Обращает на себя внимание и свободная манера трактовать человеческие фигуры, которая стала органичной частью всех направлений авангардистской живописи: от неопримитива до сюрреализма. Произведение написано по принципу «организованного хаоса», глаз зрителя выхватывает некоторые фрагменты, «цепляется» за узнаваемые фигуры, сложная палитра обогащает впечатления. Каждый цвет, по мнению Кандинского, имел собственную ассоциативную энергетику. Здесь преобладают голубые и красные оттенки с небольшими вкраплениями желтого. Как уже говорилось, абстрактные свойства цвета стали важной темой для раздумий и практики живописца. «Глаз больше и сильнее привлекается светлыми красками, а еще сильнее и больше более светлыми и теплыми тонами: киноварь притягивает и манит нас, как огонь, на который человек всегда готов жадно смотреть. От яркого лимонно-желтого глазу через некоторое время больно, как уху от высокого звука трубы. Глаз становится беспокойным, не выдерживает долго вида этого цвета и ищет углубления и покоя в синем или зеленом. При более высоком развитии это элементарное действие переходит в более глубокое впечатление, сильно действующее на душу».
Примитив был созвучен мастерам XX века, можно вспомнить Поля Гогена, Анри Матисса, Пабло Пикассо. Наивный и оттого, как считалось, высокодуховный взгляд на мир привлекал европейских авторов, уставших от регламентирующих законов академической живописи. Кандинский один из пропагандистов народных и фольклорных мотивов в творчестве. Он писал, обосновывая отказ от реализма и развитие абстрактных и обобщенных форм: «Эти чистые художники так же, как и мы, стремились передавать в своих произведениях только внутренне-существенное, причем сам собою произошел отказ от внешней случайности».
В данной работе Кандинский свободно комбинирует фигуративные и абстрактные элементы. Фигура женщины немастштабна, она больше городских зданий и написана как видение, исполин. Использована гипербола прием фантастического преувеличения. Ведь, скорее всего, это торговка, городская мещанка. Фантастичность видна во всем: у дамы нет левой руки, но также нет никаких указаний на то, почему она ее лишилась. В конце XIX первом десятилетии XX века в литературе, поэзии и живописи расцветают городские темы. Художники создают сцены из жизни больших городов, в которых, как правило, звучат нотки смятения, хаоса, подчас пугающей пестроты мегаполиса.
Габриэль Мюнтер и Алексей Явленский
«Это было прекрасное, интересное, радостное время работы и частых бесед об искусстве, вспоминала много позже
Мюнтер. Мы все четверо искали, и каждый в отдельности развивался Бывали дни, когда я делала по пять этюдов». В 1909 группа художников-единомышленников находилась под воздействием постимпрессионизма и настойчивых поисков чего-то нового, свежего, современного. Ее кумирами были Винсент Ван Гог, Поль Гоген и Анри Матисс.
Данная работа периода становления Мюнтер написана под влиянием Матисса. Любители искусства узнают его манеру обобщенно трактовать плоскостные формы и обогащать их чистыми локальными красками. Произведение очень экспрессивно по колориту, а вся сцена виртуозно и свежо скомпонована. Выразительность строится на округлых линиях: покатая земля рифмуется с яркой полосой прячущегося в тяжелых облаках солнца, шляпа Веревкиной соотносится с горой на горизонте, а украшения на головном уборе с цветами на приветливой зеленой поляне. Художница предпочитала чистые, сочные цвета, неудивительно, что именно она первой начала рисовать по стеклу, приобщив к этому занятию всех коллег.
Интересна судьба Марианны Веревкиной, искусство которой только-только начинает привлекать внимание историков и широкой публики. Она была одной из любимых учениц Ильи Репина, однако покинула Россию, поселилась в Германии и перешла на позиции экспрессионизма. Художница писала богатые и сложные по колориту картины, во многих из которых чувствуется влияние символизма и мистики.
Эта работа исполнена в неопримитивистской манере, в которой отчетливо прослеживаются уроки Анри Матисса. Формы достаточно обобщены и обведены густой черной линией. Силуэт лаконичен, дробление объемов условно, такая манера рисунка отсылает к детскому, наивному взгляду на окружающий мир. Художница выбрала простой сюжет: мужчина сидит за столом, где все приготовлено к чаепитию. Ее задачей
не было передать точные портретные черты возлюбленного или воссоздать атмосферу интерьера, скорее, она стремилась запечатлеть своего рода памятный знак: ни с чем в точности не соотносящийся, ничего документально не изображающий, но важный для нее момент времени или период жизни. Композиция написана плоскостно, Мюнтер использует декоративные приемы, ограничивая сцену слева абстрактным черным изогнутым фрагментом. Он придает этой жанровой картине в интерьере особый характер условности, отвлеченности.