Далекие исторические эпохи не случайно называют детством человечества. Постоянная борьба людей с враждебными силами природы, борьба не на жизнь, а на смерть очень долго велась с перевесом отнюдь не в пользу человека. В силу этого ранние представления об окружающем мире у всех без исключения народов (ведь условия были примерно одинаковыми) складывались по весьма простому шаблону. Раз окружающий мир диктует человеку свои условия, значит, он не пассивен, не бездеятелен, не мертв, ибо мертвое не сопротивляется и не борется. Он партнер и соперник человека, подобно человеку, он наделен разумом, чувствами и целенаправленной волей. Именно в этом марксистская наука видит главную (но в то же время не единственную) предпосылку возникновения религиозных верований.
Отвергая мертвую природу, первобытное сознание приписывало ей всепроникающую одушевленность. Одушевленным мыслился весь окружающий мир. Такая особенность архаичного мировоззрения получила в науке название анимизма (от лат. «анима» «душа»). На определенной стадии развития через него прошли все без исключения религии, а многочисленные следы анимистического мировосприятия и по сей день сохранились в нашей культуре, языке, искусстве. Другой стороной анимизма является фетишизм, вера в то, что божество или дух обитают в том или ином предмете, превращающемся, таким образом, из куска безжизненной материи в плоть живого бога. Для поддержания нормальных отношений с духами существовали многочисленные магические обряды и разнообразные жертвоприношения. С точки зрения древних, только благодаря этому земля давала пропитание, дерево позволяло срубить себя, а огонь не испепелял в гневе новый дом. Такой взгляд на окружающий мир составлял сердцевину религиозного сознания и в разной степени определял мировоззрение ранних культур.
Вселенная человек
Огромной популярностью названные воззрения пользовались у древних индийцев, многочисленные свидетельства чему мы обнаруживаем уже в священных книгах древней Индии ведах. В самой
главной из них «Ригведе» содержится широко известный «Гимн Пуруше», где повествуется о том, как некогда боги рассекли на части и принесли в жертву гигантского космического первочеловека по имени Пуруша. Тело этого мифического великана в результате жертвоприношения породило все сущее, образовав собой вселенную. Из разума Пуруши появился месяц, из глаза Солнце, изо рта огонь, из дыхания ветер. Из его пупа произошел воздух, голова образовала собой небо, уши превратились в страны света, а ноги стали землей. Пуруша породил из себя не только естественный, но и социальный порядок, из разных частей его тела появились представители различных каст застывших сословий, отделенных друг от друга непроходимой границей: из уст Пуруши появились брахманы жрецы, его руки превратились в кшатриев воинов, из бедер возникли вайшьи земледельцы, и, наконец, из ног родились шудры самое низшее и угнетенное сословие Древней Индии. Подобный параллелизм весьма примечателен: социальная иерархия повторяет космическую, то есть общество рассматривается по своему устройству аналогичным вселенной.
В более поздних индийских источниках вместо мифического Пуруши фигурируют уже философские понятия, такие, как Атман, Брахман, Прана, представляющие собой отвлеченные категории, но сохраняющие вместе с тем архаичную религиозно-мифологическую подоснову. Так, например, в одном из сочинений говорится о том, что голова Атмана это небо, глаз Солнце, дыхание ветер, тело пространство, мочевой пузырь вода, ноги земля. Позднее картина усложняется: небеса и земля описываются содержащими по семь слоев, каждый из которых соотносится (снизу вверх) со ступнями, лодыжками, голенями, ногами ниже колен, коленями, бедрами, пупом, животом, грудью, ртом, бровью, лбом, надлобьем, черепом. В более поздней, джайнской космологии вселенная также уподобляется человеку, верхняя часть тела соответствует небу, область бедер земле, ниже преисподней.
С древнеиндийскими представлениями напрямую перекликается иранский миф. Один из средневековых текстов повествует о том, как вселенная была сотворена из тела Ормузда верховного божества иранской религии. В зороастрийской литературе можно найти и мотив расчленения первосущества, близкий индийскому и заключающий в себе глубокий смысл.
Аналогичные воззрения можно обнаружить и у древних греков. В одном из орфических гимнов говорится о всепорождающем и все содержащем в себе Зевсе: «Одна сила, один дух, могучая основа мира и одно божественное тело, в котором все круговращается: огонь и вода, земля и эфир, ночная тьма и дневной свет Его голова и прекрасное лицо его это блестящее небо, и кругом как бы золотые локоны глаза это Солнце и противостоящая Луна. Истый царственный дух есть негибнущий эфир Столь же блестяще у него туловище, неизмеримое, несокрушимое, крепкое, с сильными членами, гигантское; плечи бога и грудь его, и широкая спина это далеко простирающийся воздух Подошвы его ног корень земли, мрачный тартар и крайние пределы преисподней. В себе сокрыл он все, чтобы снова на свет многорадостный все извести из лона, являя чудо за чудом».