По щеке мягко прошлась тёплая, шершавая тряпочка, в висок влажно задышало. Маша очень осторожно повернула голову, едва не ткнувшись в кожистый нос. Над носом поблёскивали светло-голубые, точь-в-точь как у профиля, глаза.
Что же ты, а? промямлила Мария. Ты же собака.
А что он должен был за тобой в реку сигать? Сердито отозвались у неё над головой. Обоих бы утащила. Если б Арей шум не поднял, с русалками бы хоровод водила. Он тебя, считай, и спас.
Да?
Маша не слишком хорошо поняла, что там говорил сердитый голос. Она просто обняла пса за шею, запустив руки в гладкий, жестковатый мех, ужасно приятно пахнущий живым, и плотину снова прорвало, только теперь река текла из глаз.
***
Слезы кончились примерно так же, как начались, только наоборот: шлюз открыли, уровень воды спустили, ну и закрыли за ненадобностью. Только теперь глаза жгло, нос распирало, будто в него картошку сунули, и пить очень хотелось. И болела голова. Впрочем, горло и живот тоже болели. А ещё к мокрому лицу налипла шерсть и её было не меньше, чем на морде у йети.
Маша повозилась, отстраняясь от собаки, попыталась отряхнуть лицо, но на ладонях меха тоже хватало. Пёс глянул на неё искоса и свысока, мол: «Ну что, закончила?». Не оценил альфа-самец женских истерик и фанаберий. А, может, ему просто не понравилась промокшая шуба. Хотя такую попробуй промочи!
Замёрзла? спросил кто-то рядом.
Мария подалась назад, не без интереса рассматривая гасконский нос. Ну да, нос. То есть, её спаситель, который дельфин и утащил от глубины. Да! Саша, точно, его зовут так. Маша-Саша, всё ж понятно.
Почему она всё время забывает о его присутствии?
Спаситель, который Саша, сидящий рядом на корточках, свесив между колен большие узловатые руки, непонятно усмехнулся и мотнул головой. Волосы у него успели подсохнуть, посветлели и на концах загнулись колечками. А глаза остались прежними, ненормально светлыми, почти как у зверя.
Могу предложить только майку, сообщил спаситель, по-прежнему кривовато усмехаясь. Но она насквозь мокрая.
Спасибо, отозвалась вежливая Мария Архиповна и замолчала.
Вот тут интересно почему все прозрения приходят неожиданно для прозревающего? Марию осенило: она торчит рядом с незнакомым мужчиной практически голая! Нет, понятно, что в купальнике, но ни один даже самый правильный купальник не справится, если ты сидишь, скрючившись, да ещё подтянув ноги к груди.
Как не крутись, а все валики, бублики и складки всё равно вывалятся со всех сторон. И целлюлит с прочими «апельсиновыми корками». И грудь Нет, об этом лучше вообще не думать.
Отвернитесь, пожалуйста, проблеяла госпожа Мельге.
Зачем? удивился гасконский нос просто Маша очень старалась смотреть только на этот самый нос, а больше никуда.
Вам сложно?
Да мне не сложно, с досадой ответил спаситель. А ты что, опять в речку собралась? Топиться?
Никуда я не собралась!
Тогда зачем мне отворачиваться?
Вы что, не понимаете? воскликнула Мария со слезой в голосе. Вот именно что воскликнула и совершенно точно со слезой, даже руки заломила. Я стесняюсь!
Чего?
Мужчина совершенно по-собачьи нагнул голову к плечу, разглядывая Машу из-под волнистой пряди, упавшей поперёк глаз.
Я я полная, придушенным шепотом зачем-то призналась Мария Архиповна совершенно честно.
Спаситель ещё посидел, порассматривал, а потом кивнул, явно соглашаясь.
Что он там говорил про речку? Топиться? Кажется, сейчас самое время.
Маша запыхтела, пытаясь подняться. Получилось это плоховато, ноги не слушались, как будто они вовсе и не ей принадлежали, а от кого-то другого приставили, да и локти дрожали студнем.
Сядь, приказал мужчина, дёрнув её за руку, да ещё с такой силой, что Мария едва на спину не завалилась. Опять ведь скрутит.
Что вам от меня надо? хотела было возмутиться Маша, но вышло у неё жалобно. Что вы ко мне пристали?
Я не приставал, спокойно объяснил Саша, я слова подбирал. «Полная» не пойдёт, «круглая» тоже не катит, а то ещё чего нового сочинишь. Ты просто набитая. Набитая всякой хернёй дура.
Чего?
От удивления госпожа Мельге перестала вырываться и уселась обратно, на колкую, успевшую выгореть до соломы траву.
Того. Кто тебе сказал, что ты Спаситель крутанул башкой, фыркнув навроде своей собаки, толстая?
Да я сама знаю, зна-ю!
Откуда?
Да всё оттуда же! опять-таки непонятно с чего, наверное, всё с того же удивления, Мария с горячностью принялась доказывать свою правоту, загибая пальцы для убедительности. Вот смотри. Заходишь в приличный магазин, а там все наряды только до щедрого сорок четвёртого размера. Ну, если совсем повезет, до сорок шестого. У меня же пятидесятый, а то и пятьдесят второй. Знаешь, где такие продают? В салоне «Пышка»! И тренер мне сказал, что у меня колени рыхлые, а под ними отложения жира. А чтобы они не были рыхлыми, надо каждый день на этих их пыточных орудиях по полтора часа оттарабанить. А врач посоветовал усиленно налегать на шпинат и сделать липосакцию! То есть шпинат всё равно не поможет! Маша потрясла под гасконским носом пальцем. А ты говоришь.
Я молчу, напомнил Саша.
Вот и молчи.
Я только одно не понял. Ну, если тебя так волнуют колени, так вперёд вместе с тренером. Чего страдать-то?