В отличие от отечественных ученых зарубежные исследователи широко обсуждают различные формулировки терроризма, отмечают необходимость разработки такого понятия на международном уровне. Видный американский политолог, практикующий юрист-международник и ученый Дж. Левитт отмечает, что при формулировании понятия терроризма на международном уровне возможны два подхода. Первый из них дедуктивный, направленный на то, чтобы кратким определением охватить все возможные деяния. Примером такого определения является следующее: «Терроризм намеренное, систематическое убийство невинных людей для достижения политических целей». Подобные определения не обладают достаточной степенью четкости и точности, они расплывчаты и противоречивы, а потому их практическая полезность весьма низка.
Второй подход к формулированию понятия терроризма, как отмечает Дж. Левитт, индуктивный, определяющий специфические категории преступных актов для открытого перечня деяний. С помощью этого метода в международных договорах были признаны преступными такие распространенные формы терроризма, как угон самолетов, нападение на дипломатов, захват заложников. Однако при таком подходе не все типы опасных террористических актов охватываются заключенными договорами.
Трудности разработки единого понятия терроризма обусловлены сложностью явления, которое должно быть охвачено формулировкой, многозначностью самого слова «терроризм», которое означает и концепцию, и человеческую деятельность, и тяжелое преступление, и эмоции, и метод запугивания. Так, исследователь терроризма П. Уилкинсон при анализе многозначности термина «терроризм» отмечает, что его употребляют в следующих значениях: концепция, человеческая деятельность, фелония, специфическое событие, эмоция, метод запугивания, состояние запуганности.
Думается, особое внимание при формулировании понятия «терроризм» должно быть уделено одному из перечисленных аспектов терроризму как тяжкому преступлению. Здесь необходимо отметить преследования террористами политических целей, насильственный характер их действий, направленных на запугивание. Однако надо иметь в виду, что насилие в политических целях может быть присуще деятельности групп, оказывающих отпор насилию, например, борьбе с фашистскими захватчиками во время второй мировой войны. Поэтому необходимо исключить из понятия «терроризм» применение насилия в ответ на явно несправедливые, нетерпимые условия.
Характерным для терроризма является не собственно применение насилия для достижения политических целей, а направленность этого насилия на невинных жертв. Определяя терроризм, преподаватель Вашингтонского колледжа контрразведки Т. Сэмпл пишет: «Терроризм это нелегальный акт насилия против невоюющей стороны со специфической целью вызвать политические изменения. Терроризм предполагает использование невинных жертв для воздействия на другую сторону, имеет целью вызвать страх у населения, для того чтобы принудить существующую систему выполнить требования террористов». Следует отметить, что в этом определении не существует государственного терроризма, а также и того, что насилие иногда может применяться и к политическим противникам, а не только к невинным жертвам.
Критикуя существующие определения терроризма, преподаватель отделения политологии университета штата Арканзас К. Утс пишет о необходимости применения биологических теорий насильственного поведения для изучения терроризма. Психология агрессивного социального поведения хорошо разработана, и ее можно применять и для понимания психологии насильственной агрессии при изучении политического терроризма.
Для понимания терроризма, в частности, как отмечает К. Утс, необходимо
иметь в виду, что терроризм представляет собой одновременно «раздражительную» и «соперничающую» агрессию. «Раздражительный» характер агрессии обусловлен тем, что она направлена на исполнение желаний и устремлений, в которых, по мнению террориста, ему или части общества, с которой он себя идентифицирует, было отказано. Отказ ведет к фрустрации, преодолеваемой путем насилия. Элемент соревновательности, соперничества в терроризме выражается в том, что терроризм по большей части ставит целью изменить существующую социальную и политическую иерархию, перераспределить желаемые объекты: политическую власть, богатство. Правительственный терроризм при всем своем своеобразии также обладает элементом соперничества, поскольку он имеет целью сохранение существующей социальной иерархии и контроля над желаемыми объектами.
Довольно большое распространение имеет взгляд на террористов как на психически ненормальных индивидов, склонных к действиям, разрушительным как для общества, так и для них самих. То обстоятельство, что терроризм противоречит стандартам образа жизни, уважению к личности, осознанию ценности человеческой жизни, не дает оснований считать терроризм сумасшествием. Терроризм не иррациональное насилие, а насилие, направленное на достижение конкретных политических целей. Даже насильственные акты, связанные с самоубийством, совершаемые террористами, принадлежащими к религиозно-фанатическим группировкам, имеют вполне рациональное объяснение: они совершаются в надежде на вознаграждение после смерти.