Скворцов слегка поморщился. Не уверена, что не поморщилась я. Но телефон не умолкал, кто-то упорно добивался разговора со мной. Я взяла его.
Привет, мне нужно с тобой срочно поговорить. Это не телефонный разговор, трещал в трубке голос Тани.
Но я
Ты занята, но это буквально пять минут и вопрос жизни и смерти!
Такого от Тани я еще никогда не слышала.
Ладно, ответила ей с вздохом. Ладно, сейчас. Иду.
Скворцов отреагировал на эти мои слова грустным взглядом:
Опять уходишь. И оставляешь меня одного. Буду очень скучать. Очень!
Я тоже, но тут нужно помочь одному человеку.
Кому? заинтересовался он.
Ты ее не знаешь.
Он подошел и обнял меня:
Ну что там может быть важного у девчонки?
Смотрел так нежно. Я робко коснулась его щеки, губ. Были горячими, а зрачки глаз необычно расширенными. Осторожно погладил меня по голове:
Какая ты красивая
Мне было чудесно. Стояла бы так вечность. Какое мне дело до чьей-то жизни и смерти? Что, действительно, придумала эта Таня? Глупая девчонка!
«Ты для него кукла или ребенок».
Кто это сказал? Он? Я? Нет, Лина. Вечно эта Лина умничает. Он сам мне сказал, что я взрослая!
Скворцов подвел меня к дивану, усадил, и впервые наши губы встретились, словно сражаясь. Его ладонь каким-то чудом оказалась под моим топом. На несколько мгновений замер. А я не хотела, чтобы переставал. Не должен. Но я сейчас потеряю сознание. Как тогда Обняла его за шею, чтобы не потерять даже в забытьи. Бесшумно скользил пальцами по моему телу. На мою щеку упала капля. Еще одна. Он плакал. Склонившись надо мной, плакал, словно ребенок.
Люблю тебя, люблю
Я провела ладонью по своей щеке и словно драгоценностей коснулась этих капель. Они были для меня как золото. Как самые дорогие алмазы.
И тут опять взорвался мелодией телефон. Так старательно выбирала рингтоны. Сейчас их ненавидела. Всех их. И этих неотвязных девчонок, которые не могут без меня обойтись!
Ужасно! Ужасно! Не могла себе представить, что сейчас все кончится.
Скворцов застонал тоже.
Противные девчонки, что они к нам привязались?
Возьми трубку, вдруг сказал он. Ты же обещала к ней пойти.
Да, прошептала я. Да.
У меня было впечатление, что Лина, Таня, Ирка, все эти девчонки обступили нас и смотрят, смотрят, смотрят как Как та женщина в клубе. Я совсем о ней забыла, но теперь почему-то вспомнила ее уклончивый, но неотвязный взгляд. И в первый раз у меня возникло какое-то тревожное чувство.
Что? почти крикнула я в трубку. Кто это?
Это я, спокойно ответила Лина. А почему ты кричишь?
Меня достала эта Таня. Уши от нее болят.
Так долго с тобой говорила?
Да. Я устала.
От Тани? показалось мне или нет, что в голосе подружки прозвучал какой-то чудной тон.
Да. А что ты хотела?
Погулять.
Это хорошо. Но у Тани какие-то жуткие проблемы. Придется идти и разбираться. Вот так.
Ну, тогда ладно, согласилась Лина. Разбирайся.
И она туда же. Как будто я мамочка этой Тани и обязана
Мамочка!
Я дико взглянула на Скворцова, меня словно окатило кипятком, а потом ледяной водой.
Я вылетела в прихожую.
Потом на лестницу.
Спустилась, вышла из подъезда.
Тани нигде не было видно. Но на скамейке возле песочницы сидела Лина. Она тут же вскочила, пошла мне навстречу.
Пригладь волосы.
Я пригладила.
Поправь топик.
Я поправила.
Она крепко взяла за руку и повела за собой. В наш любимый скверик.
Ты чего? слабо сопротивлялась я. А где Таня?
Она села на скамейку. Грустно села, сгорбившись. Я села рядом.
Это я попросила Таню позвонить, сказала она. Наврала, что твой отчим меня терпеть не может. И не смотри на меня. Я тебя не боюсь, знаешь?
Не знаю. Но это уж слишком так меня разыгрывать!
Еще неизвестно кто и кого разыгрывает, непонятно сказала она.
Да в чем же дело? Что за вопросы жизни и смерти?
Она вздохнула и тихо сказала:
Я тебя туда не пущу. Вот как хочешь не пущу!
Как-то сразу я поняла, что она хочет сказать. И разозлилась:
Что ты понимаешь? Ничего ты не понимаешь! Он из-за меня плакал. Плакал вот такими слезами. Из-за тебя какой-нибудь мальчишка плакал? Завидуешь, да?
Лина еще больше сгорбилась:
Нет, не завидую. Он обманщик.
Это кого же он обманул, а?
Сама знаешь. Тебя и
Молчи! крикнула я. Ты мне завидуешь!
Она пожала одним плечом:
Жутко завидую.
Завидуешь! Он взрослый. Он настоящий! Он
Тш-ш-ш, не кричи так, я тебе и так верю. Он взрослый и чудесный, но он врет твоей маме. А может, врет и тебе. Ведь она же звонила вам сегодня, да? И что, вы рассказывали ей, как ходили в клуб и целовались?
Я вспомнила, что проспала мамин звонок, отвечал на него Скворцов.
Замолчи сейчас же!
Не замолчу! Он что, собирается развестись с ней и жениться на тебе? Или ему и так хорошо? Я что, не понимаю, почему еле вытащила тебя из дому? Взрослый Да он хуже мальчишки!
Она тоже забыла обо всем, кроме нашего разговора, мы кричали друг на дружку, еще немного и начали бы по-настоящему ругаться. Но Лина вдруг замолчала. Всегда держала себя в руках лучше, чем я, всегда, даже когда вот так кричала, видела, что происходит вокруг. Поэтому я тоже замолчала.