В итоге достроечных изменений на корабле прибавился груз 14956 кг, потребовавший расхода дополнительных 52 792 франков. Их составляли добавочный трубопровод: +3600 кг, сирена и свистки: +400 кг, приборы для чистки трубок: +300 кг, броневые решетки под машинным люком: + 4644 кг; снятые сети заграждения:
17100 кг; указатели положения руля: 200 кг; стрелы темперлея 4800 кг; изменение рангоута: 1800 кг (увеличение стоимости на 4500 франков); переделка прицельных приспособлений в боевой рубке и сооружение бронированного поршневого дальномерного пункта: +4500 кг. С незначительным отклонениями против проекта, плюс 2,8 англ. тонны на броню пояса по грузовой ватерлинии, минус 3,5 т на броню 2-го пояса и т. д., была выполнена броня крейсера (РГА ВМФ, ф. 427, оп. 1, д. 1822, л. 60, 93).
3 октября 1907 г. командир подписал дополнительный контракт на сооружение бронированной кормовой далыюмерной рубки с переделкой прицельных приспособлений с отверстием в боевой рубке (стоимостью 32,9 тыс. франков). По справке ГУКиС добавочных контрактов к этому времени было заключено уже на 53492 франка.
В октябре 1907 г. командир Пономарев и наблюдающий инженер-механик капитан Щанкин подписали очередное удостоверение, которым подтверждали, что котлы и все главные части машин установлены на судно и что поэтому фирма имеет право на получение предусмотренного контрактом 13-го платежа в размере 1,1 млн франков.
Адмирал Макаров и его тактико-технические данные. С открытки того времени.
Затем провели швартовые пробы главных машин: 13 октября правой, 16-го левой, работавших средним ходом. Ввиду неполного давления испытания разрешили провести с бракованной крышкой цилиндра. Таким же образом 25 октября, средним ходом следуя против ветра и волны, провели предварительную пробу в море. При 85 об/мин. главных машин достигли 14-уз скорости. В промежутках между испытаниями начали приемку в действии всех многочисленных систем и устройств. Так 21 сентября приняли систему отдачи якоря, 2 октября 1907 г. водоопреснительный аппарат, 3 октября восемь мусорных лебедок и машинные телеграфы Чадборна, 5 ноября электрическое освещение, а затем паровое отопление, 14 ноября электрические помпы пресной воды на 3000 литров. Испытание водопроводов и гальюнов выявили до 60 недоделок. В частности, заметили что для ванн нужны указатели у всех кранов с надписями соленая, пресная горячая, пресная холодная. Все эти и прочие испытания, составив обширное собрание актов на многих сотнях страниц, продолжались до полной приемки по всему кораблю. Определяющими были, конечно, испытания главных механизмов и вооружения.
Но эти и все другие без исключения, сколь бы второстепенными они не казались, конструкции, предметы, изделия, системы, устройства и механизмы фирма обязана была предъявлять в действии, испытывать, исправлять и переделывать до тех пор, пока приемная комиссия своим актом не подтверждала, что они по качеству материала, рабочим характеристикам и показателям соответствуют требованиям, предусмотренным контрактом и спецификациями.
Многое, конечно, зависело от полноты и определенности этих спецификационных требований и готовности комиссии согласиться с той их трактовкой, которая была выгодна фирме. Члены комиссии генерал-майоры Н.В. Долгоруков и К.Т. Дубров (представители МТК), полковник Кигель и подполковник Пастухов, прибывшие в Тулон, вовсе не были настроены проявлять то великокняжеское снисхождение, на которое, как видно, рассчитывала фирма.
Время августейшего заказчика великого князя генерал-адмирала безвозвратно ушло. Уже третий год ставший вдруг никому не нужным, боясь, наверное, показаться на глаза офицерам, в покорном ничтожестве коротал он во Франции свои последние дни. Уже не надо было командиру крейсера ехать к нему в Париж на поклон, ничем не мог он помочь ни флоту, ни возлюбленной им фирме. Не хватало его и на покаяние перед опозоренным флотом, перед втоптанными в грязь его славными вековыми традициями, перед бесцельно погубленными в войне людьми.
Мемуаров он потомкам кажется не оставил. И потому комиссия, не имея нужды оглядываться на великих покровителей фирмы, совершала приемку, как, впрочем, бывало вне французских заказов и раньше, со всей возможной строгостью. Трудности, однако, возникали в толковании смысла контракта и спецификаций, нарочито или по недосмотру МТК об этом в Петербурге давал понять инженер-механик П.И. Кигель (прежде, в 18991905 г., состоящий старшим механиком крейсера Богатырь), оставлявшие фирме обширные возможности для уклонения от ответственности за недоделки и несовершенство техники.
Ряд работ пришлось переделать за счет фирмы, для чего, по счастью, в контракте было все же оговорены права заказчика на удержание последнего платежа и гарантийный срок работы механизмов. Переписка по новому удержанию с фирмы продолжалась аж до 1912 года.
Попытка выйти па полный ход, предпринятая 6 ноября, не удалась. При достижении 19-уз скорости (100 об/мин.) усилилось нагревание подшипников, особенно рамовых, обеих машин. В конце четвертого часа испытаний задний эксцентрик настолько накалился, что произошло вскипание масла и воды от заливания. Осмотр по приходе в порт обнаружил расплавленное состояние антифрикционного металла, а также бронзовой рубашки на эксцентриковом бугеле. В качестве причины предположили плохое качество масла, которое в смеси с водой образовало мыльную массу, которой и оказались забиты каналы системы охлаждения.