«Хотя бы солнце выглянуло, я бы по нему нашел дорогу», думал Павлик. Но Тузика не было, солнце в этот день так и не показалось, а компас он забыл дома. Вскоре плававшие по небу разрозненные тучи расширились, опустились ниже и закрыли все небо. А когда наступила короткая ленинградская ночь, над головой не оказалось ни одной звездочки, как будто их склевала летавшая днем сорока.
Карасев держал в руках записку и думал, что же случилось. После дежурства надо бы отдохнуть, но записка беспокоила. В ней говорилось, что ребята нашли в лесу Рыжего и того другого, большеногого. И вместо того чтобы лечь» он оделся, закрыл комнату и вышел.
Дома Павлика не было. Не было его и на поляне возле водоема. Когда он вернулся назад, во дворе, где жил Павлик, увидел Полину Ивановну и показал ей письмо.
Ах вот что, улыбнулась она и начала рассказывать о событиях той ночи, когда в петлю попался Костя. Господи, и что это за дети. Чего они только не придумают, увлеклась и начала рассказывать о Павлике, об Оле, об остальных.
А я, признаться, тоже привязался к этому мальчику, но часто мне кажется, что я его не понимаю. Какой-то он не по годам серьезный. Кстати, где же дети? спросил Карасев.
И то правда, где же они? повторила она, вспомнив, что по возвращении домой не видела ни Олю, ни Павлика, закричала: Дети! Павлик! Оля! но никто не отзывался. Вы посидите немного, а я сбегаю за ними.
Карасев видел, как ее белый платок мелькал то на одном, то на другом участке. Вернулась она бледная, запыхавшаяся.
Как сквозь землю провалились. Господи, куда же они девались?
А соседские дети дома?
Их тоже нет, сказала она и испугалась своих слов.
Пойдемте, поищем вместе, предложил Карасев.
А куда идти? Я уже все обегала, сказала Полина Ивановна.
Сходим на поляну, ребят поспрашиваем
Но там ни Павлика, ни его компании не было. Только какая-то женщина сказала им, что видела, как в двенадцатом часу дня две девочки, три мальчика пошли в лес с корзинками.
Как в лес? растерянно спросила Полина Ивановна. Неужели Павлик мог решиться на такое?
Пойдемте искать.
Пойдем, с надеждой подхватила она.
Молча шли они минут тридцать сорок. Наконец Полина Ивановна остановилась и сказала:
Разве же их найдешь? Здесь вон сколько дорог, и показала на причудливо переплетающиеся тропинки.
Может, они уже дома? спросил Михаил Петрович.
И то правда! Пошли домой, быстро ответила она и повернула назад. Впереди мелькнуло что-то белое. Полина Ивановна опередила Карасева и первая наклонилась к земле.
Олина косынка! Но у нее же утром была панамка Пошли скорее домой.
Карасев еле поспевал за ней, а она все прибавляла шаг. Но дома детей не было. Она сразу сникла, растерялась. Уже ни к кому не обращаясь, твердила одно и то же:
Господи! Ну где же они? Где? Где?
На Алексея Ивановича Прохорова, дедушку Валерика и Вовки, прибежавшего к Полине Ивановне, было жалко смотреть. В глазах отчаяние, страх
Как мы их будем искать, как мы их будем искать, твердил он, ума не приложу. Вы же знаете наш лес
Да, лес большой. Вы правы. Но не сидеть же нам сложа руки, ответил Карасев.
Давайте Тузика возьмем, предложила Полина Ивановна. Он поможет
Не чуди, Полина, с досадой отозвался Алексей Иванович. Здесь горе, а ты со своим щенком.
Да что ты, Алексей Иванович. Я серьезно говорю. Он Олю где угодно разыщет. Сколько раз бывало: прибежит один домой, а я спрашиваю: «Тузик, а Оля где?» он сразу поворачивается назад и убегает. И вскоре приходят домой вместе. Всегда находил.
Хорошо, Полина Ивановна, попробуем вашу ищейку, ответил Карасев.
Августовские ночи довольно светлые. Решили идти сразу, рассвета не ждать. Захватили одежду, еду и питье детишкам. Приладили Тузику ошейник с поводком, чтобы не убежал, и четверо взрослых с маленьким щенком вышли из дома и направились в лес. Тузик, не привыкший ходить на поводке, бурно протестовал. Останавливался, ложился на спину и лапами пытался снять ошейник. Но, видя, что из этого ничего не получается, поднимался и
мотаешься ты лихо. Об этом весь поселок говорит. Но я не вру. Славику, действительно, нужна помощь и притом срочная. Я при тебе ему все объясню. Иначе пройдет дней пять-шесть и его, раба божьего, возьмут здесь же, в берлоге, и как миленького увезут на «воронке».
Так вы и про берлогу знаете?
Я все, брат, знаю. Веди!
Костя мог еще поломаться, но, глядя на Карасева, которого он часто видел издали (близко подходить боялся), понял, что куражиться не стоит. С ним этот номер не пройдет. Поверил ему и уже спокойно, впервые за много дней, уверенно зашагал в сторону берлоги.
Карасев шел за Костей и думал: «Бывает же так, что в голове у тебя торчит какая-то заноза: сегодня, завтра, вчера, позавчера и месяц тому назад. Эта мысль мучает тебя, преследует, но додумать до конца, принять какое-то решение то времени не хватает, то что-то мешает, то сама мысль пропадает куда-то. Но сколько случаев, когда бывает наоборот. Только о чем подумаешь, чего пожелаешь, а оно как по заказу: тут как тут. Пример? Пожалуйста, сегодня, возвращаясь из леса, подумал, что надо найти Костю и узнать, где прячется Белов. И Костя появляется».