Чтобы окончательно замаскироваться, они вошли в кофейню «купить утреннюю порцию бодрости», и, пока Малфой стоял в очереди, Гермиона отправилась в уборную и выскользнула оттуда уже полминуты спустя. Когда она коснулась запястья Драко, тот сначала раздраженно отдернул руку, но, услышав тихий шепот «Это я», успокоился. Ему пришлось изобразить недовольство слишком медленно движущейся очередью, чтобы уход не выглядел подозрительным. Обычную мантию он накинул по дороге ко входу в Министерство, но за те несколько секунд, пока Грейнджер не касалась его, сердце успело сделать несколько кульбитов: он все еще панически боялся, что она, невидимая, исчезнет и оставит его в одиночестве.
В одной руке Малфой нес портфель, другая свободно висела вдоль тела, и Гермиона крепко держала ее. Несколько раз, когда ему казалось, что между ними вот-вот попытается проскользнуть
какой-то волшебник, он инстинктивно сжимал пальцы. Спустившись по лестнице в помещение, обозначенное буквой «М», девушка встала перед Драко, и ей пришлось максимально вжаться в его тело, чтобы не быть обнаруженной. Она могла поклясться, что даже через мантию спиной ощущает, как быстро колотится его сердце. А Малфой с удивлением заметил, что так чувствует себя лучше. Не спокойнее, просто лучше счастливее? Особенно активно «счастье» начало распространяться в область паха, когда он понял, что уже больше месяца не был с женщиной, а тело Грейнджер, вжатое в его собственное, было такое мягкое, горячее
Ему пришлось отвлечься от очень несвоевременной сексуальной фантазии, когда Гермиона слишком громко ахнула-вздохнула и начала крутить головой. Драко тоже повернулся в ту сторону, куда смотрела девушка: на рослого мужчину с бородой.
Гарри, тихо вздохнула она, и Драко мог поклясться, что слышал всхлип.
Он быстро отвернулся, боясь, что Поттер узнает его, но тот был слишком занят, чтобы не раскрыть себя. Малфой торопливо достал монету и сунул ее в прорезь на двери. Закрывшись в кабинке, оба почувствовали себя увереннее. Забравшись в унитаз (Драко поверить не мог, что действительно делает это), он подал руки невидимой Грейнджер. Влезая, она крепко взялась за них, чтобы скрыть уже собственную дрожь. Хорошо, что Малфой не видел, как увлажнились ее глаза при виде Гарри. Снова не в своем облике, но он был там, живой Как же ей хотелось хоть на секундочку посмотреть на друга, настоящего, бесстрашного безумие
Ну? покрепче обхватив Грейнджер вокруг талии (раз уж никто не видит то можно, а на выходе он обязательно разорвет это вынужденное объятие), Драко надеялся, что смотрит ей в глаза.
По счастливой случайности ему действительно удалось найти их, и Гермиона поймала себя на мысли о странности такого взгляда со стороны Драко Малфоя: обеспокоенного, испуганного и напряженного.
Поехали, краснея (слава дезиллюминационному заклинанию за невидимость!), чуть хрипло пробормотала она, положив одну руку на его плечо, а другой дернув за цепочку.
Глава 6. Все виды магии
Как рука? прошептала Гермиона, заметив, как побледнело лицо Малфоя.
Он лишь покачал головой, сжав губы.
Они торопливо прошли к лифту, чтобы спуститься сразу к залам заседания. Драко изо всех сил поминутно зевал, чтобы была причина прикрывать рот и тем самым хотя бы наполовину скрывать лицо. Впрочем, по мнению Гермионы, он так привлекал куда больше внимания, потому что она бы точно не узнала его с отросшими чуть ли не до подбородка волосами и щетиной, почти превратившейся в бороду. В лифте девушка шмыгнула в самый уголок, и Малфой закрыл ее собой. Он все еще прикрывал рот одной рукой, но другая, в которой он держал портфель, ощутимо дрожала. Гермиона сама нервничала, но она-то была более привычная. В порыве хоть как-то его успокоить она прижалась к его спине и нежно погладила тыльную сторону ладони. Драко вздрогнул и выронил портфель, так что Гермиона едва успела его поймать. Малфой судорожно схватился за ручку портфеля, пока никто не заметил, накрыв своей ладонью руку девушки. Ей было немного неудобно, но высвободиться она не пыталась: Драко начал дышать спокойнее, как только возник этот неловкий физический контакт.
В самый низ к залам заседаний никто не ехал, но Гермиона решилась снять дезиллюминационное заклинание, только когда они добрались до уборной. Драко, хоть все это время чувствовал ее руку, вид ее во плоти снял непонятный груз с души. Заглушив их для посторонних, девушка заговорила:
Ну, все. Теперь мы идем к залам. Там будут дементоры, так что подготовься.
Как готовиться к встрече с дементорами, Гермиона и сама не знала. Пожалуй, вызов Патронуса был единственным заклинанием, которое давалось ей с трудом. Она годами пыталась практиковать его, но, казалось, не могла найти ни одного достаточно сильного воспоминания.
День победы над Волан-де-Мортом? Нет, она в тот день много плакала, и это были отнюдь не слезы радости.
День, когда она смогла вернуть родителей? Да, но тогда она испытала разочарование. Она была рада вновь увидеть их, рада сказать, что все кончено, что теперь все будет хорошо. Они улыбнулись, но не могли оценить весь масштаб события. Они не могли пойти с ней в ее мир.