Шрифт
Фон
Алексею Толстому
Он Алексей, но Николаич,
Он Николаич, но не Лев
Он, стыд и честь свою презрев.
На псарне стал Облай Облаич!
Журналу «Сатирикон»
Ночь темна. Часы так длительны.
Не заснешь! Какой уж сон,
Если даже усыпительный
Не помог «Сатирикон».
Юрий Кушак
Друзьям о друзьях
Собаки друзья человека,
Однако
Об этом не каждая
Знает собака.
И прежде, чем лапу
Бульдогу пожать.
Узнайте не будет ли
Друг возражать
Отвальная
Рахили Баумволь
Прощайте, богатства, которых не счесть,
И прелести праздничных буден.
Отечество славлю, которого есть.
Но трижды которого будет.
Р. Л. Баумволь поэтесса, в конце 1960-х уехавшая в Израиль.
Татьяна Лебединская
Иосифу Кобзону
Он пел, поет и будет петь
От Яузы и до Гудзона.
И в джунглях на глухой тропе
Следы великого Кобзона.
Михаил Лeвин
Герою повести В. Войновича
«Иванькиада» С. С. Иванько
С времен Очакова и Трои
Литературные герои
Не брезгуют военным строем
Идет, как на парад, шеренга
От Тауэра до Лубянки:
На левом фланге сэр Ivanchoe ,
На правом вертухай Ivanco .
Один погиб в бою смертельном
При Иоанне Безземельном,
Другой, чей герб стульчак сортирный,
Сам стал Иванькой Бесквартирным!
Илье Сельвинскому
« всех учителей моихОт Пушкина до Пастернака!»
(из старых стихов И.С.)
Айвенго герой романа баронета В. Скотта.
Сергей Сергеевич Иванько герой повести графа Войновича.
Поэт И. Сельвинский. называвший Пастернака своим учителем, принял активное участие в его травле во время скандала, разразившегося после присуждения Б. Л. Пастернаку Нобелевской премии.
«человечье упустил я счастье:не вбил ни одного гвоздя»
(из новых стихов И.С.)
Все позади и слава, и опала.
Остались зависть и пустая злость
Когда толпа Учителя распяла
Пришли и Вы забить свой первый гвоздь.
1959
Михаил Либин
Автоэпитафии
Вот и подытожены года,
Жизненный баланс сведен толково:
От поэта не было вреда.
Но и проку тоже никакого
Не вижу смысла брать в могилу
Свои блокноты и тетради.
Творить покойнику не в жилу.
Но издаваться бога ради!
Подтвердилось мое опасение
Я профукал свое воскресение:
Рекламации к реанимации
Надлежит предъявлять до кремации!
Поэт забыт, поэта нету.
Поэт бесславно канул в Лету,
А так хотелось, блин, в натуре.
Оставить след в литературе!
Владимир Лифшиц
Юрию Левитанскому,
автору многочисленных пародий
Раз, два, три, четыре, пять,
Вышел лирик погулять.
Левитанский выбегает.
Прямо в лирика стреляет.
Лирик наземь, руки врозь,
Спародирован насквозь.
Владимиру Массу
Поэт канонизирован.
Но весь прочитан заново:
Икону он бестрепетно
Берет с иконостаса.
Мартыновей Мартынова,
Кирсановей Кирсанова,
Луконистей Луконина
Пародии у Масса!
Александру Раскину
Талант, изящество и пластику
Являет каждая строка.
Он классик жанра А на классику
Не подымается рука!
Владимир Лихачев
Виктору Буренину
Змею Буренин раздавить хотел
Но был ужален ею в тело.
И что ж? Буренин здрав и цел.
Змея ж на месте околела.
Иван Логинов
Вояки
«Керенский распорядился выдать500 штук ружей первому женскому полку».
«Русская воля» 120.
Есть винтовки, есть и пушки,
Есть гранаты и штыки.
Есть и воины-старушки
Только свистнуть и полки.
1917
Серго Ломинадзе
Александру Дымшицу,
советскому критику-функционеру
Следы невиданных зверей.
Там Дымшиц на коротких ножках
Погрома жаждущий еврей.
Буренин Виктор Петрович поэт и критик. Объектом его критики были многие известные писатели В. Короленко, М. Горький. Л. Андреев, И. Бунин, А. Блок и др. Дважды привлекался к суду за клевету.
Игорь Макаров
Протестующая
Опять нас обрекли на нищету,
Повысив цены вопреки всем нормам.
Вчера я заглянул в глаза коту
И в них увидел ненависть к реформам.
Гуманная
В страну, где нету озаренья,
Я не хочу метать каменья.
А тот, кому уж очень хочется.
Прочтет наш гимн и обхохочется.
Констатирующая
Все в этой жизни взвешенно и мудро.
Картина многолика и пестра:
Кому с утра важнее «Камасутра»,
Кому опохмелиться бы с утра.
Дальновидная
Быть памятником плохо, я считаю:
Стоять на площади неблагодарный труд.
Ведь человека птицы облетают,
А памятник уж точно обосрут.
Патриотическая
Пока живешь в Москве, а не в Париже,
Художник, ты боец на рубеже.
Не спи, творец! Ты как скрипач на крыше.
Которая поехала уже.
Победно-патриотическая
Свобода Силе лишь одно сказала.
Сказала и плечами повела:
«Твоих стволов бы сколько ни стояло
Тебе я никогда бы не дала».
Исконно-посконная
Исконные русские, не из татар.
Все стерпим дефолты, инфляции.
Но столько богатых евреев удар
По самосознанию нации.
Инструментальная
Наш поезд встал, и некого винить,
Что паровой котел его расколот.
Все это невозможно починить:
Из инструментов только серп и молот.
Одухотворенная
Мне говорить стихами или прозой
Без разницы, поскольку я влюблен.
Вот я пошел пописать под березой,
А посмотрел на листья это клен.
Философская
Невозможно прожить эту жизнь без потерь.
Без разбитого нами корыта.
Я всю жизнь колотился в закрытую дверь,
А расшиб себе лоб у открытой.
Успокоительная
Легенда часто прорастает былью,
И я грехи смиреньем искупал.
Я, как Икар, свои пропивший крылья.
Не смог взлететь. Зато и не упал.
Возмущенная
В кого он только уродился
Залетный гость, не старожил!
В моей постели угнездился
И сразу яйца разложил!
Михалковым
Во всех мы проявленьях хороши
И веселимся, и страдаем сильно.
Для тела баня. Церковь для души.
А для души и тела порнофильмы.
Шрифт
Фон