Софи не нуждалась в том, чтобы ей сообщали, что Хаул бессердечный. С другой стороны, демон, вероятно, был ничуть не лучше.
А ты от этого договора разве ничего не получаешь?
Я бы не стал его заключать, если бы не получал, ответил демон, грустно мерцая. Но я бы не стал его заключать, если бы знал, как оно обернется. Меня эксплуатируют.
Несмотря на осторожность, Софи посочувствовала демону. Она подумала о том, как сама шила шляпы для Фанни, пока та гуляла.
Хорошо, сказала она. Каковы условия договора? Как я могу его расторгнуть?
По синему лицу демона расплылась нетерпеливая пурпурная ухмылка.
Ты согласна на сделку?
Если ты согласен снять с меня чары, сказала Софи с четким ощущением, что произносит нечто роковое.
По рукам! воскликнул демон, его длинное лицо радостно подпрыгнуло к дымоходу. Я сниму с тебя чары в то же мгновение, как ты расторгнешь мой договор!
Тогда скажи, как я могу расторгнуть твой договор.
Оранжевые глаза блеснули на нее и сразу посмотрели в сторону.
Не могу. Частью договора является то, что ни я, ни чародей Хаул не можем сказать, в чем состоит его главный пункт.
Софи поняла, что ее обманули. Она открыла рот сказать демону, что в таком случае он может сидеть в камине до Судного дня.
Демон понял это.
Не торопись! протрещал он. Ты сможешь узнать, что это, если будешь внимательно наблюдать и слушать. Умоляю тебя попытаться. В конечном счете, договор не идет на пользу ни мне, ни ему. И я держу свое слово. Тот факт, что я застрял здесь, доказывает, что я держу его!
Он говорил серьезно, взволнованно подпрыгивая на поленьях. Софи снова начала сочувствовать ему.
Но, если я должна наблюдать и слушать, значит, мне придется остаться здесь, в замке Хаула, возразила она.
Только около месяца. Помни, мне тоже надо изучить твои чары, умолял демон.
Но под каким предлогом я могу остаться? спросила Софи.
Придумаем. Хаул во многом совершенно бесполезен. На самом деле, ядовито прошипел демон, большую часть времени он слишком поглощен собственной персоной, чтобы видеть дальше собственного носа. Мы сможем провести его столько времени, сколько ты согласишься оставаться.
Отлично, сказала Софи. Я остаюсь. А теперь придумай предлог.
Она удобно устроилась в кресле, пока демон думал. Он думал вслух, тихонько бормоча с потрескиванием и мерцанием, что напомнило Софи о том, как она разговаривала со своей тростью, пока шла сюда. И он пылал, пока размышлял, с таким радостным мощным ревом, что она снова задремала. Кажется, демон сделал несколько предложений. Она помнила, как покачала головой на идею, что она должна притвориться давно потерянной двоюродной бабушкой Хаула, и на две других еще более идиотских, но помнила она весьма смутно. В итоге демон начал напевать нежную мерцающую песенку. Софи не знала такого языка или она так думала, пока несколько раз не расслышала четко слово «кастрюля», и звучала песенка крайне усыпляюще. Софи крепко заснула с легким подозрением, что ее сейчас зачаровывают, как и отвлекают внимание, но это ее не особенно волновало. Скоро она освободится от чар
Глава четвертая, в которой Софи обнаруживает несколько странностей
Ой! воскликнула Софи. У меня всё болит!
Голос прозвучал слабым надтреснутым писком. Она подняла узловатые руки к лицу и пощупала морщины. Тут Софи обнаружила, что весь день накануне пребывала в состоянии шока. Она была крайне зла на Ведьму Пустоши за то, что та сотворила с ней чрезвычайно, невероятно зла.
Важно заходит в магазины и превращает людей в стариков! воскликнула Софи. Ох, я ей задам!
Гнев заставил ее вскочить, вызвав залп треска и скрипа, и проковылять к неожиданному окну. Оно находилось над верстаком. К крайнему изумлению Софи, из него открывался вид на портовый город. Она видела покатую немощеную улицу, вдоль которой стояли маленькие бедные дома, и торчавшие из-за крыш мачты. За мачтами виднелось море, которое она видела впервые в жизни.
Где это я? спросила Софи череп, стоявший на верстаке. Я не жду от тебя ответа, друг мой, поспешно добавила она, вспомнив, что это замок чародея, и повернулась, чтобы осмотреть комнату.
Маленькая комната с тяжелыми черными балками на потолке. В дневном свете она оказалась поразительно грязной. Камни на полу были в пятнах и жире, за каминной решеткой грудами скопился пепел, а с балок пыльными клочьями свисала паутина. На черепе лежал слой пыли. Софи рассеянно стерла ее, проходя мимо, чтобы заглянуть в раковину рядом с верстаком. Ее передернуло от серо-розовой слизи в раковине и белой слизи, капающей из насоса над ней. Хаула явно не волновало, в какой запущенности живет его слуга.
Похоже, остальная часть замка находилась за той или иной из четырех низких дверей, расположенных по периметру комнаты. Софи открыла ближайшую в торцевой стене за верстаком. За ней обнаружилась большая ванная. В некотором роде это была ванная, подходящая для дворца, полная таких роскошеств как туалетный столик, душевая кабинка, громадная ванна с ножками в виде когтистых лап, и зеркала на каждой стене. Но она была еще грязнее, чем другая комната. Софи поморщилась от туалетного столика, вздрогнула от цвета ванны, отшатнулась от зеленого мха, выросшего в душе, и легко смогла не смотреть на свою сморщенную фигуру в зеркалах, поскольку стекло было покрыто пятнами и подтеками неизвестных веществ. Сами неизвестные вещества были нагромождены на очень широкой полке над ванной. Они стояли в баночках, коробочках, тюбиках и сотнях потрепанных коричневых пакетиков и бумажных сумочек. У самой большой баночки имелось название. На ней корявыми буквами было написано: «ПУРГА ДЛЯ СУШКИ». Софи не была уверена, не перепутаны ли здесь две буквы или так и надо. Она наугад взяла пакетик. Каракули на нем гласили: «КОЖА», и она поспешно положила его обратно. На другой баночке теми же каракулями значилось: «ГЛАЗА». Один из тюбиков гласил: «ДЛЯ УВЯДАНИЯ».