У нее сохранились все зубы. Она же не Ведьма Пустоши, правда?
Тогда я бы не впустил ее, возразил камин.
Майкл пожал плечами и снова вежливо подобрал трость Софи.
Затем он с равной вежливостью положил полено в огонь и ушел спать в свою комнату где-то наверху.
Посреди ночи Софи разбудил чей-то храп. Она рывком выпрямилась, с раздражением обнаружив, что храпела она сама. Казалось, она заснула всего на пару
секунд, но за эти секунды Майкл успел исчезнуть, забрав с собой свет. Наверняка ученик чародея научился таким вещам в первую же неделю. И он оставил огонь в камине очень слабым. От него вырывалось раздражающее шипение и искры. Холодный сквозняк подул в спину Софи. Она вспомнила, что находится в замке чародея, а еще с неприятной отчетливостью что на верстаке где-то позади нее стоит человеческий череп.
Она поежилась и повернула старую одеревенелую шею, но позади нее была только темнота.
Давайте зажжем немного побольше света, хорошо? произнесла она.
Ее хриплый голос произвел не больше шума, чем потрескивание огня. Софи удивилась. Она ожидала, что он отразится эхом от сводов замка. Однако рядом с ней стояла корзинка с поленьями. Она потянулась скрипучей рукой и бросила полено в огонь, который выпустил в дымоход сноп зеленых и голубых искр. Она бросила еще одно полено и села обратно, не без нервного взгляда назад, где пурпурно-голубой свет от огня танцевал на отполированной коричневой кости черепа. Комната оказалась довольно маленькой. И в ней не было никого, кроме Софи и черепа.
Он обеими ногами в могиле, а я только одной, утешила она себя.
Она повернулась обратно к огню, который горел теперь сине-зелеными языками пламени.
Должно быть, в этом дереве есть соль, пробормотала Софи.
Она устроилась поудобнее, положив узловатые ноги на каминную решетку, а голову в угол кресла так, что могла смотреть на цветные языки пламени, и начала мечтательно размышлять о том, что будет делать утром. Но она немного отвлекалась, воображая лицо в огне.
Узкое синее лицо, пробормотала она, очень длинное и узкое с тонким синим носом. Но кудрявое зеленое пламя наверху определенно твои волосы. А что, если я не уйду до того, как вернется Хаул? Полагаю, чародеи умеют снимать чары. А пурпурное пламя внизу образует рот у тебя свирепые зубы, друг мой. Два зеленых пучка пламени для бровей
Что интересно, единственные оранжевые языки пламени находились под зелеными языками бровей, совсем как глаза, и у каждого в середине виднелся маленький пурпурный огонек, так что Софи почти могла представить, что он смотрит на нее, как она зрачками в своих глазах.
С другой стороны, продолжила Софи, глядя в оранжевые языки пламени, если чары будут сняты, мое сердце съедят раньше, чем я успею оглянуться.
А ты не хочешь, чтобы твое сердце съели? спросил огонь.
Это совершенно определенно сказал огонь. Софи видела, как двигался его пурпурный рот, когда прозвучали слова. Его голос был почти таким же надтреснутым, как у нее, полный шипения и гудения горящего дерева.
Естественно, нет, ответила Софи. Ты кто?
Огненный демон, ответил пурпурный рот; и в его голосе было больше скуления, чем шипения, когда он добавил: Я привязан к этому очагу договором. Я не могу сдвинуться с места, затем его голос стал шипучим и трещащим: А ты кто? Я вижу, ты под заклятием.
Это вырвало Софи из мечтательного состояния.
Видишь! воскликнула она. Ты можешь снять заклятие?
Последовало потрескивающее пылающее молчание, пока оранжевые глаза на нерешительном синем лице демона осматривали Софи с ног до головы.
Сильные чары, произнес он, наконец. По-моему, они принадлежат Ведьме Пустоши.
Так и есть, сказала Софи.
Но, похоже, дело не только в этом, протрещал демон. Я различаю два слоя. И, конечно, ты не сможешь никому сказать об этом, если только они уже не знают, он еще мгновение рассматривал Софи. Мне придется изучить их.
Сколько это займет? спросила Софи.
Какое-то время, ответил демон и добавил с мягким убеждающим мерцанием: Как насчет заключить сделку со мной? Я сниму с тебя чары, если ты согласишься расторгнуть договор, который связывает меня.
Софи внимательно вгляделась в узкое синее лицо демона. У него был определенно хитрый вид, когда он делал предложение. Всё, что она читала, говорило о том, что крайне опасно заключать сделки с демоном. И не было никаких сомнений, что этот конкретный демон выглядел крайне злобным. Чего стоили его длинные пурпурные зубы.
А ты точно честен? спросила она.
Не совсем, признал демон. Но ты же не хочешь остаться такой до самой смерти? Чары сократили твою жизнь где-то на шестьдесят лет, насколько я могу судить.
Мысль была противной, и именно об этом Софи до сих пор старалась не думать. Это всё изменило.
Этот твой договор, сказала она, он с чародеем Хаулом, да?
Конечно, ответил демон, его голос снова стал немного скулящим. Я привязан к этому очагу и не могу двинуться дальше, чем на фут. Я вынужден заниматься большей частью магии здесь. Я должен поддерживать замок
и перемещать его, и создавать особые эффекты, чтобы пугать людей, как и всё, что захочет Хаул. А Хаул бессердечный, знаешь ли.