Религиозная значимость Дельф уходит своими корнями в микенское время, и миф об убийстве Аполлоном сторожившего оракул Геи Пифона (по одной из версий это была дракониха), хранит память о доа-поллоновом происхождении культа. Археологические находки подтверждают мысль о том, что первоначально местом поклонения было само Касталийское ущелье: ведь территория возле святилища Афины Проной, расположенного ближе к Касталии, чем храм Аполлона, была заселена уже в середине II тыс. до н. э. В научной литературе высказываются разные мнения относительно того, какое божество почиталось в Пифо древнейшее название Дельф до прихода туда Аполлона, но уже у Гомера оракул принадлежит Фебу Аполлону.
Согласно Плутарху, в древности прорицания давались один раз в год в день рождения Аполлона: 7 числа месяца Бисия(середина февраля середина марта), когда Феб возвращался от гипербореев; затем, видимо, где-то с VI в. до н. э., вопрошения оракула стали происходить ежемесячно (также 7 числа), т. е. 9 раз в году (в зимние месяцы Аполлон гостил у гипербореев, и оракул молчал); но в дальнейшем, в связи с большим количеством желающих получить совет или наставление бога, прорицалище почти не закрывалось, кроме особых «несчастливых» дней. Однако перед каждым вопрошением совершалось предварительное жертвоприношение, во время которого жрецы кропили жертвенную козу водой, и, если животное начинало дрожать, считалось, что бог благосклонен к возвещению откровений, и Пифия восходила на треножник; в противном случае вопрошение просто отменялось.
Руины святилища в Дельфах
Действовал Дельфийский оракул, вероятно, до 391 г., когда Феодосий Великий (IV в.) повелел закрыть все прорицалища.
И все же. Что мы знаем о том, как возвещались прорицания в храме Аполлона Дельфийского? О чем повествуют нам даже самые почтенные ученые? С. Я. Лурье в «Истории Греции» пишет: « в Дельфах предсказательница (Пифия) садилась на треножник, расположенный над отверстием в скале, из которого выходили дурманящие газы; под их действием она произносила бессвязные слова, которые жрецы затем истолковывали как предсказание будущего». В «Занимательной Греции» М. Л. Гаспарова читаем: «Раз в месяц на треножник в глубине храма садилась прорицательница Пифия. Ей задавали вопросы, она отвечала на них несвязными криками, а жрецы перекладывали ее слова благозвучными стихами и передавали спрашивающим». В «Учебнике древнегреческого языка» А. Ч. Козаржевского есть текст «Об оракуле Аполлона», где студентам рассказывается примерно то же самое. Такую же информацию находим и в книге Г. И. Соколова «Дельфы». И уже как установленный исторический факт преподносится и тем самым закрепляется это представление в «Большой советской энциклопедии»: «Прорицательница Пифия в состоянии экстаза изрекала ответы вопрошавшим, которые облекались кем-либо из жрецов в стихотворную форму и имели значение пророчеств, данных Аполлоном».
храма, над расщелиной, из которой поднимались ядовитые испарения, на высоком треножнике сидела Пифия; вдыхая испарения, она впадала в состояние безумия или транса и начинала выкрикивать бессвязные возгласы; стоявшие рядом жрецы записывали ее речи и после тщательной обработки (как литературной, так и смысловой) возвещали ее ответы вопрошавшим оракул. Одним из основных источников подобного описания являются рассказы о Пифии более чем критически настроенных Отцов Церкви. Иоанн Златоуст, например, пишет: «Так вот, говорят, что Пифия, некая женщина, сидела когда-то на треножнике Аполлона, широко расставив бедра, и таким образом поднимающееся снизу зловредное дыхание, проникая через ее женские органы, наполняло женщину безумием. И она, распустив волосы, неистовствовала и изрыгала изо рта пену и, придя в такое бесчинствующее состояние, произносила речи безумия».
Еще столетие назад это представление, пожалуй, безраздельно господствовало в научных трудах. Достаточно сказать, что его всецело разделяли такие признанные ученые, как О. Буше-Леклерк, Э. Роде и Л. Фарнелл. Однако во время археологических раскопок, которые с 1892 г. вела под руководством Теофила Омолля Французская археологическая школа Афин на территории дельфийского святилища, зловонную расщелину, чье существование многие столетия служило неизменным объяснением неистового безумия Пифии, обнаружить не удалось. Пауль Пердризет, один из участников раскопок, писал впоследствии: «Из всех памятников пифийско-го святилища больше всего ожиданий связывалось, что легко понять, с храмом Аполлона. Как был размещен адитон? Что нам следует думать о пророческой расщелине, чьи испарения опьяняли Пифию? Установлено, что расщелина существовала лишь в воображении верующих и поэтов. В скале под адитоном не было дышащей трещины, и никакие испарения вообще не поднимались в том месте из глубин земли. Нижние помещения храма не скрывали ничего таинственного; подземные комнаты, над которыми был возведен храм, были оставлены во время закладки фундамента исключительно ради экономии материала». Курби пытался идентифицировать следы лестницы, ведущей из адитона в скрытое подвальное помещение, но дальнейшие исследования западной части храма подвергли сомнению правильность этой гипотезы. Правда, руины дельфийского храма и особенно его западной части находятся в таком плачевном состоянии, что любая реконструкция оказывается весьма ненадежной.