Чтой-то вы говорите?! быстрым шепотом начала она, как вы сказали, я так и сделала: выждала, пока Васютина занялась с покупателями, и сунула в шкафик МарьМаксимны
эту вот благостыню
И наивная старуха сухоньким пальчиком указала сверток, несомый контролером на вытянутых руках впереди себя на расстоянии 60 сантиметров.
Так разве ж тебя о том просили?! зарычал директор, воровато оглянувшись на контролера.
А об чем же? Слава те, господи, не первый раз МарьМаксимну выручаем: то то ей подкинешь в шкафок, то другое А этой новенькой, Зинке то есть, так разве ж ей всучишь что?.. Она ж и так и вас, и МарьМаксимну, и того же товарища Прохорчука срамит, где только может
И столько убежденности в собственной правоте было в глазах старухи, в выражении ее остренькой физиономии и даже в энергичной складке сжатого ротика, что директор только рукой махнул. К тому же он услышал голос контролера:
Товарищ заведующий, давайте уж сперва напишем акт, а сотрудников инструктировать насчет этого дела будете потом!
Через сорок минут Марья Максимовна, выходя с заплаканным лицом из знакомого нам чуланокабинета, повторяла между бесконечными сморканиями:
Погубила меня, проклятая старушонка! Без ножа зарезала! Убила и голову оторвала!
А в другом конце магазина «проклятая старушонка» горячо оправдывалась перед обступившими ее продавцами:
А я что? Я ведь, как всегда: что мне даст МарьМаксимна, несу ей в шкафчик. Что Иван Евдокимович сунет в его несгораемый тащу прямо же в кабинет Как меня приучили, так я и сделала
И тут «бузотерка» Васютина веселым голосом отозвалась:
Правильно, тетя Варя! Ты так и начальству расскажи! Твоя привычка очень важное имеет значение! Именно тем, что она привычка!..
НЕИЗБЕЖНОЕ
«Гражданка Копылова неизвестно на какие средства два года подряд ездит в Сочи. И ежедневно она обедает из трех блюд. А в четверг варила даже четыре блюда, а именно: борщ, антрекот, пудинг плюс компот, который она замаскировала, как якобы подливку к пудингу»«рекомендую обратить внимание на семейство Перепелушкиных, где процветает разгул в форме ежесубботнего преферанса. А кончают сплошь и рядом глубокой ночью, заставляя соседей просыпаться и выходить на босу ногу в подъезд, чтобы посмотреть, кто уходит, с опаской простудиться. Лично я, например, получил исключительно через этих Перепелушкиных один грипп и четыре насморка»
Ого! Уже четыре с четвертью!.. Пора и на покой. Славно я потрудился!..
Положив ручку на стол и спрятав бумаги под замок в ящик комода, усердный сочинитель неторопливо разделся и лег на узкую койку, откинув предварительно старенькое
солдатское одеяло. Он некоторое время еще поворочался, прилаживая голову к плоской подушке, затем глаза его прищурились и часто замигали. А минуты через три веки сомкнулись, мигание кончилось и из отверстого рта вырвался заливчатый храп
В семь часов, когда в комнате затрещал будильник, хозяин комнаты и будильника досматривал интересный сон. Снилось Димитрию Петровичу, будто бы он поймал на место преступления покойного своего учителя по математике Александра Порфирьевича в тот самый момент поймал, когда математик тайком подчищал в классном журнале третьего класса Пензенской мужской прогимназии пятерку по алгебре, честно заработанную самим Захарчуком, превращая ее в двойку. И будто бы, ощутив на своем запястье крепкое пожатие Захарчука, учитель вздрогнул, заплакал и стал молить своего ученика не давать делу о подчистке отметки законного хода. А он, Захарчук, будто бы улыбнулся снисходительно и иронически и только собрался было сурово отказать преступнику, как почувствовал, что просыпается: стал слышен звон часов. Захарчук повернулся на другой бок, но скоро ощутил, что сна больше не будет. Напрасно только он напрягает закрытые веки, чтобы не пустить в глаза ясный утренний свет
Димитрий Петрович вздохнул, откинул одеяло и, сев на кровати, натужным движением спустил на пол ноги. Из коридора и соседних комнат доносились уже разнообразные звуки: квартира проснулась и жила своей сложной жизнью. Димитрий Петрович прислушался, желая уловить какие-нибудь предосудительные шумы, недозволенные обязательными постановлениями. Но таковых не было. Звуки показывали, что соседи Захарчука готовились к трудовому дню и только.
Одевшись наполовину, Димитрий Петрович вышел в коридор с полотенцем и мылом в руках. Когда он появился у дверей своей комнаты, кое-кто из соседей был замечен на пути в ванную. Но тотчас же все исчезли. Это отчасти рассердило Димитрия Петровича, а отчасти пришлось ему по сердцу. «Боятся, черти, со мной затевать ссоры то-то!» подумал Захарчук. И в тот же миг увидел пятилетнего мальчугана, который с любопытством поднял голову, чтобы рассмотреть сердитого дядю. На всякий случай Захарчук сказал:
А ты зачем обои пачкаешь в коридоре, у?
Когда пачкаю? невинно спросил мальчик.
А вот увижу, когда пачкаешь, и за уши оттаскаю!
Мальчик подумал немного и стал изображать на лице предплачевую гримасу. Но потом, видимо, перерешил, плакать не стал и бегом умчался к маме.
Захарчук же мысленно начал сочинять текст заявления на родителей этого мальчика: «мало того, что не умеют призвать к порядку своего ребенка, еще подучивают его портить обои в местах общего пользования, как-то, например: в коридоре, в передней и в ванной» Вспомнилось сейчас же, что в ванной обоев нет, по стенам кафель. Но без упоминания о ванной бумага выйдет скучнее. Лучше уж ванную не вычеркивать