Тут она замолчала и опустила глаза.
Оборотень? Я понял это Давно.
Но как?
Его поведение перед полнолунием, отсутствие во время него и болезненная бледность после.
Мое почтение, Шерлок Как ты это делаешь? Нам на разгадку потребовался год.
Просто я хочу быть целителем, поэтому замечаю мелочи.
Почему целителем? Любишь варить зелья?
Не только поэтому.. Все сложно, знаешь.
Может, поделишься?
Ну, ладно. Я никогда, никому об этом не говорил.
Какая честь. Я вся внимание.
В общем, мой отец был экспериментальным химиком. Он проводил очень сложные и опасные опыты. Это приносило ему удовольствие. Мы жили не очень богато. Мой младший брат как-то играл с колбами и пролил какой-то реактив. Произошел взрыв, и он погиб, а вместе с ним и многолетние труды отца. После этого он сошел с ума Он решил, что во всем произошедшем полностью виновата мама. Я пытался ее защитить, но на тот момент мне было десять, и это было достаточно сложно. Отец убил ее у меня на глазах. Его посадили, и скоро он повесился, а я с тех пор жил в интернате. После
того, как он сгорел, меня отправили в Лондон. И вот я здесь. Теперь моя единственная мечта сделать так, чтобы умирало как можно меньше людей.
Они оба довольно долго молчали. Эмма смотрела с каким-то несчастным выражением лица.
Да-а, Вил Тяжелое у тебя было детство, не позавидуешь.
Да уж... Что есть, то есть, но самое главное, что с самого малого возраста отец учил нас с братом анимагии потому, что это был единственный способ защититься от его экспериментов.
То есть, получается... Вил! Так это же круто! Теперь ты сможешь всегда с нами. Так что? она лукаво поглядела на него. Ты и об этом знаешь?
Я все знаю, ухмыльнулся он.
Тогда считай, что ты уже Мародер!
* * *
Мародеры и Вилли сидели в Визжащей хижине. Был холодный вечер, и Эмма с Ремусом укутались одеялом на старой кровати. Сириус привычно сидел на подоконнике, а Джеймс ходил туда-сюда, измеряя шагами комнату. Каждый из них должен был придумать по одной клятве для Вилли, сегодня они примут его в свои ряды, он будет называться Мародером, если поклянется четыре раза.
Наконец они все вчетвером встали, а Вилли встал напротив них, и Джеймс начал:
Итак, господа Лунатик, Бродяга и Задира, готовы ли вы принять в свои ряды нового члена?
Да.
Отлично, начнем с Задиры, вперед.
Итак, Вилли, клянешься ли ты, что согласен с тем, что твое имя теперь не Вильям Джоркес, а Вилли Вонка?
Клянусь.
Бродяга.
Клянешься ли ты, Вилли Вонка, что всегда будешь помогать нам заставлять пойти Эванс на свидание с Сохатым?
Клянусь.
Клянешься ли ты, Вилли Вонка, что никогда не испугаешься оборотня и будешь с ним до конца? спросил Джеймс торжественно.
Клянусь.
Клянешься ли ты, Вилли Вонка, что библиотека и спокойная жизнь не будут твоими друзьями?
Клянусь.
Прошло несколько минут. Все было как-то волнительно и торжественно. Наконец Эмма сказала:
А какая у тебя будет кличка?
Хм, я не думал об этом.
А что тут думать? У него фамилия и есть кличка! Будет Вонка.
Точно!
Ну все, осталось карту поправить.
Поздравляем! Теперь ты не увидишь спокойной жизни. Но это ведь и хорошо, да?
Просто отлично, ведь я поклялся, что она не для меня.
Это был просто отличный вечер, который незаметно перешел в ночь. Этой ночью они не спали и тусили бы до утра, но Эмма и Джеймс жутко замерзли, и им пришлось вернуться в гостиную Гриффиндора. Они сидели у камина. Сириус обнял Эмму, и она потихоньку согревалась. Они так и заснули у своего камина.
Наутро их разбудил чей-то крик. Эмма вздрогнула и проснулась.
Кто так орет? спросонья пробормотал Джеймс.
Кричала Марлин. Она увидела, что Сириус спит, обняв Эмму, и не нашла ничего лучше, как разбудить их своим ором.
Ты дура, что ли? Все нормальные люди еще спят, сказал Сириус, зевая.
Все нормальные люди спят в своих спальнях, и без девушек в обнимку!
Нормальные парни с парнями не спят.
Мародеры разошлись по спальням, а Марлин стояла со злобным выражением лица. Она подозревала Эмму во всех грехах на планете. Она ее ненавидела.
* * *
Был урок трансфигурации, и Макгонагалл объясняла тему. Но Эмма не могла это слушать. Она очень волновалась. Ее слегка знобило, и она грызла кончик пера. Сегодня первая ночь полнолуния, когда они все вместе будут с Ремусом. Он, конечно, волновался еще сильнее. Он был очень бледный, ничего не ел и судорожно конспектировал слова профессора.
Они еле дождались вечера. Все, кроме Вилли, были очень взвинчены и напряжены. Постепенно темнело, и все впятером они пошли к Гремучей иве. Сегодня в Визжащей хижине не было обычного веселья и смеха. Все сидели по углам и изредка перекидывались короткими фразами. Эмма сидела и напряженно смотрела в окно. Наконец совсем стемнело и луна медленно начала выходить из-за облаков. Эмму затрясло. Сириус быстро подтащил ее к себе. Ремуса сильно колотила дрожь, и он сказал, чтобы все отошли. Они стояли, прижавшись к стене, а Ремус тихо рычал, глядя в окно, и вдруг из его рук начали расти когти. Кровь капала с них, и по лицу Рема было понятно, какую боль ему это приносит. Сириус прижал Эмму к себе и закрыл ей глаза ладонью. Она судорожно обняла его, вцепившись в его толстовку мертвой хваткой. И тут Джеймс крикнул: "Превращаемся! Быстро!"