Шрифт
Фон
ГавриилЛюциферЛюциферГавриилЛюциферГавриилЛюциферГавриилВельзевулЛюциферВельзевулЛюциферВельзевулЛюциферАполлион
Что можно знать тебе то знай из книги Бога.
Во многознании не слишком пользы много,
Господь решает сам, кому что ведать след.
Слепит и Ангелов сверх меры сильный свет.
Премудрость высшая открыта лишь частично,
Сокрыта в остальном. Покорствовать прилично
490 Законам таковым, без пеней на судьбу,
Боголюбивому и верному рабу.
Разумно ждать тому, кто склонен Божьей воде,
На Божием пиру наследствующей доли;
Господь, представший нам как Человек и Бог,
Всемерно милостив и беспощадно строг.
Свой скипетр вознесет над мраком и над светом.
Ты смысл еще узришь во предречены! этом,
А дыне будь смирен, покорствуй и внемли.
Так значит все-таки ничтожный червь земли
500 Первонасельнику Небес владыкой станет?
Закон диктуя свой, неужто он воспрянет
Превыше Господа?
Гавриил
Тебе от Бога дан
Наиверховнейший для Духов Неба сан;
По надо всеми ты превознесен столь круто
Не для того, чтоб стад завидовать кому-то.
Безжалостно падут корона и глада
Того, восстанет кто на волю Божества.
Сам светозарен ты по Божью лишь закону.
Лишь перед Богом я склонял поднесь корону.
510 Корону преклони тогда на этот раз
Пред волею Того. Кто дал нам сей приказ,
Ему, Кто зиждит мир, мы только услужаем.
Зрить можно ль, как Творец твореньем унижаем,
Как место Господа спешит занять Адам,
Как воскуряется пришельцу фимиам
И гром ему звучит согласного хорала;
Денница блеск пред ним алмазный утеряла,
Великолепная погашена звезда,
И радость от Небес отъята навсегда.
520 Блаженство состоит в покое совокупно
С тем, чтоб Господа величать неотступно.
Величью Господа содеется урон.
Когда с Адамом он сольет Себя, и трон
С ним разделит когда. Но, сущие во свете,
Мы ближе к Господу, его родные дети,
К тому же первенцы. О, как в уме сомкну
Непостижимости сии во стать одну,
Как бесконечное объединить с конечным?
Бесссилье с силою? Зрю, как в движенье вечном
530 Светило горнее скитается во мгле,
Из дыма черного не светит ни Земле,
Ни Небесам; сиять вовек не станет боле;
Сам род людской и тот не взвидит лучшей доли.
Блеск солнца потускнел, бледнеет небосвод,
Планеты мечутся и во звездах разброд,
Миродержавие склоняется в упадок,
Первоначальный свет повергся в беспорядок,
В болото и во гроб. Прости, о Гавриил;
Наперекор тому, что ты провозвестил,
540 Здесь нечто речено, но лишь о свете истин,
О чести Господа ревную, бескорыстен
Во рвении благом, ведь, может быть, пусты
Мои сомнения?
Ревнуешь мощно ты
О чем лишь самому Творцу радеть пристало;
О Божьих помыслах, прикинь, сколь ведать мало
Возможно Ангелам, сей грозной тайны темь
Господь отверзнет Сам, сорвав печатей семь,
Сойдет в людскую плоть. Постигни: ты не можешь
Сей раскусить орех лишь скорлупу обгложешь.
550 Когда настанет срок, запомни, без помех
Его деяний смысл откроется для всех
Наисвященнейший. Что Божия десница
Дарует перед тем и надлежит склониться
Во благодарствии, и все сомненья прочь
Немедля отогнать, как днем гонима ночь.
Господню мудрость наш осваивает разум
Многоступенную ее не должно разом
Пытаться превзойти: кто ей бы ни внимал,
Ничтожен перед ней и бесконечно мал.
560 Наместник, примирись, в смирении порука.
Я далее спешу.
Люцифер
Ну что же, впредь наука.
Вельзевул, Люцифер.
Наместник, ясен ли эдикт Небес тебе,
Признателен ли ты Архангела трубе,
Прорекшей лишний раз, что Бог в исконном праве,
И крылья обломать решил твоей державе?
Нисколько ясности не внес его ответ.
Потребно действовать в мечтаньях нужды нет.
Он вдребезги разбить решил твою корону.
Клянусь короною, я с места дело строну,
570 Над всеми сферами, над звездами вздыму
Свой трон столь высоко, сколь следует ему.
Небес Небесных крепь, мне двери распечатай
И стань моим дворцом; стань кровлей, свод звездчатый,
Престолом радуга; убогий шар земной
Подстилкой под ноги; из облак взята мной
Повозка будет пусть по воздуху несома
Во блеснах молнии, во грохотанье грома;
Архивоителей низвергнет сей полет;
Коль все же мы падем небес хрустальный свод
580 Со всеми арками, со всем лазурным полем,
Насколь ни прочен он на иверни расколем;
Земля явит собой издробленный скелет,
Вернутся к хаосу и тьма, и белый свет:
Грядущее для нас, и да наступит эра
Самодержавия владыки Люцифера!
Где мой Аполлион?
Он будет сей же час.
Аполлион
Наместник, трепеща, жду твой услышать глас:
Провидец, коему вен власть дана Господня,
И я служу кому, почта пришла сегодня
590 Нужда Правителю в послушливом рабе?
Нам хочется узнать, не кажется ль тебе,
Что слишком тяжело эдиктов новых иго?
Архангел Михаил взведен в архистратига
И должен возглавлять небесные войска,
Однако власть его не слишком велика.
Столь много Божьих слов нанесено от века
На вечный диамант: вот, ныне, человека
Неведомо зачем возводят в Божий град,
Сей, глянув под ноги, богатырей навряд
600 Во Божьем воинстве узрит скорей пигмеев.
Противостать сему позорищу затеяв,
Мню, должно в бой идти иль сгинут со стыда
Мой царственный престол, корона и звезда,
Затея оная, заведомо благая,
Короне во хвалу. Я, честью полагая
Быть призваным в совет, считаю данный путь
Единственным из всех уместных сколь-нибудь.
Похвален шаг пускай в успехе нет гарантий.
Но, если в бой идти при такте и таланте
610 Дипломатическом, всего важней для нас
Решить, как обойти божественный указ.
Шрифт
Фон