известно, быть навозом!»
«А ты все шутишь?»
«Как тут не шутить,
Когда в разладе с логикой приятель»
«Чтоб знать, что жизнь и как ее прожить,
Рискнул бы я и душу заложить.
Нашелся б только верный покупатель
Иль тот, кто мог бы истину открыть»
И в тот же миг как щелкнул выключатель!
Все фонари погасли.
Пала темь,
И рядом с ними шевельнулась тень
И мерзко засмеялась
О читатель!
Ты ждешь рассказа, как явился бес,
Чтоб душу одного из эмэнес
Забрать, коль сам он пожелал обмена?
Все шло к тому, чтоб был такой конец
По всем законам жанра непременно
* * *
Итак, старик
Неведомо откуда
Он взялся вдруг иль появился в миг,
Когда погасли фонари,
Как будто
Они одни и освещали мир.
О да, мы помним:
Сразу пала темь
И рядом с ними шевельнулась тень
И мерзко засмеялась.
Ну и что же?
Мороз от страха пробежал по коже,
Задавленный, в зубах остался вскрик
И с головою что-то приключилось:
Что было раньше вроде бы забылось,
Что быть должно представилось на миг
Что вам угодно, молодые люди?
Спросила тень, откашлявшись слегка.
(Все в ней изобличало старика.)
Покоя нет нигде. Но вы не судьи
Того, что и не смыслите пока.
Меж нами жизнь. А может быть, века.
Когда зачтем и то, чего не будет
Со мной уже почти наверняка.
Но что я понял:
Эти семена
Взойдут уже в другие времена.
И будут ли плоды
Иль просто листья?
Здесь восемь зерен.
Только столько истин
Взойти не может.
Истина одна!
Кому из вас откроется она?
Бери кулек.
Вот ты, который дерзко
Мечтал о том, чтоб душу заложить
Кому нужна, коль не умеет жить
Ни дерево, ни камень, ни железка.
На что, скажи, ее употребить?
Пуста и назначенье неизвестно.
Оставь себе.
Немало без того
Витает их на свете бесполезно:
Из ничего не будет ничего
* * *
Куда же дальше двигать наш сюжет?
Рассказывать о них попеременно?
Но признаюсь я сразу откровенно;
Неинтересен мне Евгений, нет.
Закрылся ненадолго в туалет
И там, вооружившись лупой.
Пытался зерен разгадать секрет.
Хотя и понимал, что это глупо.
Какая сила в них заключена.
Он точно знал.
Продешевить боялся!
Не потому ль так бережно старался
Все рассчитать и все учесть сполна.
И благо, что спала давно жена:
Ей объяснить бы было невозможно.
Зачем отдал Ивану три зерна.
Взять все себе он мог бы непреложно.
Он не забыл, как дрогнула рука
В тот самый миг.
О, было все не просто!
Свалял, видать, и вправду дурака
Теперь себя корил за благородство.
. . . . . . . . . .
Все получил машину, должность, дачу.
Ну и земельный на прирост! надел.
И даже попытался наудачу
Сменить жену. Но и том не преуспел
Иссякла сила у зерна, должно быть,
Или столкнулась с силою другой,
Которая свидетельствовал опыт
Связала их порукой круговой.
Два сапога, но пара. Так уж вышло,
Что здесь у них и в мелочах сошлось.
Недаром он как будто ночью слышал
Далекий голос: пропадете врозь!
Все получив, лишь изредка Евгений,
Не сожалея, думал перед сном,
Что, как ни кинь, не может быть двух мнений:
Ему, конечно, повезло с зерном.
Что истина? И сколько разных истин.
Которых нам понять не суждено,
А ведь живем и не конюшни чистим
Хотя, как знать, когда бы не зерно,