Погодите, Надя Уж если мы с вами встретились, то разрешите пригласить вас на завтра в кино Прошу, Надя, умоляюще сказал он, взяв ее за руку. Говорят, чудесная картина.
Надя медленно высвободила руку.
Какая?
Ну эта как ее?.. Словом, не знаю. Но все равно чудесная.
Надя глянула на него строго, но не выдержала, улыбнулась.
Как еще завтра будет с работой Знаете что, я вам позвоню в редакцию. Хорошо?..
Войдя в столовую, Алексей взглядом поискал Федю Жаркина. Вот он, у самого окна.
С кем ты там любезничал? спросил Федя.
А ты откуда знаешь?
В окно видел. Кто она такая?
Так, знакомая одна. Попутчица. Вместе сюда ехали.
Ой, смотри, Алексей ЗАГС, примус, детишки, рев, пеленки
Не беспокойся, до этого еще очень далеко Ты заказал мне что-нибудь?
А как же! Вот уже несут.
Официантка поставила перед ними тарелки с дымящимся борщом.
Почему три? удивился Алексей, но тут к их столу подошла высокая девушка с коротко остриженными рыжеватыми волосами и широким, красным поясом, туго стянутым в талии.
Познакомьтесь, мой товарищ, представил Федя Алексея.
Зизи. Девушка подала Алексею холодную безвольную руку с ярко накрашенными ногтями, скользнула по его лицу скучающим взглядом и тотчас же потеряла к нему всякий интерес. Ты для меня заказал борщ? Зачем? Я ведь супы не ем, Тедди.
Девушка произносила самые обычные слова с таким "заграничным" прононсом, что Алексей еле сдержал смех. Он с любопытством посмотрел на Федю Жаркина. Интересно, как он отнесется к этому "Тедди"? Но тот, нимало не смущаясь, повел с девушкой длинный разговор о новых грампластинках, о предстоящем вечере у какого-то Боба, о фотокарточках, которые он должен принести к этому Бобу.
Брезгливо поковыряв вилкой в котлете, девушка встала из-за стола и, холодно кивнув Алексею, пошла к выходу из столовой. При этом она так широко отставляла локти и неестественно вытягивала свою худенькую птичью шею, что все посетители столовой, кто с удивлением, а кто откровенно ухмыляясь, смотрели ей вслед.
Кто она такая, Тедди? съязвил Алексей.
Работает в заводоуправлении. Хорошая девушка, только манерничает. Заграница ее испортила.
Она что, за границей жила?
Ну да! Когда ей было полгода от роду, их семья чуть ли не месяц провела в Иране. Вот и она считает теперь себя специалистом по заграницам. Из Зины "Зизи". А так ничего. И танцует здорово. Знаешь вот это, новое: бэ-бэ-эм бэ-бэ-эм
И Федя, ритмично покачиваясь и пощелкивая в такт пальцами, принялся напевать какой-то незнакомый Алексею мотив.
Вернувшись в редакцию, Алексей сразу зашел в кабинет редактора. У него сидел Олег Викторович. На столе лежала пачка счетов вероятно, шел какой-то хозяйственный разговор.
Извините, я зайду позднее.
Алексей повернулся к двери.
Нет-нет, Алексей Петрович, давайте сейчас, сказал редактор. Садитесь. Ну как, все выяснили?
Да, разобрался.
Хорошо. Завтра напишите. Только постарайтесь уложиться до обеда. Я хочу вас завтра вечером назначить помощником дежурного по номеру. Познакомитесь с нашим производством, быстрее войдете в курс дела Или, может быть, у вас другие планы? спросил редактор, заметив, что Алексей беспокойно заерзал на стуле.
Собственно, я ничего Видите ли Словом, у меня здесь есть знакомый, и я договорился идти с ним завтра в кино. Но, разумеется, это не помешает. Позвонит скажу скажу ему, что занят.
Зачем же, зачем Если договорились, то идите. Дежурство от вас не убежит. Назначу на субботу. Хорошо?
Редактор сделал пометку в списке дежурств.
Олег Викторович, который во время этого разговора осуждающе смотрел на Алексея, наконец
не выдержал:
Этот ваш знакомый, наверное знакомая, да? Быстро же вы заводите знакомства
Мы с ней еще в поезде познакомились. В одном купе ехали, сказал Алексей, проклиная в душе дотошного завхоза.
Тот пожевал немного губами и спросил, исподлобья глядя на Алексея:
В купе, значит, одном ехали. Так-так Если не секрет, как ее фамилия?
Тут уж и редактор не выдержал:
А какое, собственно, вам дело?
Так я ведь из наилучших побуждений, ответил Олег Викторович своим ровным глуховатым голосом. Я в Южносибирске давно, всех тут знаю. Мало ли какая к нему в знакомые навязывается. Журналист должен быть разборчив в знакомствах. Опять же я профорг. А вдруг с ним что случится!
Алексей рассердился:
Надей Остапенко звать ее, если вам так уж хочется знать. И вовсе она не "какая", как вы говорите, а очень хорошая девушка. На текстильном комбинате работает А что касается вашей ответственности, как профорга, то разрешите заметить, что я еще не встал к вам на профсоюзный учет. Так что пока вы вовсе не обязаны переживать за меня.
Но Олег Викторович, видимо, был чересчур толстокожим.
Остапенко? невозмутимо переспросил он. Не из тех, что за переездом живут, возле водокачки?
Знаете что, Олег Викторович, сказал, вставая, редактор, это уже переходит всякие границы. Идите, работайте! И когда Олег Викторович, обиженно сжав губы и одернув свой костюм полувоенного покроя, вышел из кабинета, повернулся к Алексею: Вы уж его извините. Назойливый он, иной раз прилипает, как смола. Но в сущности неплохой человек.