Дар тем временем, потрепав вороного по крутой шее, придирчиво осмотрел его со всех сторон.
Это хорошо, что он у тебя не чистокровный скакун. Им в горах тяжело. Как его зовут?
Непокорный.
Оно и видно. Ишь, как косится. Что, скажи, лезут тут всякие чужаки, да? усмехнулся проводник. Ладно, ладно, не сердись, примирительно похлопав вороного, Дар повернулся к его хозяину. Добрый конь! А к седлу кое-что добавить надо.
Что? заинтересовался Кени-Арнен.
Пойдём, покажу.
Дар направился к имевшейся при гостинице конюшне. Там из аккуратно сложенных сёдел он выбрал одно, на котором кроме стремян и подпруги болталось ещё несколько ремней.
Вот. Это горное седло. Видишь, здесь нагрудник есть и шлея . Очень удобно, когда идти приходится то вверх, то вниз. Советую обзавестись такими штуками. На местном рынке рядом с конными рядами быстро найдёшь.
Кени-Арнен осмотрел дополнительное снаряжение и кивнул. В настоящих горах он ни разу не был, поэтому знающего человека склонен был послушать. Пусть даже этот знающий человек мимоходом назвал его Непокорного «коняшкой». Когда называл, он же его ещё не видел. Да и звучало оно, если по чести, не презрительно. Скорее, ласково.
Феррайн удивительно разношёрстная страна. И где это можно узреть со всей полнотой, как не на рынке? Каждая из трёх провинций Северная, Южная и Западная, будь она отдельной страной, испытывала бы недостаток либо в хлебе, либо в тканях, либо ещё в чём-нибудь. Но объединённые в одно большое государство, они процветали. Здесь, на сейданском рынке продавали мёд и деревянную утварь с Севера, лён и пеньку с Юга, кедровое масло и шерстяные ткани с Запада; глиняную посуду разных цветов изделия гончаров Севера, и Юга; топоры, плуги, иглы и прочий железный инструмент из кузниц горного Запада. Наступит осень, горцы привезут тонкое руно, а южане пшеницу нового урожая. Зимой придет черёд пушнины из северных лесов. И это лишь поистине необходимое. А помимо того сколько всякого добра разложили в лавках и на лотках купцы, зазывая честных покупателей! Пряники и баранки, кружева и вышивка, детские забавы, музыкальные инструменты, украшения. И не только свои купцы здесь торгуют, гостей полным-полно. С богатым государством отчего же дела не иметь? И местный торговый люд охотно
ездит в сопредельные страны. Крепкие низкорослые лошадки западной горной породы, например, славятся далеко за пределами Феррайна своей неприхотливостью и выносливостью. Конечно, по скорости и стати с благородными скакунами из Хорсена им не равняться так ведь и незачем. Вон они, хорсенцы, стоят в одном ряду с горными м-да, коняшками, лучше и не скажешь. И притом со всем уважением. Выбирай, наездник. Для чего лошадь нужна такую и бери. Тут рядом тебе и сбрую предложат, и седло. Опять же какое требуется.
Купив шлею и нагрудник из мягкой прочной кожи, Кени-Арнен отправился бродить по рынку в надежде отыскать ещё что-нибудь полезное в предстоящем путешествии или же просто любопытное. Пройдя ряды, где продавались мало его интересующие кружева, бисер, нитки для вышивания и прочие женские штучки, он наткнулся на лоток с книгами. Всевозможные «Описания», «Наставления» и «Толкования», безусловно, вещи ценные, и в другой момент Кени-Арнен наверняка бы задержался возле увесистых томов. Но куда ему сейчас книги? Поэтому он уже собрался пройти мимо, когда заметил на лотке карты. Тщательно прорисованные, отменного качества. Вот это интересно! А быть может, и полезно. Карты Кени-Арнен любил и вполне сносно в них разбирался. С достаточно подробной картой Феррайна он легко доберётся до Змеева Хребта и без проводника.
Что тебе приглянулось, любезный? голосу пожилого торговца лучше всего подходило определение «мудрый». Во всяком случае, в детстве Кени-Арнену казалось, что именно таким голосом разговаривают добрые старые волшебники.
Среди этих карт есть Феррайн?
Конечно. Вот.
Глянув на развёрнутую перед ним карту, Кени-Арнен возликовал. Леса, горы, реки, озёра, болота, города всё было здесь. А главное дороги. Они сходились и расходились, сплетались, разветвлялись, огибали какие-то неведомые преграды и вновь соединялись.
Скажи, почтенный, обратился Кени-Арнен к торговцу, сюда нанесено большинство дорог Феррайна?
Сказочный волшебник очень по-сказочному улыбнулся, и от уголков его ясных синих глаз разбежались лукавые морщинки. «Я знал, что ты это спросишь, говорила улыбка. Все спрашивают». Вслух торговец не промолвил ни слова, просто указал на нижний правый край листа. Там стояло имя составителя и приписка: «Указаны лишь главные дороги».
М-да. Если только главные дороги делают карту похожей во-он на ту кружевную салфетку Понятно, откуда в Феррайне люди, подобные Дару.
Дар Никак без него не обойтись. В этих-то узорах заплутать можно, а ведь Кени-Арнену не от города до города добираться. И всё бы ничего, да только слишком этот Дар молодой, что ли. Нет, мастерству проводника без сомнений можно доверять, но было бы гораздо легче, окажись он, к примеру, бывалым воином, сдержанным и молчаливым. Как раз с одним таким Кени-Арнен и пришел сюда, в Сейдáн. За три дня они разве что парой слов и перекинулись. С вёселым и любопытным ровесником так не выйдет. А жаль.