Всего за 159 руб. Купить полную версию
Поправь меня, если я что-то напутаю, Башка. Дружок твой поймал девку, что свалилась с неба, с высоты девятиэтажки примерно. Для этого он взбежал по вертикальной скале и сиганул ей навстречу, частично погасив скорость падения и сбив вектор. Поэтому они не изломались и не изорвались о камни у подножия, а брякнулись в нескольких метрах от них. Судя по звуку скалолазка товарища твоего раздавила, как жука колорадского. Я такой звук последний раз из-под гусениц слышал. Илюха передёрнулся, видимо, вспомнив не самое приятное. Ты выпутался-таки из колючек, в которые влетел на полном форсаже, как носорог, и кинулся к нему. Я оттащил альпинистку, чтоб не мешала. Я видел своими глазами он
не дышал, рук-ног не чуял и пульса у него тоже не было, раз уж ты надумал массаж сердца проводить. А потом я не понял. Выражение лица морпеха в последней фразе сомнений не оставляло.
А я не брусок точильный и не напильник, чтоб тебя править, Умка, пробурчал Головин, выдав, наверное, сверхсекретный позывной Илюхи. На который тот, впрочем, не среагировал. Но в целом всё верно. Так всё и было. И опять он, падла эдакая, ожил. И нет бы по-людски: глазками полупать, покашлять, кровью поплеваться, как раньше! С каждым разом всё сильнее током бьётся, гад! Я тебя, Волков, больше трогать не буду, ну тебя к чёрту! Палкой потычу и хватит, лежи себе, остывай!
Тёма расходился не на шутку, позволяя мне думать, что чувствовал он себя уже значительно лучше. Но тут взвилась девчонка, подскочив и встав между нами. Она что-то громко и убедительно орала прямо в лица Ильи и Головина. Я не понимал ни единого слова. Через минут пять, когда она начала делать паузы в словах, в одну из них вклинился морпех Умка с какой-то ремаркой. Тут я узнал знакомое слово, целое одно. Мсанжилэ. Имя ведьмы.
Оно сработало на вопившую чёрную девушку как, в прямом смысле, снег на голову. Вряд ли что-то ещё могло бы так поразить её. Кроме, пожалуй, недавнего бреющего полёта большого белого человека в кусты. Она буквально в прыжке обернулась ко мне и рухнула на колени, вытянув руки в мою сторону. Немая сцена затягивалась.
Тём, дай попить, а? И помоги встать. Ну или сесть, хотя бы, попросил я почти нормальным голосом. Чуть пошевелив плечами, понял, что усесться смогу точно. А то снизу обзор был так себе, неудобный.
Искрить не будешь больше, трансформатор ты лежачий? уточнил он, кряхтя и пытаясь дотянуться до рюкзака.
Не должен, неуверенно ответил я. Ты это, может, в самом деле палкой сперва? Хотя, заземлить же вроде должно было.
Заземлить тебя должно было при первом же касании поверхности, Икар. Это физика, электростатика, десятый класс, пробурчал морпех, не сводя с меня глаз.
А он гуманитарий, Илюх. Они с физикой друг друга с детства вызывающе игнорируют, сам же видел, Тёма озирался, явно в поисках упомянутой палки. Нашел какую-то ветку возле дерева, опёрся на неё, тяжело встал и направился ко мне с бутылкой воды. А ещё с биологией, анатомией, физиологией и геологией. И с экономикой, но тут это Серёге уже соболезнования.
Исключительный человек Как жив-то до сих пор остался? еле выговорил отельер, внимательно глядя, как стальной Тёма на полном серьёзе осторожно касается палкой моей руки. Причём, держа её так, чтобы сразу выронить, если вдруг что чуть ли не двумя пальцами.
Дык чудом, Умка. Вот поспокойнее станет я тебе про людоеда одного расскажу. Они ведь его загрызли тогда с Серёгой, хоть и не признаю́тся, ага. Я читал и смотрел протокол осмотра волос стынет! Будто стая волков растерзала пенсионера, Головин сел рядом и протянул мне воду. Я присосался, словно до этого последний раз пил не вчера, а никогда.
А Федька не наругает тебя за рассказы такие? морпех явно подкалывал приключенца. Хоть и без уверенности.
А Федька мне тот протокол и показал. Отобрали дело у ментов, засекретили так, что мама не горюй. А мне показал. Для того, чтоб я, стало быть, осознал наконец-то и уяснил себе, что с этим чёртовым колдуном рядом расслабляться никак невозможно. Примета плохая, и он снова, морщась, начал тереть отбитые ладони.
Поднимали меня, как комсомольскую стройку всем миром. Даже щуплая чёрная блондинка вцепилась в рукав, пытаясь подтянуть маломобильного нечаянного богача повыше, пока я собирался с силами и равновесием.
А чего она там тараторила, Илюх? кивнул я на помощницу.
Не бери в голову, пропыхтел он почти мне в ухо, обычные дела для местных. «Пошли прочь от белого шамана! Только через мой труп! Ты спас меня от неминучей гибели, теперь я твоя навеки, можешь что хошь со мной делать». Я сперва было целый взвод таких насобирал, но они ж ленивые хуже латиносов, честное слово! Оставил пяток, а остальным вольную дал. Пришлось даже к вождю ездить ни в какую не соглашались уходить. Табу для них бросать того, кто тебе жизнь спас.
А я только что пятками не упёрся в твёрдый грунт, покрытый редкой травой. Для цивилизованной заокеанской примерной ученицы, что приехала просить у бабушки благословения на свадьбу, это был совершенно неожиданный поступок.
Ну чего ты буксуешь, Дим? хмуро буркнул в другое ухо Головин.