Нет, я думаю, двойная порция поможет. Поспорим?
Малыш был тоже не так прост. Он, конечно, не верил, что Карлссона вылечит «чмок-чмок-вкусня-тина», прими он хоть тройную дозу, но ему ужасно хотелось проиграть пари. Потому что у него осталась одна-единственная шоколадка. А если Карлссон проиграет, она достанется Малышу.
Я не против, давай поспорим. Давай намешай мне двойную порцию! Чего только не съешь, лишь бы полегчало! Остается только пробовать и ждать, помогло ли.
Малыш смешал двойную дозу и скормил ее Карлссону, который с удовольствием разевал рот и жевал вкусную кашицу.
Потом они молча стали ждать. Не прошло и минуты, как Карлссон, сияя от радости, вскочил с постели.
Вот чудеса! закричал он. Меня больше не лихорадит, температура нормальная. Ты опять выиграл. Давай сюда шоколадку!
Малыш со вздохом отдал ему последнюю плитку. Карлссон поглядел на него с упреком:
Злюкам, как ты, незачем держать пари. Биться об заклад могут лишь такие, как я. Я, например, сияю, как солнышко, даже если проиграю.
В комнате наступила тишина, которую нарушало лишь чавканье Карлссона, уписывающего шоколад за обе щеки. Наконец Карлссон сказал:
Но раз ты такой жадный мальчишка, давай разделим все остальное по-братски. У тебя еще остались конфеты?
Малыш пошарил в кармане.
Три штуки, ответил он и достал две тянучки и одну малиновую мармеладку.
Три штуки, сказал Карлссон, разделить нельзя, это знает даже младенец.
Он взял из протянутой руки Малыша мармеладку и быстро проглотил ее.
Вот теперь можно разделить.
Он посмотрел на две конфетки голодными глазами. Одна из них была чуть больше другой.
По своей доброте и скромности, заявил Карлссон, я позволяю тебе первому выбирать. Ты ведь, поди, знаешь, что тот, кто выбирает, берет самую маленькую
Малыш подумал немного и сказал:
Тогда сначала выбирай ты.
Ну, раз ты настаиваешь ответил Карлссон и, схватив конфету побольше, запихал ее в рот.
Как же так, ведь ты сказал, что тот, кто выбирает первым, берет самую маленькую?
Послушай-ка, сладкоежка, возмутился Карлссон, а если бы ты выбирал первым, какую бы ты взял?
Я взял бы самую маленькую, это уж точно, серьезно ответил Малыш.
Тогда чего шуметь, ты ее и так получил.
Малыш снова призадумался. Может, это и есть, как говорит мама, «здравое рассуждение»?
Но долго сердиться Малыш не умел. Как бы там ни было, здорово, что жар у Карлссона спал. И Карлссон с этим согласился.
Я напишу всем докторам, как надо лечить больных от высокой температуры. Посоветую им прописывать «чмок-чмок-вкуснятину» лекарство Карлссона, который живет на крыше. Лучшее в мире лекарство от высокой температуры!
Малыш еще не съел свою тянучку. Она выглядела такой вязкой и вкусной, что ему хотелось сначала немножко полюбоваться ею. Ведь стоит только начать тянучку жевать, как ее тут же не станет.
Карлссон тоже уставился на конфетку Малыша.
Спорим, предложил он, что я могу поколдовать, и твоя тянучка исчезнет, а ты даже не заметишь, как это случилось.
Не сможешь, не исчезнет, если я буду все время держать ее в руке и смотреть на нее.
Спорим?
Нет, ответил Малыш. Я точно знаю, что выиграю, и тогда тянучка достанется тебе
Малыш знал, что нельзя делать ничего на спор, ведь он всегда проигрывал, когда спорил с Буссе или с Беттан.
Тогда давай спорить по-настоящему, по-правдашнему, предложил Малыш, тянучка достанется тому, кто выиграет.
Как хочешь, жадный мальчишка, согласился Карлссон. Спорим, что я поколдую и ты не заметишь, как тянучка исчезнет.
Валяй, согласился Малыш.
Хокус-покус-филиокус, сказал Карлссон и схватил тянучку. Хокус-покус-филиокус, повторил он и запихал ее в рот.
Погоди! закричал Малыш. Ведь я точно видел, как ты ее схватил
Неужели? спросил Карлссон и быстро проглотил конфету. Значит, ты снова
выиграл . Я еще никогда не встречал мальчишку, который бы все время выигрывал!
Да а как же тянучка? спросил, окончательно растерявшись, Малыш. Ведь тянучка должна достаться тому, кто выиграл.
Совершенно верно, подтвердил Карлссон. Но ведь я поколдовал, и она исчезла. А теперь спорю, что мне не наколдовать, чтобы она появилась обратно.
Малыш промолчал. Но про себя подумал: «Как только увижу маму, скажу ей, что разумные рассуждения ни к чему, когда надо решить, кто прав».
Он сунул руки в карманы. И подумать только, в одном кармане оказалась тянучка, которую он раньше не заметил. Большая, вязкая, мировая тянучка! Малыш засмеялся.
Спорим, что у меня есть еще одна тянучка и что я съем ее сейчас, сказал он и быстро сунул тянучку в рот.
Карлссон нахмурился и сел в кровати.
Ты обещал мне быть вместо мамы, упрекнул он Малыша, а сам только и знаешь, что объедаешься. Никогда еще не встречал такого жадного мальчишку.
Он замолчал и вовсе помрачнел.
Между прочим, ты мне не дал пять эре за то, что шарф кусает мне шею.
Но я же тебе не завязывал шею шарфом.
Так ведь у меня во всем доме нет ни одного шарфа. А если бы был, то ты бы мне его надел и он кусал бы мне шею, и тогда бы ты дал мне пять эре.