И тут Катрин вспомнила одну историю, которую когда-то прочла, и решила подшутить над тремя рыцарями.
- Желаю, чтобы два из этих пудингов повисли у тебя на носу! - воскликнула она, положив руку на талисман и посмотрев прямо на черного рыцаря сквозь дверную щелку. И так оно тут же и случилось с одним из пудингов.
Но этот пудинг, в отличие от того, о котором она когда-то читала, еще и пылал голубым огнем бренди, - так что черный рыцарь не только был унижен, но еще и здорово обжегся. Более того - его пышные черные бакенбарды, которыми он непомерно гордился, тоже воспламенились. Он издал дикий вопль, и физиономия его потемнела от ярости, став почти такой же черной, как его наряд.
- Кто это, в бога и его присных, сыграл со мной эту подлую шутку? - возопил он, хлопая по носу и бакенбардам обеими ладонями и взвизгивая от боли, поскольку пламя обжигало ему пальцы.
- Пхи-хи-хи! - прыснул зеленый рыцарь. - Ну и видочек же у тебя!
Черный рыцарь стремительно повернулся к нему.
- Так это ты сыграл со мной подлую шутку! - воскликнул он.
- Это не я, - сказал зеленый рыцарь, - но все равно у тебя смешной видочек.
- Смешной, да? Смешной?! - заорал черный рыцарь, входя в раж. Он выхватил из ножен свой меч и снес голову зеленому рыцарю.
Красный рыцарь вскочил на ноги.
- Послушай, Олбимарль, ты немножечко переусердствовал! - воскликнул он.
- Не думаю, - сказал черный рыцарь. - Он сам во всем виноват. Иди-ка помоги мне снять с носа этот мерзкий пудинг!
- Хорошо, - сказал красный рыцарь, с некоторым сомнением глядя на него, - не знаю, получится ли, но попробую.
Он вынул меч из ножен и стал соскребать пудинг с носа черного рыцаря. К несчастью (для себя самого), он соскреб заодно и добрый кусок рыцарского носа.
Черный рыцарь дико взревел и с мечом в руке бросился на красного рыцаря. Красный рыцарь парировал его удар. И тут же они, забыв обо всем на свете, схватились насмерть, прыгая по зале, круша мебель и рубя один другого.
Дети за дверью зажмурились, заткнули уши и задрожали от страха, прижимаясь друг к дружке.
Схватка была короткой. Два меча, два лезвия блеснули в воздухе и спустя мгновение две головы упали на пол, а вслед за ними, чуть медленнее, свалились и тела.
Наступила тишина. Катрин вовсе не хотелось, чтобы ее желание имело такой кровавый финал. Но она напомнила себе, что надо быть беспощадной, смелой и решительной и, крадучись, проникла в залу - остальные следовали за ней. Дети отвели глаза, чтобы не видеть то, что лежало на полу.
- Думаю, что все это можно было бы устроить поизящнее, - сказала Джейн. - Как теперь нам пробраться в подземелье, когда под ногами все эти части тел?
- Главное, что все получилось, - сказала Катрин притворяясь более радостной, чем она была на самом деле. - Нам вовсе не обязательно идти пешком - мы можем пожелать оказаться там.
Она прикоснулась к талисману и пожелала, чтобы они оказались вдвое дальше двери в темницу, и чтобы в руке у нее было два ключа от замка.
После этого, естественно, оставалось только повернуть ключ, и к ним вышел сэр Ланселот, сопровождаемый несколькими дюжинами других рыцарей, - они тоже были пленниками злой волшебницы и ее друзей, и вид их из-за ежедневных побоев был хуже некуда.
Плененные рыцари упали на колени и стали целовать детям руки, приветствуя в их лице своих освободителей. Сэр Ланселот тоже вполне вежливо поблагодарил детей, но им почему-то показалось, что он не так рад своему освобождению, как того можно было бы ожидать.
Немного погодя, когда все остальные захваченные рыцари покинули замок, чтобы вернуться к своим прерванным героическим подвигам, дети поняли, в чем тут дело.
- Вы спасли меня с помощью волшебных средств? - спросил сэр Ланселот.
- Именно так, - гордо сказала Катрин. - Я спасла вас с помощью маленького талисмана.
- Это мне очень не нравится, - сказал сэр Ланселот. - Я хотел бы, чтоб было иначе.
- Неужели? - сказала Катрин. - Значит, вам хотелось бы остаться там и быть битым?
- Лучше уж это, - сказал сэр Ланселот, - чем уронить свою честь, воспользовавшись неправедным волшебным преимуществом над ворогом, пусть даже и смертельным.
- Ладно, если уж вы такой щепетильный, - раздраженно сказала Катрин, - я могу изъявить желание снова их собрать. И она провела его в большую залу и показала разбросанные останки трех рыцарей.
- Соберите, пожалуйста, - сказал сэр Ланселот.
- А вас снова заточить в темнице? - с сарказмом спросила Катрин. - Разве вы не оскорблены, что я вас освободила?
- Думаю, что этой услугой я могу воспользоваться, - сказал сэр Ланселот. - В любом случае, рано или поздно, какая-нибудь прекрасная дочь тюремщика выпустила бы меня.
- Ой ли? - сказала Катрин. - Тогда простите за беспокойство. Еще будут какие-нибудь просьбы?
- О да, - сказал сэр Ланселот. - Не могли бы вы вернуть мне и доспехи, которые отняли у меня эти подлые трусы.
Теперь уже окончательно рассердившись на него, Катрин пожелала, чтобы он снова заполучил свои доспехи и меч; затем, тщательно подсчитав части тел, она пожелала, чтобы красный рыцарь и зеленый рыцарь, и черный рыцарь снова ожили.
Это было очень интересное зрелище, когда различные части различных по цвету рыцарей заново собирались на полу залы, и было жаль, что сборка быстро закончилась.
Но затем началось нечто еще более интересное. Потому что далее сэр Ланселот сражался один против трех рыцарей, и это было зрелище, ради которого стоило вернуться на много веков назад.
Однако сэр Ланселот, кажется, не оценил интерес четверых детей.
- Уходите. Большая вам моя благодарность. Прощайте! - обращался он к ним, припирая столом к стене зеленого рыцаря и загоняя мечом в угол красного и черного рыцарей.
- Наша помощь не нужна? - осведомился Марк.
- Нет. Уходите! - сказал сэр Ланселот, колотя по макушке красного рыцаря, молотя левой в грудь черного рыцаря и прыгая на стол, чтобы достать зеленого.
- Можно нам хоть посмотреть? - взмолилась Джейн.
- Нельзя. Это действует мне на нервы. Не хочу свидетелей, - сказал сэр Ланселот, ныряя под стол, чтобы красный рыцарь, кувырнулся, промахнувшись, и снова поворачиваясь лицом к черному и зеленому.
Катрин вздохнула и загадала желание.
И в следующий миг дети снова оказались на лошадях - они скакали по Королевской дороге.
- Мы могли бы хотя бы подождать во дворе, - проныла Марта. - Теперь мы никогда не узнаем, чем там кончилось.
- Он-то победит, можешь не сомневаться! - сказала Катрин. Как меня тошнит от тех, кто вечно прав, всегда и во всем. Думаю, в любом случае мы его еще увидим на турнире.
- Ух ты! Ну, конечно, турнир! Как это я забыл, - сказал Марк. - Когда же он начнется, по-твоему?
- Не раньше, чем через несколько недель, - сказала Катрин. - Но раз мы здесь, стоит просто попросить талисман…
И она просто попросила.
- Никак не могу привыкнуть к этим прыжкам туда-сюда, - мгновение спустя пожаловалась Марта, обнаружив, что она теперь в каком-то новом месте, уже в третий раз за последние три минуты. - Где мы теперь и в каком времени?
- Думаю, что в Камелоте, - сказала Катрин. - На турнире. Смотрите!
Джейн, Марк, и Марта стали смотреть. Сам Камелот и поле для турнира выглядели точь-в-точь как они были описаны в "Короле Артуре для мальчиков" и в замечательных книгах мистера Т.Х. Уайта. Трубы играли сигнал к бою, в голубом воздухе развевались вымпелы, в ярком свете сверкали доспехи, и сотни мужественных рыцарей, и верных сквайров, и преданных пажей, и прекрасных дам, и скромных слуг толпились на трибунах, чтобы посмотреть рыцарские игры.
Четверка детей занимала лучшие места в переднем ряду на виду у всех, потому что так загадала Катрин в своем желании. Однако в этом желании она не упомянула, что лошади им больше не нужны, и те поначалу весьма докучали зрителям, поскольку тоже пытались занять первые места, вызывая ропот сидевших сзади. Но Катрин пожелала, чтобы они дважды убрались куда-нибудь подальше, и лошади исчезли.
При этом зрители, сидевшие сзади, повскакали со своих мест и разбежались, оглядываясь на четверых детей и бормоча что-то про злые чары и колдовство.
Дети почти не обратили на это внимания. Они были слишком заняты тем, что вертелись во все стороны и упивались зрелищем.
В конце поля на троне, поставленном на высокий помост, сидел Король Артур. Дети ясно видели короля - его доброе, открытое, всепонимающее лицо, словно это теплое солнышко вышло, дабы осветить веселую Англию. Справа от него сидела королева Гвиневера, а слева - волшебник Мерлин, тонкий и мудрый, с седой бородой.
И вот фанфары пропели последний длинный сигнал и турнир начался.
Сэр Ланселот был среди первых рыцарей, выехавших на поле. Дети узнали его по доспехам.
- Я же говорила, что с ним будет все в порядке, - сказала Катрин не без некоторого сожаления.
Но когда сэр Ланселот начал поединок, даже Катрин вынуждена была восхититься им.
Он поверг наземь пятерых рыцарей первым же ударом своего копья, четверых рыцарей - вторым ударом, а еще трех сбросил с коней ударом меча, так что люди, сидящие вокруг на скамьях, разразились громкими возгласами: "Ну и ну! Это же надо, какие подвиги совершает на поле сей рыцарь!"
Джейн вздохнула от полноты чувств.