Вы сами, Аркадий Викентьевич, вошли в него, сами захлопнули себя.
Ты кому западню устроил? Я тебе не мамонт, а начальник.
Я и не говорю, Аркадий Викентьевич, что вы мамонт. Мне это даже невыгодно: мамонт бы весь шкаф развалил.
Вынуждаешь отмечать Новый год в мебели, закусывать коньяк макаронами? Травишь, как паршивую моль. Полированный кусок дерева тебе дороже ответственного работника!
Так двести рублей, Аркадий Викентьевич. Если взло/дать, пропадет вещь.
Больше потеряешь. Лишу прогрессивки на весь наступивший год. За подрыв моего авторитета.
Полированный ведь шкаф-то, Аркадий Викентьевич, простонал я и пошел за топором.
ЭСКАЛАЦИЯ ЛЮБВИ
Иному молодому человеку влюбиться раз плюнуть. Одни делают это ежемесячно, другие еженедельно.
Кое-кто набрасывает примерный план действий на короткий отрезок времени: «В субботу полюбить соседку по этажу К., предварительно разлюбив в пятницу 3. На случай, если К. отпадет, оставить в резерве Н. (с короткой стрижкой)».
Или с большей перспективой: «Завтра обратить внимание на кассиршу мясного магазина; следующая неделя водитель троллейбуса 22 (попросить книжечку, случайно обронить в кабине сорок копеечных монет, собирать их до конечной остановки); в доме отдыха признаться в любви трем (предпочтительнее из разных городов). Итого пять».
Не имеющие плана импровизируют, влюбляются по обстановке. Неравнодушие к объектам любви они выказывают и на эскалаторе метро и в очереди за картошкой.
Кончается эскалатор начинается эскалация любви. Кончается очередь завязывается внеочередное знакомство.
Я тоже решил полюбить. Все равно кого не в этом корень. Но долго не знал, с чего начать. Опытом большим не обладал: любил один раз в жизни, да и то лет пять назад.
Стихи писал: «Ты стояла у окна, семечки лузгала, и летела кожура на мое забрало». Рыцарем себя мнил. Оттого и приплел забрало.
А вышла она за другого. Он, как выяснилось, помогал ей луз-, гать семечки.
Любовь поросла кактусами. Теперь у меня все подоконники заставлены кактусами. Уколюсь и провожу параллель с женщинами такие же они каверзные. Кактусными иголками влезают в душу. Незаметно и больно.
И вдруг потянуло еще уколоться. Обидно сделалось такая внешность пропадает! И от других отставать не хотелось. Другие то и дело влюбляются. А я? Хной, что ли, покрашен?
Сосредоточился на Гале Зайцевой, молодом, привлекательном специалисте. Попробовал влюбиться в Галю с первого взгляда. Бросил на нее около полусотни первых взглядов, но любовь так и не зародилась.
На седьмой сотне я уже знал Галю наизусть. Но продолжал изучать ее черты в фас, профиль и в комплексе. Пытаясь пробудить в себе чувство. Никакого эффекта! Хоть тресни! В груди метет пурга. И зевается. Словно передо мной не первая красавица отдела, а птеродактиль.
Испугался я за себя. Размышляю: «Где же он, душевный трепет? Куда запропастился? Не израсходовал ли я его пять лет назад целиком? Настолько, что в настоящее время нечем трепетать? Быть того не может!»
Заставил себя подойти к Зайцевой после работы.
У меня загвоздка, Зайцева, сказал я ей, пытаясь побороть равнодушие в голосе. Тут влюбился я в тебя. Чуть ли не до беспамятства. Аппетит пропал. Таю на глазах. Вчера четыре кило потерял. Не поможешь ли выбраться из тупика? Пока я не умер голодной смертью.
Надо же, сюрприз-то какой! не моргнув, восхитилась Галя и притянула мою голову для поцелуя. И я тебя часа два назад полюбила. Пламенно и нежно.
Как все удачно совпало! сказал я, тайком зевая в ладонь. Даже аппетит разыгрался. Пойдем поужинаем в кафе.
Столик удалось выклянчить отдельный. Руки наши сплелись. Галя проникновенно смотрела в мои глаза. Я смотрел в меню.
Любишь? спросила она.
Обожаю! фальшивым дискантом выкрикнул я.
И написал ей на салфетке: «Ты стояла у окна, штору поправляла, и увидел я тебя, приоткрыв забрало».
Милый! шепнула она.
Любовь не вырисовывалась. Забрало было опущено. Душа моя спала, и, когда мы выпили кофе, Галя почувствовала это.
Не любишь? спокойно спросила она.
Я пытался, сказал я. Заставлял себя. Убеждал. Не получается.
Не огорчайся, успокоила она. Я разлюбила тебя десять минут назад.
Серьезно? обрадовался я. Как хорошо-то! Прямо гора с плеч!
Скучно любить, не любя
ДУША НЕ ЗААСФАЛЬТИРОВАНА
Снится мне как-то дурацкий сон: будто копчусь я на пляже Крымского побережья. И некий дворник пытается отковырнуть меня или соскрести, словно снег, я уж точно не помню. Елозит, то есть, под спиной скребком, издавая им резкие звуки.
Конечно, я не стал терпеть этого издевательства, плюнул и проснулся. Смотрю: подо мной уже не побережье, а полутораспальный диван-кровать.
Очень, думаю, хорошо, что я снова дома, а то завтра на работу рано вставать. Кстати, который сейчас час? Глянул на часы пяти нет! Два часа еще дрыхнуть. Только нырнул в постель, слышу, опять дворник скребком водит. Но уже не в сновидении, а наяву за окном. Снег с асфальта соскребывает и одновременно скребет по душе. А душа, как известно, не заасфальтирована.
Залез я в шлепанцы и, высунув голову в форточку, вежливо сказал:
Доброе утро! Пять минут назад мне пришлось вернуться с юга. Если бы вы, гражданочка,