Я ответил, что я офицер. «Вы знаете мой опыт разведчика, мои взгляды и желание работать там, где могу принести пользу. И полагаю, что вы лучше меня найдете применение моим способностям».
Видимо, довольный моим ответом, Штольце посвятил меня в планы Абвера-2 на 1942 г., заранее решив, какую роль отводит мне в этих планах.
«Мы сейчас укрепляем кадрами 203-ю абверкоманду, приданную группе армий «Центр», действующей на московском стратегическом направлении, начал он. В дополнение к пяти абвергруппам, входящим в эту команду, формируем дополнительно 209-ю группу под условным названием «Буссард», которая своими операциями будет поддерживать 9-ю армию генерали Модели, нацеленную наступать на Москву со Ржевско-Вяземского выступа.
На вас возлагается обязанность восстановить из военнопленных агентурный аппарат 203-й абверкоманды и обеспечить агентами 209-ю абвергруппу. Я и адмирал Канарис решили назначить вас главным вербовщиком 203-й абверкоманды и одновременно заместителем начальника 209-й абвергруппы.
Мы это делаем для того, чтобы вы по штату получили очередное звание капитана, повышенный оклад денежного довольствия и имели бы закрепленную лично за вами легковую автомашину с водителем.
А начальником 209-й абвергруппы мы назначили вашего коллегу по зондеркоманде «Москва» капитана Больна. Он возьмет на себя все административно-хозяйственные функции. У него обширные связи здесь, в Германии, и на фронте, в штабах армий и местной военной администрации. Больц сейчас в Смоленске, где в комплексе зданий бывшей МТС готовит помещения для дислокации 209-й группы.
Обо всех возникающих принципиальных проблемах информируйте меня и начальника 203-й абверкоманды подполковника Вильгельма Готцеля. Он сейчас здесь, в Берлине, и я вас ему представлю. У меня к вам все. Есть ли у вас вопросы ко мне или к адмиралу Канарису?»
Я ответил, что вопросов нет, что программа моей работы ясна и я постараюсь выполнять ее добросовестно, оправдывая оказанное доверие.
Штольце встал, пожал мне руку и пожелал успехов. Затем порекомендовал завершить личные дела в Берлине и самолетом вылететь в Смоленск.
В оккупированном Смоленске: агентурный конвейер
Небольшая
двухкомнатная квартира со всеми удобствами была обставлена дорогой, но разностильной мебелью, награбленной в музеях и домах Смоленской области. За сытным обедом и французским коньяком Больц посвятил меня в обстановку на фронте. «Здесь, говорил Больц, у нас пока затишье, кроме Демянского котла, где русские, отбивая наши атаки, стремятся уничтожить шесть окруженных дивизий 16-й армии .
А вот на юге, там назревают серьезные события, поскольку туда, под Харьков, стянуты 3-я танковая армия Гота , б-я армия Паулюса и много других частей вермахта».
Через два дня я и Больц отправились на совещание в Смоленск, в штаб 203-й абверкоманды. Там присутствовали все руководители пяти абвергрупп и начальник разведотдела штаба группы армий «Центр». Он сделал вероятный прогноз развития событий на лето 1942 г. на Центральном фронте и заявил, что, по данным разведки, русские перебрасывают резервы сюда и намерены наступать на Смоленск, предварительно устранив угрозу Москве путем окружения и уничтожения наших войск в районе Демянска и Ржевско-Вяземского выступа. Поэтому штаб группы армий «Центр» просил бы приданную ему 203-ю команду и входящие в нее группы быть готовыми к началу лета начать широкую диверсионную деятельность на железнодорожных коммуникациях русских для того, чтобы сорвать переброску их подкреплений. Конкретные задания по выводу из строя объектов будут в оперативном порядке ставить штабы армий.
Затем выступил начальник 203-й команды Готцель, который поставил главные задачи.
Во-первых, восстановить с запасом агентурный ресурс и начать интенсивную вербовку агентов среди военнопленных в Минском и Смоленском лагерях. Для этого выделить из каждой абвергруппы по одному опытному вербовщику На меня он возложил обязанности старшего этой бригады.
Во-вторых, продолжал Готцель, по мере поступления завербованных агентов в Минской, Смоленской и других школах начать их обучение подрывному делу и другим дисциплинам, а также отработке легенды прикрытия. Это потребует не только оборудования учебных классов, уточнения программ, но и пополнения преподавателей квалифицированными специалистами.
И, наконец, в-третьих, мы будем иметь дело не с привычным для нас контингентом. Перед нами противник, хотя и плененный, но хорошо обученный в политическом отношении, идеалом которого является коммунизм и для которого национал-социализм злейший враг. Даже попавший в плен советский солдат, каким бы безобидным и угнетенным он ни выглядел внешне, будет использовать всякую возможность для того, чтобы проявить свою ненависть ко всему немецкому Потому при вербовочной беседе и при вербовке совершенно необходимо быть максимально бдительным, осторожным и недоверчивым.
«Я обязываю вас всех, закончил свое выступление Готцель, ознакомиться в канцелярии с директивами и указаниями штаба Верховного командования об отношении к военнопленным и их охране».