А-и-а, попытался поблагодарить он исцелившую его магглу. Та благосклонно кивнула, и мистер Грейнджер осторожно повёл Драко в комнату отдыха.
Миссис Грейнджер задумчиво посмотрела им вслед и пробормотала:
А ведь хороший вариант для нашей девочки. Чует моё сердце, что ничего лучше среди этих блаженных магов не найдёшь. Выносливый вполне и одет небедно, часы золотые Надо узнать, кто родители этого заморыша, и как-нибудь сделать так, чтобы он и Гермиона поняли, что созданы друг для друга.
* * *
В сгущавшихся сумерках на пустынной лондонской улице остановился коричневый «Ягуар». Из машины, слегка пошатываясь, выбрался светловолосый юноша лет шестнадцати восемнадцати на вид. За ним из автомобиля вышла девушка того же возраста. Нервным движением руки поправив пышные каштановые кудри, она нерешительно остановилась возле парня, который стоял на краю тротуара, неловко одёргивая мятый бархатный пиджак.
Ну, в общем спасибо, что ли, Грейнджер, буркнул тот, не глядя на свою собеседницу.
Пожалуйста, Малфой, ответила спутница, ты очень маме понравился. Вот только никому не рассказывай о том, что я тебя выручила. Понимаешь, если Гарри я ещё могу убедить, что просто обязана была помочь человеку, попавшему в беду, то с Роном натуральным образом истерика случится, если он узнает.
Малфой изумлённо уставился на Гермиону. Именно это он сам только что хотел потребовать от неё. В его интересы совсем не входило, чтобы история о близком знакомстве с семейством Грейнджер стала общеизвестной. Он самодовольно улыбнулся той самой улыбкой, которая и волновала, и бесила Гермиону одновременно.
Так уж и быть, Грейнджер. В школе никто не узнает, что ты оказала услугу представителю древнейшего и благородного магического рода.
Ага, и мама твоя не узнает. Ты же поэтому со мной пошёл? лукаво улыбнулась Гермиона.
Драко немного смутился, на миг потеряв свой самовлюблённый и горделивый вид.
В общем, спасибо тебе, Грейнджер. И матери своей мою благодарность передай, хотя она и садистка почище любого пожирателя, торопливо сказал он.
Это тебе показалось. Просто к моей маме нужно привыкнуть, ответила Гермиона.
Драко от всей души понадеялся, что ему никогда не придётся привыкать к миссис Грейнджер. Ему хватало и собственной матери, для которой ещё предстояло сочинить историю о том, где его носило весь день. Он набрался смелости и посмотрел Гермионе в глаза, стараясь запомнить то ощущение лёгкости и тепла, которое возникало в душе, когда Грейнджер вот так открыто и даже ласково смотрела на него.
Он понимал, что, скорее всего, это больше не повторится. Стоит ему открыть дверь, ведущую в «Дырявый котёл», и всё вернётся. Они снова станут врагами. Осознание этого факта наполняло душу Малфоя непонятой пока тоской, но иначе просто не может быть, а сам он вряд ли найдёт в себе силы что-либо изменить. Он знал, что Волдеморт ещё отыграется на нём за
все ошибки отца, но пока не хотел об этом думать.
Грейнджер, ты не воображай, будто теперь между нами что-то изменилось, помрачнев, буркнул Драко.
О, я и не думала, что ты сразу подобреешь и перестанешь называть меня грязнокровкой и пакостить моим друзьям. Мама говорит, что изменить мужчину невозможно, криво усмехнувшись, промолвила Гермиона.
Драко вскинул голову, чуть заметно улыбнувшись краешком губ. Ему вдруг стало очень приятно от того, что Грейнджер назвала его мужчиной. Сейчас это звучало совсем иначе, чем при первом их разговоре у «Дырявого котла». Сам он ещё не ощущал себя взрослым. Слишком уж пугающим и жестоким был тот мир, в который предстояло им всем шагнуть в ближайшем будущем.
Ладно, мне пора, тихо сказал он.
Увидимся в школе, так же тихо ответила Гермиона и добавила:
Будь осторожен.
И ты. Береги себя, не глядя на неё, быстро ответил Драко и, не оглядываясь, направился к двери, ведущей в «Дырявый котёл». Входя в бар, он вдруг осознал, что уже не трясётся панически при мысли о Волдеморте, Пожирателях Смерти и Великом Светлом Дамблдоре. Сегодня он, кажется, полностью истратил весь запас страха, что был ему отпущен при рождении. «Спасибо, миссис Грейнджер», улыбнувшись, подумал Драко Малфой, направляясь к камину.
* * *
Свой семнадцатый день рождения Гермиона отмечала как всегда, в Хогвартсе. Из всех приятельниц только Джинни Уизли вспомнила об этой дате и презентовала Гермионе набор заколок для волос. Однокурсницы как всегда забыли её поздравить. Грейнджер на них не обижалась, привыкнув к такому положению вещей.
В гостиной Гриффиндора Гарри, Рон и Невилл Лонгботтом о чём-то шушукались у окна. Завидев Гермиону, они тут же кинулись к ней, чтобы вручить подарки. Презенты их разнообразием не отличались.
Из года в год, начиная со второго курса, Рон дарил подруге набор шоколадных лягушек, Гарри книгу заклинаний, которые, как правило, Гермионе уже давно были известны, а Невилл очередное уродливое растение в горшке. Она тепло улыбнулась друзьям, радуясь тому, что они хотя бы помнят о её дне рождения. И кстати, подарки Невилла как раз не были однообразными. С каждым годом растения, которые он дарил, были всё более странными и уродливыми на вид.