Когда душа послушна, и позволяет себя очистить, избавить от всего того, что принадлежит ей и является противовесом воле Божьей, она постепенно обнаруживает себя отделенной от всяческих собственных эмоций и помещенной в состояние святого безразличия, когда не желаешь ничего, кроме того, что делает или желает Бог.
Этого невозможно достичь путем действия нашей собственной воли, даже если бы мы упражняли ее в постоянных актах послушания. Эти действия, насколько бы добродетельны они ни были, всего лишь являются собственными действиями человека и побуждают волю существовать в некоем многообразии, в своего рода расхождении с Богом.
Когда воля творения полностью покоряет себя воле Творца, страдая свободно и добровольно, вручая божественной воле только само течение обстоятельств (что и является абсолютным подчинением), тогда само страдание полностью преодолевается и нивелируется под действием любви, поглощающей волю в себя, вкладывая ее в волю Божию и очищая ее от всякой узости, несогласия или эгоизма.
Так же обстоит дело и с другими двумя способностями. Посредством милосердия начинают проявляться две теологические добродетели: вера и надежда. Вера так сильно захватывает понимание, что способна опустить на более низкий уровень все рассуждения, все частные разъяснения и иллюстрации, какими бы возвышенными они не были. Эти факты в достаточной мере показывают насколько видения, откровения и состояния экстаза отличаются от описанного, и как они удерживают душу
от возможности раствориться в Боге. Хотя посредством этих состояний душе и кажется, что она растворяется в Нем на несколько скоротечных мгновений, все же это не истинная растворенность. Полностью растворенная в Боге душа не может уже обрести себя вновь. Вера заставляет душу потерять всякий различимый ею свет для того, чтобы поместить ее в свой собственный чистый свет.
Все мелкие действия также оказываются постепенно преодоленными в памяти и поглощаются надеждой. В конце концов, эти все способности оказываются сконцентрированными и растворенными в чистой любви. Она поглощает их в самой себя посредством владыки ВОЛИ. Воля является царем всех способностей, а милосердие царицей всех добродетелей, объединяя их все в самой себе. Само же такое единение можно назвать союзом или единством. Все это объединяется посредством воли и любви в центре души в Боге, Который является нашей конечной целью. Согласно словам Св. Иоанна, «Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге».
Этот союз моей воли с Твоей, о мой Бог, и это нескончаемое присутствие было таким сладостным и могущественным, что я была вынуждена уступить его чудесной силе, силе, которая была строгой и суровой к моим мельчайшим недостаткам.
Глава 11
Практика аскетизма, какой бы строгой она не была, никогда не победит чувства. Самое эффективное средство для того, чтобы разрушить их власть, решительно отказать чувствам в том, что способно угождать им. Затем нужно стойко продолжать отказывать им до тех пор, пока они не уменьшатся настолько, что не будут ни желать, ни противоречить. Если мы попытаемся в ходе этой войны дать им какоенибудь послабление, то мы будем подобны людям, которые под предлогом укрепления сил человека, приговоренного к голодной смерти, дают ему время от времени немного еды.
Действительно, на некоторые время это продлит его муки и отдалит время смерти.
То же самое происходит со смертью наших чувств, способностей, понимания и нашей воли. Если мы не искореним всякий остаток своего я, существующий в этом, мы будем поддерживать его в таком предсмертном состоянии до конца. Это состояние и его конец ярко описаны Павлом. Он говорит о ношении в теле мертвости Иисуса Христа (2 Кор. 4:10). Но чтобы мы не успокаивались на этом, он показывает четкое различие между состоянием смерти и состоянием, когда наша жизнь сокрыта со Христом в Боге. Только посредством абсолютной смерти для самих себя мы можем раствориться в Боге. Таким образом, гот, кто мертв, не нуждается более в дальнейшем умерщвлении. Окончательное умерщвление уже совершено в нем, и все должно обновиться. В тех добрых душах, которые, наконец, посредством упорного и постоянного их умерщвления пришли к победе над своими плотскими чувствами, происходит печальное заблуждение, когда они все еще вынуждены упражняться в этом. Но им как можно скорее нужно перестать обращать внимание на эту область и пребывать в равнодушии, принимая в равной степени как хорошее, так и плохое, как горькое, так и сладкое, концентрируя все свое внимание на труде гораздо более важном, а именно, на умерщвлении разума и собственной воли. Они должны начать это с прекращения всяческой инициированной самими собой деятельности, но это никогда не должно происходить без самой глубокой молитвы. Чувства никогда не удастся умертвить без глубокого осознания себя в связи с умерщвлением. Действительно, осознание себя это главное средство, с помощью которого может быть достигнута победа над чувствами. Оно отрывает нас и разделяет с ними, мягко сводя на нет именно то, из чего чувства черпают возможность на нас влиять. Чем более Ты увеличивал мою любовь и терпение, о мой Господь, тем меньше страдания я испытывала в наибольшим образом подавлявших меня испытаниях, ибо любовь помогала с легкостью их проходить.