Шрифт
Фон
ЛюциферЛюциферистыЛюциферЛюциферистыЛюциферЛюциферистыЛюциферЛюциферистыЛюциферЛюциферистыВельзевулЛюциферВельзевулЛюциферВельзевулЛюциферистыВельзевулЛюциферистыМихаилГавриил
Сыны, присяга чья испытана не раз,
Что повелел Господь то благостно для нас.
Иного права нет, все Господу подсудно,
Ваш созерцать раздор мне, верьте, многотрудно.
Сей скипетр, коим я вершу над вами власть,
Кто, как не Сам Господь мне дал в десную пясть,
Тем самым положив, что нас в любимцы прочит.
Когда ж Адама он вознесть всех выше хочет,
1220 Первоначальный план тем самым измени,
Затмив не только вас, но также и меня,
Как можем возражать хотя малейшим жестом?
Кто восколеблется? Кто выступит с протестом?
Какую помощь вам, скажите, я подам,
Коль выше Ангелов теперь взнесен Адам,
А Духи лишены природы благородной?
Лишь можно пребывать во ярости бесплодной,
Проклятья посылать позорному ярму.
Но в ненависть впадать не должно никому,
1230 Чтоб в Небе не кипеть богопротивным битвам,
Надеюсь, ненависть Господь сию простит вам.
Воспрянь, о Люцифер, с секирой боевой.
В защиту прав святых повстанцам стань главой,
И первым ринься в бой мы выступим по следу:
Мы или пасть хотим, иль обрести победу.
Присяге выступать позорно вперокор.
Над Господом Адам: иль это не позор?
О чести Божией радеть во Божьей воле.
Мы о твоем радеть хотели бы престоле,
1240 Чтоб, восторжествовав, ты твердо произрек:
Да не возносится над Духом человек!
Архангел Михаил, воитель сноровистый,
Уже готовит рать, пред ней попробуй выстой.
Ужасно бранный строй лицом к лицу узреть.
Ты зришь перед собой небесных ратей треть,
Мы только ждем, что нас возглавить соизволишь.
Мы возвратим права утратим же всего лишь
Благополучие.
Дерзание и честь,
Обида и порыв, отчаянье и месть
1250 Другого нет пути, но сей благой и спорый,
Коль скоро станешь ты главою и опорой.
Пред нами воссиял борьбы священный свет.
Оружьем утвердим все, что решил совет.
Нетвердых укрепим, концы умело спрятав.
Тем больше пользы нам, чем более дебатов.
На силу силой наш ответит ратный строй.
Теперь займи свой трон, о доблестный герой,
Чтоб воинство тебе на верность присягнуло.
В свидетели зову я князя Вельзевула,
1260 Признай, князь Велиал, признай, Аполлион,
Что против воли я к сей роли принужден,
Чтоб Небеса спасти от торжества порока.
Штандарт с Денницею взнесем пред Божье око:
На должный присягнем хоругви сей манер.
Равно клянемся вам, Господь и Люцифер .
Зажгите же теперь сосуды фимиама
Пред Люцифером, вы, кто не ушли из храма,
Сверканьем факелов мы почесть воздадим
Тому, кто должен стать вовек непобедим,
1270 Неоспоримым быть владыкою над миром.
Теперь черед звучать фанфарам и стихирам:
Возвышенный псалом
Герою пропоем.
Встаньте, все ряды люциферистов,
К полку полк.
Каждый пусть блюдет, в бою неистов,
Ратный долг:
Посредством боевого мастерства
Да отстоим свои права.
1280 Божье войско пусть выходит строем
Не беда.
Для Адама дверь Небес закроем
Навсегда.
Нас ожидают ратные труды
Во славу Утренней Звезды.
Озаряет нашу цель Денница
Сила, власть.
Михаилу суждено склониться,
В бездну пасть,
1290 Чтоб фимиамом наслаждаться мог
Наш Люцифер, великий Бог!
В защиту прав святых... Демонстративное кощунство люциферистов. См. об этом подробнее в статье Н. И. Балашова, наст. изд., с. 419.
Равно клянемся вам, Господь и Люцифер. То же в ст. 1450 клятва, которую произносят отпавшие Ангелы и которую они повторяют в IV действии ("чтоб ни один не смел отречься маловер"), по всей вероятности, заимствована из апокрифической "Книги Еноха" (VI, 1-6): "И Шемихазай, вождь их, сказал: "Боюсь, что вы не посмеете этого сделать, и я один буду повинен в великом грехе". И сказали Ангелы: "Поклянемся великой клятвой, что сделаем то и не отступим"". Правда, в "Книге Еноха" Ангелы собираются не воевать с Богом, а всего лишь сойти с Небес и "познать" земных дочерей; см. примеч. 38 к ст. 454 "Ноя", где Вондел от этого апокрифа отмежевывается.
Хор Ангелов.
Песнь:
О, для чего так злобно
Разросся грозный ков:
И тысячи полков
Войною межусобной
Повергнуты во тьму;
К чему мечи подъемлют,
И долгу своему
Они зачем не внемлют?
1300 Какой они успех
Снискать мечтают бранью?
И знают ли, что всех
Присудит Бог к изгнанью?
Безжалостно жесток
К сим отщепенцам рок.
Увы! Зачем в расколе
Решать подобный спор?
К чему они раздор
Чинят по доброй воле?
1310 Чему идут вразрез,
Остря для боя жало?
Роскошество Небес
Для них чрезмерно стало:
Неужто не дано
Войти потоку в русло?
Не завистью ль хмельно
Сего разброда сусло?
О верные сыны.
Как избежим войны?
1320 Если пламя не потушит
Беспощадная рука,
В мире все наверняка
Властолюбие порушит .
Сгинут, пламенем горя,
Небо, земли и моря.
Бич властолюбивой страсти
Прочит гибель для всего.
Неизвестны жажде власти
Ни законы, ни родство.
ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
Гавриил
1330 Весь небо свод огнем безжалостным объят,
Изменой и войной. Я, Господа легат,
В сей грозный час тебе повелеваю внятно:
Железом и огнем сотри позорны пятна
И славы Божией яви апофеоз:
Князь Люцифер восстал и свой штандарт вознес.
Ужели изменил он долгу и законам?
Треть воинства Небес ушла к его знаменам.
Сейчас изменник сей ярит в себе кураж:
Он обоняет дым из фимиамных чаш,
1340 Бряцает в честь его безбожная музыка,
Его сообщники разнузданно и дико
Пытаются взломать ворота в арсенал
И в них тараном бьют. Неистовствует шквал,
Дрожа, колеблются небесны окоемы,
Безумствует гроза. То молнии, то громы
Клокочут яростью, что всюду верх взяла,
И серафимская немотствует хвала.
Во мгле, низлившейся на Божий просторы,
То ляжет тишина, то вдруг восплачут хоры,
1350 Во сострадании моля смиренно за
Собратий, мраком чьи заволоклись глаза,
В безумстве кто отпал от Ангельского рода.
Так обнажи свой меч, Господень воевода,
На грани молнии принесена тобой
Присяга Господу. Гряди!
Шрифт
Фон